Здоровенный пещерник глядел на удаляющуюся машину с явной грустью. Не сграбастать тебе нас, приятель, далековато. Эта зверюга быстро и далеко бегать не любит, обычная тактика чудовища — пара длинных прыжков из засады.
Я тоже воевать не намерен, не дурак. Поставлен сторожить — пусть работает, сейчас он никому не мешает.
— Скучает, падла волосатая! — выдохнул Сомов. — Кра-асавец! Патрулирует радиусом в пару километров, вряд ли больше.
Вот вам и еще один фактор относительной недоступности северной магистрали… Вполне может быть, что кто-нибудь из особо непоседливых охотников Альянса уже нарвался на респавнящееся чудовище. Способствует ли это разведке нового сектора? Вряд ли.
— Сторожит перемычку.
— Точно сказал, командир! — Гоблин сразу подхватил мысль. — А что именно охраняет этот вертухай? Значит, ништяк где-то там нереальный прихован, клык даю! Ты отметочку-то поставь, надо будет поискать при случае.
Отметки на карту надо наносить сразу же, по факту обнаружения, не откладывая на потом. Раньше отмахивался — мол, и так все запомню, чего там, а позже, в лагере, спокойно зафиксирую… Были проколы. А если впереди поножовщина или бодрое драпанье? Если по дороге интересного будет на порядок больше? Запросто забудешь. Я остановился и полез за планшетом. Пещерник сразу заметил, что добыча остановилась, и осторожно двинулся по камням вперед.
— Куда, нечисть?! — возмутился Сомов, перекидывая пулемет.
Дьявольщина, монстр словно почувствовал угрозу! Остановился как вкопанный!
— Знаешь, Кастет, а я по ним соскучился. Брателло.
Я развернул датчики внутрь себя — есть такое дело. Редкий сосед, которого не хватает для остроты ощущений. И никакого желания шлепнуть, былые рефлексии давно умерли.
В российских землях принято ставить придорожные знаки, заблаговременно предупреждающие путника о зоне респавна. Ну, это я ворчу… Лучше не таблички малевать, а сделать ловушку в земле да грохнуть его там, — пещерник будет бесконечно респавниться в глубокой яме, из которой гарантированно не сможет выбраться.
— Землячок… Мишка, но ведь страшно, согласись!
— Страшно, — кивнул друг.
Не приведи господи нарваться на такого гада пехом и без хороших стволов. Правда, возле реки всегда можно броситься в воду и переправиться на другой берег, пещерники — они как зомби, в воду не лезут…
Зомби?
— Слушай, Мишка, а что, если все книжные и киношные пугалочки про зомби — не пустой звук? Могут Смотрящие таких чертей на Землю скинуть? Да запросто могут, ведь здешнюю нежить вкидывают исправно!
Действительно: мифологические зомби — чем не идеальный самовоспроизводящийся биокомплекс! Один раз катапультировал на планету, а дальше никаких затрат, сами себе соратников накусают. Меня давно настораживали пугающие подробности описания феномена. Особенности поведения зомби, тактика охоты, изменение морфологии в зависимости от питания… Вирус? Да, внятного объяснения его возможной природы нет. Однако если допустить, что каку изобрели и применяют Смотрящие, то удивление объяснимо — разгадай-ка ты их задумки!
— Тема! — Гоблин плашмя приложил ладонью по борту. — Значит, были случаи наблюдения землянами нехороших экспериментов, оттуда писатели и сценаристы все и узнали! Нормальные полевые испытания.
— То-то я и смотрю, что в зомбятничестве детали на удивление хорошо проработаны… А писатели не догадываются, насколько робко фантазируют!
— Раздражители для Земли! — гаркнул друг на всю реку.
Раздражители? Ах, какая версия! Только для чего Кураторам раздражать человечество, для стимулирования наиболее приспособленных выживших? С целью наказания? Порой только дьявол может понять мотивацию Смотрящих. А что, если это отработка нового изделия? Устав нянчиться с землянами, Смотрящие создают на их базе антропоморфных существ, в перспективе способных к самостоятельному освоению планеты?
— Е-мое… Бляха, Гоб, ты родил сенсацию!
