Она отвернулась, боясь увидеть в его глазах отвращение, когда он снимет повязки. Но он встал и, продолжая прижимать ее руки к своей груди, наклонился и завладел ее губами.
Даже если бы она и захотела вдруг остановиться, он уже не позволил бы ей отступить. Его губы были требовательными, а поцелуи заставляли плавиться от жара неистовой страсти. Когда он откинул голову назад, ее губы последовали за ним. Он взял ее ладони, лежащие там, где билось его сердце, поднес их к губам и стал покрывать поцелуями, нежно лаская губами затянувшиеся шрамы.
Джоанна сделала попытку скрыть слезы, которые предательски стекали по ее щекам. Увидев, как лицо Гэвина склоняется над ее руками, она почувствовала, как заледеневшее сердце начинает оттаивать, открывая свои железные ворота, в которые он молчаливо вошел. Она мечтала, чтобы связь между ними была только взаимным желанием, безумной страстью. Но прикосновения его губ к ее искалеченным рукам вновь заставили Джоанну мыслить и чувствовать. Она знала, что он стремится овладеть ею, но наградой для него будет не только ее тело, но и душа.
Гэвин завороженно протянул руки к ее невероятно красивым густым волосам.
Неловко, но с настойчивостью, отразившейся на его лице, он распускал золотые локоны до тех пор, пока они шелковым одеялом не укрыли всю ее грудь.
– Джоанна, мы должны поговорить о браке. Я не могу просто так взять тебя без планов на будущее. – Его голос был хриплым от переживания, но она не дала ему говорить дальше, прижав пальцы к его губам.
Не проронив ни звука, она позволила сорочке соскользнуть на пол. Теперь уже ничто не разделяло ее тело и его восхищенный взгляд.
– Как ты прекрасна! – Гэвин замолчал, но в его глазах происходила отчаянная битва между рассудком и желанием. – Я обязан решить вопрос с твоим обручением.
С улыбкой она нежно закрыла его рот рукой и провела пальцами по пересохшим губам.
– Никакого обручения нет, – произнесла она, продолжая улыбаться.
– Но ведь оно было.
– После тебя у меня не будет другого мужчины, я только твоя. Прошу тебя, Гэвин, – продолжала она, приближаясь к нему до тех пор, пока ее обнаженная грудь коснулась ткани его рубашки. – Я хочу тебя, сейчас. Пожалуйста, давай не будем говорить о будущем. Только не сейчас.
Она стала гладить его лицо, и вся его сдержанность мгновенно улетучилась вместе с самообладанием. Он положил ладони поверх ее рук, прижав их к своим щекам. Девушка ощутила силу его пальцев, которые сжали ее пальчики.
– Пусть Господь поможет мне, Джоанна, – проронил он сдавленным голосом. – Все… все, что я ощущаю… это только то, что есть сейчас! Но ты должна помочь мне подумать о…
– То, что происходит сейчас, – это все, о чем я прошу.
Он заключил ее в объятия и страстно припал к ее устам, как умирающий от жажды к источнику.
Горячее, расплавляющее желание начало подниматься где-то в глубине ее, заполняя тело вожделенным теплом. Крепко обняв его за шею, Джоанна почувствовала, как руки Гэвина скользнули по ее обнаженной спине, захватили ягодицы и прижали ее еще сильнее. Она застонала, ощутив сквозь тонкую шерсть килта мощное давление его мужского естества.
Когда он прервал поцелуй, она набрала воздуха, чтобы выразить протест, но прикосновение его губ к мочке ушка превратило возмущение во вздох восторга. Ее голова запрокинулась, и она окончательно расслабилась в его объятиях.
– Джоанна, – горячо зашептал он, – мой очаровательный призрак. – Он стал покрывать поцелуями ее подбородок и бархатистую кожу шеи, и его губы ощутили трепет юного тела.
Внезапно охваченная непреодолимым желанием ощутить его кожу телом, Джоанна запустила руки под его рубашку. Правду сказать, она раньше уже видела его обнаженным, но реальное осязание его могучих мускулов еще больше усилило ее возбуждение.
Он приподнял ее от пола, и Джоанна инстинктивно обхватила ногами его талию. Он застонал и отстранился от ее лица.
– Джоанна, я умру, если не возьму тебя сейчас же.
Она нежно укусила его за ухо.
– Так возьми меня, Гэвин. Сделай меня своей.
Она впилась губами в ложбинку над его ключицей, далее ее язык продвинулся к плечу, где она нежно укусила его. Когда Джоанна услышала его глубокий стон, ее охватило восхитительное чувство злорадства, поскольку она осознала, что Гэвин потерял остатки самообладания. Быстрыми шагами он донес ее до кровати и усадил на край постели.
Гигант ожесточенно сбросил башмаки, а ее пальцы неумело потянули его за пояс. Выполнив свою задачу, он отшвырнул в сторону килт и опустился возле нее. Ее взгляд завороженно остановился на его впечатляющем мужском достоинстве, и она ощутила, как дыхание замерло в груди. Джоанна наклонилась вперед и разорвала ворот его рубашки.
Едва она почувствовала упругость и теплоту его тела, как Гэвин слегка оттолкнул ее назад, крепко прильнув губами к ее груди. Она почти задохнулась, когда его язык начал описывать круги вокруг ее затвердевшего соска, а губы – слегка покусывать и тянуть его. Замерев от возбуждения, она только смотрела на него сквозь полуприкрытые веки, пока уже не в состоянии была лежать неподвижно.
Подстегиваемая нарастающей волной чувств, требующих разрядки, Джоанна оттолкнула его, сдергивая с могучих плеч рубашку. Когда он помог ей, она со вздохом облегчения откинула одежду в сторону.
– Я хотела сделать это с того самого момента, как вошла сюда сегодня вечером, – прошептала она, глядя в его пылающее лицо и горящие глаза.
Он погрузил руку в тяжелый шелковый водопад ее волос, откидывая их назад и обнажая шею. Его язык и губы пустились в путешествие по нежной коже, в то время как другая рука обхватила грудь, а большой палец поглаживал затвердевший сосок.
– А я хотел затащить тебя в эту постель и утонуть в твоих объятиях с того самого момента, как ты вышла из потайной двери.
– Какие безнравственные мысли! – простонала она, когда его рука скользнула вниз по ее животу через мягкий бугорок к нежным складкам, таившим жемчужину ее женственности. Она была потрясена мощной вибрацией, которой откликнулось ее тело. Ее колени согнулись, а одна нога поднялась и обвилась вокруг его талии и обнаженных ягодиц.
Кровь молоточками застучала в ее висках, а пульсирующий свет, сменивший туман, застилавший сознание, сейчас засиял мириадами цветов. По мере того как он продолжал ритмично прикасаться к чувствительной точке ее лона, Джоанна ощутила, как ее тело и кожа запылали огнем, а дыхание становилось все более учащенным. Она откинула голову и застонала, когда Гэвин начал все больше и больше углубляться в кипящий внутри нее вулкан, в то время как его рот снова приник к возбужденному соску ее роскошной груди.
