— Ведь этой ночью, — прошептала она, — я ваша жена…
Шанна тихо поцеловала его гибкие пальцы, а потом с дразнящей улыбкой вонзила свои превосходные зубы в его ладонь.
— Наградой мне за каждый час муки этой ночи будет благородство рыцаря, который дарует мне освобождение. Вы принесли много огорчений бедной девушке.
Рюарк в сомнении поднял бровь.
— Значит, вы действительно считаете меня ужасным драконом из ваших снов? А ваш сказочный рыцарь займет мое место? Но, положа руку на сердце, мадам, так ли уж я вас огорчил? Или все дело в том, что я осмелился обращаться с вами как с женщиной, а не как с неприступной красавицей на пьедестале, девственной королевой, к которой не смеет прикоснуться ни один смертный мужчина?
Полуоткрытые глаза Шанны лукаво засветились.
— Вы, по крайней мере, убедились в том, что я женщина, господин Бошан? — спросила она.
— О да, Шанна, вы женщина, — хрипло ответил Рюарк. — Женщина, созданная для любви, для мужчины, а не для грез о рыцарях и драконах. Будь я вашим драконом, Шанна, то уж будьте уверены, вашему рыцарю со сверкающим щитом было бы нелегко со мной справиться.
— Вы угрожаете мне, чудовищный дракон? — Глаза цвета морской волны расширились и смотрели на него почти с ужасом.
— Нет, Шанна, нет, любовь моя, — тихо выдохнул он. — Но и сказкам я не верю.
Он придвинулся к ней всем телом, вновь пробуждавшимся в ответ на тепло ее плоти. Его рот нашел ее губы, заставил их раскрыться и приник к ним, словно боясь, что не успеет насытиться их влажной сладостью. Дыхания их слились в одно единое. Шанна утратила чувство реальности. Ее мир опрокинулся под диким штурмом его страсти. Рука Рюарка скользнула вниз, охватила мягкую округлость ее груди, и вот уже эту грудь ласкали его губы… Шанна затаила дыхание, когда ее снова пронзило острое наслаждение. Горячие, жадные поцелуи Рюарка горели на ее обнаженной плоти. В мерцавшем свете свечей волосы его сияли мягким блеском черного атласа, оттеняя ее матовую кожу. Волосы Шанны разметались мерцающими волнами по подушке, а глаза приобрели какой-то странный глубокий оттенок дымчатой синевы. Она снова отдалась ему, упиваясь сладостью блаженства.
В минуту недолгого покоя Рюарк оторвался от Шанны, откинулся на массивное изголовье кровати, затем взбил свою подушку, притянул Шанну к себе и усадил рядом. Наполнив бокал мадерой, он протянул его Шанне.
— Выпьем из одного бокала, — сказал он, целуя ее в шею.
Шанна положила ладонь ему на грудь и не успела ответить, как его губы снова закрыли ей рот.
Они пили вино из одного бокала и целовались, ощущая вкус вина на губах. Рюарк пожирал Шанну глазами, упиваясь ее красотой. Его рука дерзко скользила по ее телу, поглаживая бедра и живот. Налитая грудь Шанны дразнила его розовыми сосками, вздрагивая от его мягких прикосновений.
Наконец они погрузились в легкий сон, не омраченный никакими кошмарами. Шанна проснулась первая и повернула голову к Рюарку. Он лежал на спине, положив одну руку ей на талию, а другую свободно откинув в сторону. Грудь его размеренно поднималась и опускалась. Она не устояла перед соблазном провести ладонью по волосам на его груди. С чувством, близким к удивлению, прикасалась она к его стройному торсу, поражаясь твердости мускулов. Ее ласки разбудили Рюарка. Шанна взяла его за подбородок и заглянула в глубокие янтарные глаза. Теперь они не улыбались. Взгляд его был настолько сосредоточен на ней, что она почти испугалась. И во власти порыва, показавшегося ей самой удивительным, снова прижалась к нему, отвечая на каждое проявление бурной страсти Рюарка. Она смотрела, как его губы, искали ее грудь, прижимала к себе его голову, отвечая на эту ласку и доведя его возбуждение до крайнего предела. Обхватив снизу ее бедра, Рюарк притянул ее к себе, и они снова вкусили блаженство союза тел.
Потом Шанна лежала на его груди. Окна комнаты выходили на восток, и в них они увидели первый розоватый проблеск рассвета. Вздохнув, Шанна нехотя поднялась с кровати. Рюарк молча смотрел, как она надела рубашку, потом платье и сунула ноги в домашние туфли. Выходя из комнаты, она обернулась.
— Итак, условия сделки выполнены. — Она проговорила эти слова едва слышным голосом и, быстро повернувшись, вышла.
Рюарк прислушивался к ее торопливым шагам, пока не хлопнула входная дверь. Тишину нарушил его мягкий голос:
— Да, Шанна, любовь моя, условия выполнены. Но как быть с нашими брачными узами?
Несмотря на то, что Шанна не выспалась, она вновь обрела душевное равновесие, и к ней вернулось обычное хорошее настроение. Она освободилась от тяжкого бремени.
Действительно, ее согласие выполнить свое обязательство и восстановить в глазах Рюарка свою честь сделало чудеса. Рюарк не сможет больше ничего требовать от нее, как бы изощрены ни были его доводы. Все это теперь в прошлом. С этим покончено! Она свободна! Это была очаровательная интермедия, но теперь все! Теперь она может посвятить себя более важным делам. Среди рутинных повседневных забот Рюарк стерся из ее памяти. Она была весела, все у нее ладилось.
Во второй половине дня ее отец вершил суд, разбирая конфликты между своими «подданными». Шанна была рядом, делала какие-то записи и давала советы. Затем они объехали склады, где она тщательно занесла в книгу сообщения о наличии товаров. Урожай был богатым, и вдоль складских стен высились горы бочек с черным ромом, готовые к отправке. Кладовые были заполнены кипами конопли, привезенной с островов. Здесь же были и бочонки с индиго, служившим сырьем для изготовления дорогой синей краски, а также много сортов табака, местный хлопок и другие материалы, необходимые английским фабрикам.
Ужинать Шанна с отцом сели поздно. Поднявшись в свою спальню, она быстро уснула, так как на сердце у нее было легко. Следующий день прошел, как и предыдущий, и ночь ее капитуляции почти выветрилась из ее памяти.
На пятый день погода изменилась, небо заволокло тучами, и поднялся сильный ветер. Шанна с отцом поехали в предгорья, чтобы проверить, как идут полевые работы. Неожиданно Траерн решил заехать на строительство новой дробилки для сахарного тростника.
Приближаясь к этому месту, они услышали странный звук, сотрясавший воздух. За последним поворотом они увидели источник этого шума: высокие сваи уходили в землю под ударами большого камня, который на перекинутых через блоки канатах поднимали мулы, и который затем падал с высоты на толстые торцы свай.
Экипаж остановился, и восхищенный Траерн, не отрываясь, стал наблюдать за работой устройства. Механика была довольно проста, но требовала хорошей сообразительности от изобретателя, и Шанна догадалась, кто этот изобретатель, еще до того, как к ним подошел мастер вместе с Рюарком. Тот приблизился к экипажу с той стороны, где сидел ее отец, и стал объяснять сквайру, что на сваи будут опираться громадные барабаны, в которых из тростника должен отжиматься сладкий сок.