О грустном пещернике мы уже забыли. Сиди себе в засаде, милый друг, жди лоховатых гостей. Я закрыл командирский планшет. По приезде в Замок расскажу Сереге Демченко, пусть заценит свежую сталкерскую теорию…
Речная долина становилась все уже, а склоны, через которые прорубался поток, все круче. Вот серые скалы встали отвесами, ограждающими реку справа, к белопенной речке спуститься невозможно. Удачно найденная терраса бесконечным балконом нависла над кручей метров на тридцать, не меньше, — страшно сорваться! Река бесилась на дне каменной теснины, а над головами взметнулись утесы.
Разве не прелесть?
Наконец впереди показался стандартный каменный мост.
— Полное внимание за дорогой, Мишка.
Вот это насыпь! Здесь понадобится лебедка. Гоблин присвистнул.
— Угол приличный, под шестьдесят. Может, я толкну в помощь? — неуверенно предложил он. — С кормы-сбоку.
— Не дури, нам только травмы не хватало. Пошли наверх, осмотримся, заберемся и без тяжелой атлетики.
Склон действительно крутой, наглядно показывающий искусственное происхождение насыпи. Будь бы у меня за спиной разгонная дорожка под прямым углом к откосу, попробовал бы взлететь на ходу. А так… Даже на воткнутом новозеландцем мощном дизельном пупе не получится, слишком велик угол. Двигун сцепление на предельном подъеме запросто спалит-провернет… Ведь это всего лишь старенький «виллис», а не его потомок «рубикон», у которого есть электронная система помощи при подъеме по склону.
— Дык я сразу лом возьму с кувалдой! А ты мой винт прихвати.
Магистраль была пуста.
Оцениваем. С противоположной стороны прямо к дороге подступают низкие кусты туи. Автомобильных следов по краю грунтовки, где земля помягче, как и на обочинах, хватает — тут есть мотожизнь! Правда, все они старые, в последние дни через мост никто не проезжал. Высота приличная, два быка стоят почти у самых берегов. Обзорность хорошая по кругозору и неважная по глубине. Как обычно — сверху наблюдателю исследуемая поверхность низины кажется ровным столом, а как только спустишься, сразу выявляются холмики, перелески, закрытые деревьями повороты…
Блокпост Альянса — а я и секунды не сомневался, что на магистрали стоит именно их заслон, — до которого километров десять, отсюда не видно.
Нет и следов долгих остановок, большинство машин проходили мост на скорости. В приличных анклавах возле подобных объектов стоят таблички с названием реки, расстояния до ближайших населенных пунктов, объявления, расклады по обстановке. Обычно на одной из сторон, где поудобней, строится хороший навес с противоветровой стенкой, со скамейками и столиком, протрясшимся экипажам можно выйти и размять кости, перекусить, в случае необходимости переждать непогоду… Если стихия истерит ураганно, да с молниями, есть вариант спрятаться под мостом.
Этот объект никому особо не интересен, вот что я увидел. Напрасно, ребята, каждый мост нужно обживать, систематически осматривать, ибо ничто не вечно под Луной. Вот Земля… Не осматривали планету, профилактики не проводили. В итоге в дело вмешались Смотрящие.
А что насчет собачьих отпечатков? Плохо будет, если у постовых есть активные песики, которым дозволяется бегать без поводка, эти раньше всех хай поднимут. Мне же нужен лихой ошеломляющий наскок.
Дунц! Дунц! Рядом словно паровая сваебойная машина работала! Кстати, первую такую наши запустили незадолго до старта группы… Сомов без устали долбил кувалдой по железу, вколачивая лом меж крупных валунов. Как он потом собирается его вытаскивать? А ведь вытащит, при его-то антропометрических данных. Отойдя чуть дальше, я обнаружил тоненькую струйку родника, бьющего из подножия невысокого известнякового холма, один склон которого давно сполз к реке сероватыми потеками. Сколько же тут оленьих следов! Рогатым что, речной воды не хватает? Нужно ли так тусоваться прямо возле дороги? Редко, не редко, а стрельнуть могут прямо из машины, у реки безопасней… Тут я вспомнил об одной подобной находке на Амазонке, присел, наклонился и попробовал родниковую воду на вкус.
