проступило и тени удивления – оборотень явно сообразил, о какой клиентке речь. Его губы недовольно поджались – похоже, мужчина раньше не догадывался, что его хозяин отвратительно поступил со своей бывшей девушкой, и теперь просчитывал, во что им обойдутся последствия недостойной демонической выходки.
– Пойдёмте, мисс Мэнс, я проведу вас, – поднялся оборотень и вежливо открыл перед ней дверь. В среде Иных не прижились феминистические идеи, и мужчины по-прежнему считали нужным пропускать даму вперёд и галантно придерживать перед ней двери. Жаль, что галантность чаще всего не являлась следствием внутреннего благородства, предписывающего уважительно относиться к женщине не только в рамках соблюдения этикета.
.
В строгом деловом костюме высший демон выглядел, как среднестатистический удачливый бизнесмен. Если бы не всполохи огня, играющие в чёрных глазах и смоляных кудрях, не давление плотной магической ауры и не узнаваемый запах «падшего ангела», как некогда именовали демонов люди, он бы сошёл за человека. Властным движением руки велев главе охраны освободить помещение, демон шагнул навстречу адвокату. Вторая ипостась Вэл мигом ощетинилась, но ей удалось сдержать клокотание в горле предупреждающего рычания. Как известно, ничто не выбивает противника из седла вернее, чем ваша невозмутимость.
– Мне доводилось видеть вас в зале суда, но личное знакомство между нами пока не состоялось. Джервас Конор, рад встрече.
– Вэллери Мэнс. К сожалению, повод для моего визита таков, что не оставляет места для особой радости. Возможно, вы подзабыли уроки правоведения, но Кодекс Иных содержит статьи о неэтичном отношении к людям: девятнадцатый раздел, главы один и два. Кроме того, имеется восемнадцатый раздел, посвящённый уголовно наказуемым деяниям в отношении всех видов разумных существ. Параграф 14 этого раздела подробно описывает все случаи злоупотребления силой.
В практике Вэл нередко складывались ситуации, в которых ей с трудом удавалось сохранять хладнокровие. Так бывало, если кто-то очень сильный и могущественный безжалостно третировал слабого и беззащитного, зачастую даже не понимающего, кто и что творит с его разумом и жизнью. Закон секретности имел обратную сторону, и та частенько оказывалась неприглядной: под покровом тайны легче творятся неблаговидные дела.
Конечно, за века дружеского сосуществования всех обитающих на Земле рас выработались непреложные правила воспитания особенно сильных особей Иных. За маленькими сверхсильными монстрами непрестанно следили с момента их рождения на свет. Следили, как бы они не свернули на тёмную дорожку, не встали на путь, ведущий их к роли Мирового Зла, с которым невероятно трудно управиться. В далёкие-далёкие времена новорожденных гибридов, высших демонов и прочих Иных с явно зашкаливающим уровнем силы беспощадно уничтожали специальные отряды, без суда лишали их права на жизнь. Постепенно нравы смягчались, правила менялись, но строгий пригляд за теми, кто от рождения превосходил других, оставался. Вэл спрашивала у мужа, как он себя чувствовал под постоянным давлением взглядов, критично оценивающих каждый его поступок.
«Чужая опасливая подозрительность нервировала, как и обязанность постоянно доказывать, что в тебе не взрастают преступные наклонности. Но Закон един для всех, и со временем ты понимаешь, что право на достойную и полезную жизнь в сообществе ИГР стоит тех испытаний, через которые прошёл в детстве, – без малейшей обиды за поднадзорное детство ответил муж. И со смешком добавил: – Вырасти я закоренелым негодяем, никогда бы не смог заполучить в спутницы жизни такую добрую, милую, любящую девочку как ты. Помнишь, какую выволочку ты мне устроила за одни только легкомысленные связи до брака? Как долго не желала верить в искренность моих чувств? А соверши я хоть самое маленькое преступление, ты бы никогда не согласилась стать моей женой».
Смотря в холодные чёрные глаза напротив неё, Вэл думала, что не все сильные Иные выросли в убеждённости непреложности закона. Некоторым требовались напоминания о нём. С той поры, как отец этого молодчика с головой ушёл в политику и переехал в Вашингтон, оставив бизнес в Атланте на сына и наследника, тому явно не хватало строго пригляда.
– Я так понимаю, вы о Джессике разговор ведёте? – процедил сквозь зубы высший демон. – Адвокат Моран упоминал, что она к нему заходила, и намекал, что могут возникнуть проблемы, если моя бывшая доберётся до вас – до второго адвоката города, работающего по делам Иных.
– Моран вернулся из свадебного путешествия? Что ж, вам не повезло, Джессика таки дошла до моей конторы, а я не намерена закрывать глаза на злоупотребление доверчивостью и беззащитностью людей. Вы немедленно снимете с моей клиентки все заклятья ментальной магии, все внушения, что вызывают в ней непреодолимое чувство голода и блокируют осознание того, сколько она съедает и когда съедает. На бедняжку столько всего наверчено, что вам на двести лет тюремного срока хватит! Вы ещё молоды для высшего, для вас такой срок не станет пожизненным, но половину полноценной жизни вам скостит.
– Ты пытаешься устрашить меня?! А ты не слишком осмелела, оборотень?! – склонившись вперёд, с яростью прорычал демон, закручивая вокруг Вэл огненные вихри.
Да, тот самый случай, когда расклад сил выходил не в её пользу. Высший демон – не базарная ведьма-шарлатанка, и даже не капитан Уильямс, который хоть и был не слабым демоном, но всё-таки не являлся высшим. Организм высшего демона растворяет любую отраву, её яд удержит его лишь на пару секунд, если, конечно, ей дадут подобраться достаточно близко, чтобы нанести удар. В воздухе преимущество у неё будет, но небольшое, демон чувствует себя в небе как дома, он в любой стихии чувствует себя комфортно, как говорится: и в огне не горит, и в воде не тонет. Вариант повлиять на высшего ментально трудновыполним даже для древнего вампира, так что, по сути, победить его можно только универсальными методами. Теми самыми, что предполагают отделение головы от тела. Вэл очень надеялась, ей не придётся на практике проверять, насколько возросло её умение задерживать демонов с того первого случая, когда она бездумно бросилась догонять одного из них.
Выше подняв голову, она меланхолично просветила оппонента:
– Запугивание адвоката подпадает под статьи двадцатого раздела Кодекса Иных: часть пять, параграф три.
– Я не запугиваю, а напоминаю о... субординации, мисс Мэнс, назовём это так.
– Тогда я изложу вам... своё видение ближайших событий, назовём это так. Если я выйду из вашего офиса, не договорившись с вами на приемлемых для моей клиентки условиях, вы пойдёте под суд по множеству тяжёлых статей. Тогда готовьтесь к длительному ограничению вашей свободы и краху деловой карьеры, поскольку... скажем так: Брэд Кэмпбелл вам не по зубам. –
