— Может быть, вы на распечатке ошиблись?
— Уверен, что я не ошибся, но, если вы настаиваете, я проверю при вас.
Специалист загрузил на компьютере файл с исходными данными, принялся сверять.
— Все верно, никакой ошибки нет.
— Уверен, в ваши расчеты закралась ошибка!
Беленко отрицательно покачал головой:
— Прошу вас успокоиться. К нам в лабораторию часто обращаются с достаточно щепетильными вопросами, и результат бывает не всегда таким, какой рассчитывают получить наши клиенты. Иногда результаты анализов вызывают именно такую реакцию — недоверие и отрицание. Но могу вас заверить, что мы максимально тщательно проводим исследования. Степень ошибки крайне невелика!
— Ага! Но она есть, так?
— Гарантию в сто процентов, Эмин Муратович, вам не даст даже сам господь бог. Я гарантирую, что анализы проведены тщательно и без ошибок.
— А я проверю! Думаете, что я только в вашу лабораторию обратился? Ничего подобного!
Телефон тренькнул электронным письмом, в нем была ссылка на личный кабинет, логин и пароль для входа. Данные с другой лаборатории.
— Вот! — сжал телефон в кулаке. — Пришли результаты из другой лаборатории. Сейчас я выясню, кто прав, а кто халтурит!
Дрожа от нетерпения, я скопировал все данные для входа, загрузил страницу, скачал результаты и открыл их, преисполненный уверенности в своей правоте, но меня постигло жесточайшее разочарование.
Результат был точь-в-точь таким же, как в той лаборатории, где я сейчас находился.
Изумленный, пораженный до глубины души, я просто рухнул в кресло, как подкошенный.
— Воды… — произнес хрипло. — Дайте мне стакан воды! Я просто не могу в это поверить! Не могу поверить, что девочка, у которой вы брали анализы, является мне… Мне…
В горле совсем запершило.
Я осушил поданный мне бокал и еще несколько секунд просто молчал, пораженный прочитанным.
— Я так полагаю, результаты вас удивили?
— Они просто охренеть как удивили! Я ожидал, что девочка может приходиться мне племянницей, исключил вариант отцовства, потому что уверен и знаю всех своих партнерш за последние три года, но… Но… Но согласно результатам, малышка приходится мне сестренкой по одному из родителей, а этого я принять не могу! Сестренкой по отцу, если быть точным. Ведь моя мама точно не была беременной в эти два года.
Как?!
Как такое возможно?!
Я попросил налить мне еще один бокал и приложил его к пылающему лбу. Отец оставил фирму как раз почти два года тому назад! Потом фирмой занялся мой братец Эльдар, и я предположил, что он мог завести интрижку с кем-то из персонала, на корпоративе или на вечеринке.
Но я даже в самом бредовом сне подумать не мог, что мой отец впутался в интрижку на стороне и обрюхатил девицу!
Брак родителей всегда казался мне идеальным. Да, у отца сейчас серьезные проблемы со здоровьем, в последнее время он сильно сдал. Мог ли он заделать младенца какой-то ушлой дамочке почти два года тому назад? Тогда он был полон сил! Если так, то отцу явно есть чем гордиться, а еще… Еще у меня появился повод навестить родителей и поговорить с ними!
— Всего хорошего!
Подхватив результаты анализов, я попрощался с руководителем лаборатории и вышел. Аня ждала меня в холле, там, где и оставалась.
— Что стряслось? — забеспокоилась она. — Вы…
— Думаешь, что права и я оказался отцом Дарины? Нет! Как бы не так… Я такой же отец Дарины, как ты — ее мама.
— Но тест показал некую степень родства.
— Да, но явно не ту, что я ожидал. Судя по результатам анализов, сделанными двумя независимыми лабораториями, Дарина…
Я сделал длительную паузу, выдыхая понемногу. Так сложно сказать это вслух… Принять — вообще из разряда сумасшедшего и невероятного!
— Дарина — моя младшая сестра. По отцу, — добавил скупо.
— Охренеть! — тихо выдохнула Аня и погладила меня по локтю. — Вы как, Эмин Муратович?
— Охреневаю от открывшейся правды и намерен поговорить с родителями. Ты едешь со мной, будешь присматривать за Дариной!
Аня поспешила за мной, на ее лице была написана решимость сказать мне что-то, а я был полон решимости ее поцеловать.
И, как только мы оказались в пустом коридоре, я резко прижал ее к стене.
Поцеловал...
Глава 23
Аня
Босс налетел на меня словно вихрь и толкнул к стене.
— Эмин Муратович, что вы делаете? — успела шепнуть я.
Прошептать я успела, но предотвратить ураган не смогла.
Губы Эмина прижались к моим, его рот накрыл мой, пожирая в глубоком, властном поцелуем. Я потрясенно принимала удары и глубокие толчки его языка и тихо застонала, когда он словил кончик моего языка, втянул в свой рот и начал посасывать его, потом бить ритмично по нему своим языком, гладить и снова посасывать.
Приятным туманом заволокло все мои мысли. Тело трепетало. Сердце в грудной клетке просто разрывалось от счастья. Как это хорошо, как сладко, как волнительно… Эмин умел целоваться и делал это так, словно мы не только целовались, но занимались любовью.
Это надо прекратить. Запретить…
Мне хотелось закричать от того, как властно Эмин опустил ладонь на мое бедро, приподнял его и прижался тесно-тесно к моему телу, не скрывая своих желаний.
— Хватит! — простонала я, поняв, что начала задыхаться. — Хватит, вы переходите все границы!
Я с огромным трудом вырвалась из его объятий и отошла в сторону, отвернулась к панорамному окну, пытаясь прийти в себя.
Пульс зашкаливал, в ушах сильно шумело от циркуляции крови, переполненной желанием и возбуждением. Я поправляла дрожащими пальцами волнистые пряди
