— Перемести нас, вампир!
Лотэр отшвырнул охранника, которого выпил, а затем схватил Ридстрома за запястье еще раз:
— Держи ее крепче!
После секундной темноты Ридстром увидел впереди горы. Лунный свет отражался от песков бесплодной равнины. Вампир переместил их в Царство Мрака.
Ридстром был свободным — и Сабина находилась в его распоряжении. Он скинул ее с плеча прямо в свои объятия. Она выглядела невинной, но это лишь маска. Она мучила его снова и снова.
Его ум был оплетен паутиной ненависти, его тело — паутиной агрессии и примитивной потребностью.
Моя женщина. Столь бледная и прекрасная. Чтобы использовать так, как мне захочется.
Он наклонился, положил ее бесчувственное тело на песок, а затем ощупал голову. Выросла шишка, но ее бессмертие ничто не подорвет.
— Лезвие, — буркнул он, развязывая ее путы. Когда Лотэр вручил ему кинжал, Ридстром разрезал веревку, обвязав ее запястья, словно манжетами, и соединив концы друг с другом. Как только он закончил, Лотэр бросил Ридстрому черную тунику и пакет.
— Там питьевая вода и еда на несколько дней. — От своего пояса он отцепил ножны. — И оружие для защиты от зверушек, — его, казалось, позабавило сказанное.
Ридстром натянул тунику, затем прикрепил меч к своему поясу.
— У вас есть неделя, чтобы найти портал к западу отсюда. Ты, вероятно, встретишь демонов ярости, повстанцев, которые знают дорогу.
Ридстром снова закинул Сабину на плечо.
— Что ты потребуешь от меня?
Вампир смерил Ридстрома пристальным взглядом своих блеклых глаз:
— То, что будет стоить того, что я потерял, нарушив соглашение с Омортом.
— Когда?
— Когда настанет время. Через неделю, десятилетие. Возможно, тысячелетие.
— Ты — все еще мой враг, — сказал Ридстром, — я могу просто выследить и убить тебя.
— Я бы и не ожидал ничего другого. Ты — справедливый король, но ты также и безжалостный. Теперь иди. Часы тикают.
Когда Сабина очнулась, луна еще не ушла.
Ее приветствовала пульсирующая боль в голове, которая только усиливалась, так как с каждым длинным шагом демона она ударялась об его плечо. Ее руки все еще были связаны за спиной, что означало…
Я бессильна.
Взглянув вверх сквозь свисающие косы, она поняла, что они находятся в другой части Роткалины и удаляются от приморского замка, переходя из зеленого леса в пустынную равнину. Существовала только одна область в Роткалине, которая не была покрыта зеленью, — метко названная Царством Мрака.
Где творятся дикие вещи…
Она находилась в центре опасной территории с ненормальным: Ланте, должно быть, сходит с ума от беспокойства за нее, и Сабина не имела morsus — если она не вернется в замок, к Оморту, то будет приговорена.
Все из-за этого предателя Лотэра! И этот ублюдок переместил их к Царству мрака Она бы сама с ним разобралась!
Сабина даже не могла себе представить, как Оморт отреагирует на это предательство… или на ком он выместит свой гнев. Она надеялась, что Ланте будет в безопасности, что сестру защитят их Инферны.
Постепенно, шаг за шагом, каждый их которых отдавался в ее голове, равнина сменилась корявым окаменевшим лесом. Отбрасываемые луной тени заскользили по земле. Кто-то невидимый копошился в грязи.
Еще больше волновало то, что ее юбка собралась на талии, полностью оголив зад. Рука, которой демон придавливал ее к плечу, теперь полностью накрыла ее ягодицы и стала их мять.
Что он делает? Она не хотела снова заниматься с ним сексом, тем более что он находился в таком возбужденном состоянии. К тому же ее план был сорван, а воспоминания о пережитой боли все еще были свежи. И когда она приняла решение вернуться к нему в камеру, она твердо намеревалась быть сверху.
Ридстром резко остановился и поставил ее на ноги. В тусклом свете луны его обезумевшие глаза блестели от предвкушения, губы раздвинулись от клыков.
Спокойствие Ридстрома разлетелось с треском.
По-видимому, Сабина схватила тигра за хвост. И она только что стала его пленницей.
Ненадолго.
— Ридстром, — прошептала она.
— Что?
Она прошептала что-то еще гораздо тише. Когда он наклонился к ней, она боднула его головным убором в нос и нацелила стальной носок ботинка ему между ног.
Он схватил ее за лодыжку и бросил на спину. В одно мгновение он оказался на ней.
— Ты — порочная маленькая женщина. — Он уткнулся носом в ее волосы, вдыхая их аромат. — Вероломная.
Когда он с отчаяньем начал целовал ее шею, она нахмурилась — он целовал ее так, будто скучал по ней. Подобно тому, как ранее она ощущала его одиночество, сейчас она чувствовала его тоску.
— Но долго ты не будешь такой.
Он уже был в готовности, и, когда прижался к ней своим членом, ее шокировало удовольствие, пронзившее ее. Она замерла, ощутив разжигаемое им желание.
Подождите-ка… Что он имел в виду под: «Долго не будешь такой»? Планирует переманить ее на свою сторону, изменив? Всегда хотел изменить меня!
Он атаковал ее рот, сминая своими губами ее.
Прежде чем она забылась в беспамятстве от его поцелуя, она укусила его за нижнюю губу. Он прошипел проклятие, вскакивая на ноги. Схватив ее за талию, он потащил ее к плоскому валуну. Сев на него, он устроил ее на своих коленях.
— Что ты делаешь? — Со связанными руками она не могла бороться, чтобы остановить его.
— Выполняю свое обещание. — Как только она поняла, что он имеет в виду, он задрал ее юбку до талии.
— Ридстром, подожди. — Она извивалась, когда он сдергивал ее трусики до лодыжек. — Демон…
Он опустил ладонь на ее голый зад с громким шлепком. Было не столько больно, сколько унизительно. Это его месть? Заденет ли его, если она пройдет это наказание?
— Это все, на что ты способен, демон? Это было наказание или ласка? Я в замешательстве…
Шлеп! Она со свистом выдохнула, сжавшись на его коленях. Еще удар, сопровождаемый жалящей болью, следующий. Вторая его рука мяла ее бедро. Он был возбужден этим и тяжело дышал.
И что-то начало происходить и с ней. К ее изумлению, она возбуждалась. Как ему удается? Настанет ли время, когда он не сможет заставить ее хотеть его? Возможно ли такое сейчас, когда он шлепает ее задницу и, кажется, находится на грани, чтобы не придушить?
Но ее чрезмерно влекло к силе, а демон был самым сильным мужчиной, с которым она когда-либо сталкивалась. Она никогда не забудет, как он сражался с охраной — ярость бушевала в нем.
С его следующим ударом ее крик прервался стоном, удивившим ее саму. Даже он заколебался.
Она была истинной дочерью Чародейки — гедонистки, которая будет брать удовольствие везде, где бы ни нашла его. Даже здесь — в дикой местности, являясь пленницей демонического существа, избиваемая — и ее иллюзия огня уже освещает ночь.
