Ты жаловался на судьбу парень? Так вот он – твой шанс и возможность выйти в люди! Дело за малым – понравиться Дуботовку, запомниться ему и тогда блистательная карьера обеспечена!
Размышления о радужных перспективах помогли Власюку справиться с неподатливыми шнурками.
– Я готов!
– Не стоит так вопить, товарищ Власюк, – опять поморщился Лисицын. – Уши закладывает…
– Виноват! – опять гаркнул Михаил. – Есть не вопить!
– Следуйте за нами, шеренговый…
Войдя в заветную дверь, Власюк ожидал увидеть разные чудеса. Например, красную с зелеными кантами ковровую дорожку, какие-нибудь канделябры и прочую хрень. Ничего подобного. Обычный коридор. Бетонная коробка, освещенная люминесцентными лампами без плафонов. Что ж… Оказывается заявления руководства страны о тотальной экономии всего и вся – не просто красивые слова. Элита делит со своим народом все горести переходного периода.
Коридор оказался на удивление коротким. Он упирался в стальные створки лифта. Один из помощников адъютанта, не преминув смерить Власюка презрительным взглядом, набрал комбинацию цифр на кодовом замке.
Только оказавшись в лифте, шеренговый понял, что исполнять хвалебные оды в честь аскетизма начальников рано. Плавно поехавшая вниз кабина была украшена с вызывающей роскошью. К отполированным до блеска медным панелям крепились золотые гербы Беларуси, вперемешку с профилем Верховного Председателя. Кнопок в лифте имелось всего две и в каждую из них было вкраплено по драгоценному камню.
Власюку стало стыдно за свои, вдрызг разношенные и грязные берцы. Он боялся пошевелиться, чтобы не испачкать белый, как свежевыпавший снег, пластиковый пол. Путешествие на лифте длилось довольно долго. По всей видимости, апартаменты командующего находились на приличной глубине.
Когда лифт, наконец, остановился и створки бесшумно разъехались, Михаил увидел новый коридор длиной метров в пятьдесят. Освещенный свисавшими с потолка хрустальными люстрами, он упирался в широкую двустворчатую дверь, украшенную огромным гербом. Опять-таки золотым. На этот раз никаких кнопок нажимать не потребовалось. Датчики движения отреагировали на появление группы. Из невидимых динамиков грянул национальный гимн. Дверь распахнулась. Пораженный великолепием бункера командующего, Власюк застыл на месте. Адъютанту Лисицыну пришлось толкнуть его в спину. Походкой лунатика Михаил двинулся по выложенному разноцветными мраморными плитами полу.
Все обиды на невнимание властей к его заслугам мгновенно улетучились. Ради того, чтобы это увидеть стоило жить. Стоило бороться и терпеть все невзгоды солдатского житья-бытья.
Потолок апартаментов генерала Дуботовка был стилизован под звездное небо. Многочисленные лампочки разных размеров символизировали планеты и звезды солнечной системы, а гигантский, закрытый матовым плафоном светильник играл роль солнца. Стены овального зала представляли собой картинную галерею. Полотна лучших художников Беларуси иллюстрировали историю страны за последние двести лет.
Вот Верховный Председатель выступает перед рабочими «Белстенстроя», объясняя им необходимость возведения Великой Белорусской Стены, как защитного барьера от посягательств на суверенитет Беларуси. Вот идут работы по заливке бетонного саркофага вокруг разрушенного взрывом реактора Островецкой АЭС.
Вот бравые парни в черной униформе Службы Национальной Стабильности ведут бой с мутантами. Хвостатые твари с приплюснутыми головами рептилий падают штабелями, сраженными меткими выстрелами эсэнэсовцев, похожих статью на античных героев.
Вот Верховный Председатель и его помощники переезжают в новую резиденцию – Великий Октаэдр, когда-то называвшийся национальной библиотекой…
На последней картине, которую успел рассмотреть Власюк, была изображены аграрии, столпившиеся вокруг последнего достижения гениальных белорусских генетиков – двуглавой, четырехвыменной коровы. Мужчины и женщины в респираторах с интересом рассматривают чудо-животное, а голубоглазый блондин, по виду руководитель сельхозкооператива, что-то объясняет слушателям.
Михаилу доводилось читать об этом научном прорыве в газете «Великолепная Белоруссия». Корова-мутант могла питаться загрязненными радиоактивными элементами кормами и давала в день не меньше десяти ведер зеленоватого, но вполне пригодного для употребления в пищу молока. Ее мясо очищалось от плутония на специальных установках и могло соперничать по калорийности с основной пищей белорусов – мясом варанов. Это изобретение должно было, наконец, решить все злободневные проблемы сельского хозяйства.
– Шеренговый Власюк?
Низкий, с чуть заметной хрипотцой голос генерала Дуботовка оторвал Михаила от созерцания картин.
– Так точно, товарищ командующий. Прибыл по вашему приказанию.
– Подойди ближе, сынок.
Власюк пошел вперед, чувствуя, как ноги наливаются свинцом. Командующий сидел в кресле с высокой спинкой и упирался локтями в письменный стол невероятных размеров. Слева от него висела большая карта Беларуси с фрагментами сопредельных государств. Жирная красная линия на ней была Великой Белорусской Стеной. Со всех сторон в нее упирались черные стрелки, очевидно иллюстрирующие угрозы, исходящие от акул капитализма.
Справа на высоком мраморном пьедестале стоял бронзовый бюст Верховного Председателя. На золотой табличке, прикрепленной к пьедесталу, была выгравирована цитата, знакомая каждому белорусу с детства: «Я буду править страной до тех пор, пока не сделаю белорусский народ счастливым!».
Власюк почувствовал, как к горлу подкатывает ком, а на глаза наворачиваются слезы. Такие люди рождаются раз в тысячелетие! Гений, взваливший на свои плечи тяжелейшую ношу управления страной, никогда не давал пустых обещаний. Он начал работать на благо белорусов в далеких девяностых годах двадцатого века и продолжал заботиться о стране вот уже сто двадцать лет. Годы и десятилетия не сломили железного здоровья Верховного. Кто же он: человек или полубог?
– Мне рекомендовали тебя, как опытного военного и преданного государству гражданина, – продолжал Дуботовк. – Следовательно, я могу рассчитывать на тебя, шеренговый Власюк?
– Так точно, товарищ генерал!
На этот раз щелчок каблуками удался на славу. Михаил впился в генерала преданным взглядом.
2
– Я хотел поручить эту миссию полковнику Павлючкову, – Дуботовк встал, подошел к бюсту Верховного Председателя и с трепетной нежностью смахнул с бронзовой головы невидимую пылинку. – Однако наш лучший снайпер геройски погиб в неравном бою с мутантами. Спецслужбы докладывают мне, что твари, растерзавшие полковника, были наняты врагами с Запада. Мы, конечно, отомстим им, но сейчас… Из Минска получено срочное сообщение – на наш участок Стены с рабочим визитом прибывает Верховный!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
