class="p1">Он наклонился, поцеловав меня. Это было жестко и горячо. Это было немного развратно и очень грязно, и мне нравилась каждая секунда. Его руки были повсюду… повсюду на мне. Везде, где мне было больно. Он никогда не прикасался ко мне так раньше.
Когда я прижималась к нему и бессвязно бормотала, выгибаясь ему навстречу, связь, которую я чувствовала с ним, становилась все глубже, словно я больше не была просто Али Белл, но теперь на моей душе была печать собственности Коула Холланда. Как будто я не была одна и никогда больше не буду одна. Даже если бы мы с Коулом были на разных концах света, его частичка всегда была бы со мной.
— Дайте мне знать, когда я нажму на нужную… — начал он.
Я ахнула, мои бедра оторвались от кровати.
— …точку, — закончил он.
Мой разум был полностью захвачен блаженством, мысли сгорали, не успевая сформироваться. Я задыхалась, обливаясь потом. Все, что он заставлял меня чувствовать… это было слишком… то, что он делал… это было слишком, но недостаточно… и… и… давление нарастало… и нарастало….
А потом…
Что-то сломалось во мне. Не просто сломалось, а разлетелось вдребезги. Это было чудесно, великолепно, но в то же время меняло жизнь, как будто каждая часть меня была обнажена. Я была уязвима так, как никогда раньше. Словно, у меня не осталось секретов. Никаких барьеров. Никакой защиты.
Только Коул.
Чувство связи… стало еще глубже. Это был переход на новый уровень. На тот, о котором я даже не подозревала. Я поняла, что доверяю Коулу не только свою жизнь, но и свое будущее. Чтобы он дорожил мной и не оставлял меня. Всегда был честным. Учитывал мои чувства и благополучие при каждом новом решении.
Я все еще тяжело дышала, теперь с ног до головы покрытая испариной, но мне было все равно. Я хотела смеяться.
— Это было потрясающе.
— Да, — простонал Коул.
Очевидно, что он был не так счастлив, как я. Его зрачки были расширены, а черты лица напряжены, и не нужно было быть гением, чтобы понять, в чем проблема. Ему нужно было почувствовать то, что только что почувствовала я. Ему нужно было… поддаться.
— Скажи мне, что нужно делать, — сказала я.
Его зрачки расширились, затмив почти весь фиолетовый цвет.
— Ты уверена?
— Да. — «еще как».
Грубым голосом он давал указания. Я повиновалась, немного осмелев в движениях.
Одной рукой он схватил меня за волосы, а другой вцепился в простыни.
— Али. — прохрипел он мое имя.
Хотя этот раунд был не для меня, я чувствовала то же самое. Ту же связь с ним. Знать, что он чувствовал то же, что и я, что это я заставляю его чувствовать себя так, что у него, возможно, отпечаталась Али Белл на каждой его части, было сладко и пьяняще.
— Али!
Прорычал он.
Идеальный конец.
После этого мы прижались друг к другу на кровати, моя голова лежала на его груди. Его сердце бешено колотилось.
— Это всегда так? — спросила я. Мы не дошли до конца, но все же. Я бы отметила этот опыт как близкий.
— Любовь меняет все на свете.
Я верила в это. Я также знала, что он не любил других девушек… никогда не утверждал, что любит. И все же, я все еще ревновала в непонятной для меня манере.
— Я знаю, что ты это знаешь, но все же повторю, — сказал он, вероятно, заметив, как я напряглась. — Когда мы вместе в постели, с нами больше никого нет. Здесь только ты и я. Я ни с кем тебя не сравниваю. Да и как я могу? Никто не может с тобой сравниться.
Он вызвал гром среди ясного неба моей ревности, и я не знала, радоваться мне или злиться. Почему бы не то и другое? Я потянула зубами за кольцо в его соске.
— Для большого, крепкого парня, ты выглядишь так, словно тебя выпороли, — поддразнила я.
— Жалуешься? — он накрутил прядь моих волос на палец. Привычка, я полагаю. — Потому что я не забыл, что должен тебя отшлепать.
Я фыркнула и рассмеялась одновременно, и звук, который издала в результате, был некрасивым.
Коул усмехнулся.
— Жаль, что моей мамы нет в живых. Ты бы ей понравилась.
Девушка могла только надеяться на это.
— Она была охотницей, — сказала я, вспомнив, что он однажды мне рассказал. На нее напала толпа зомби и укусила. Противоядие на нее не подействовало, и позже она восстала из могилы в виде зомби.
А позднее напала на Коула.
Мистер Холланд был вынужден убить ее… снова.
— Да, и к тому же хорошей. Но у нее лучше получалось набирать новых членов в команду. Именно она привела в команду маму Вероники, бывшую сотрудницу «Анимы».
У него было больше общего с Вероникой, чем я предполагала. Неудивительно, что он и Джулиана были так близки. Они, вероятно, выросли вместе.
Ну, привет. Ревность вернулась.
После всего, что мы с ним только что сделали и чем поделились, это не должно было меня беспокоить. Ключевое слово: не должно.
— Как так получилось? Доверять бывшему сотруднику «Анимы»? — спросила я. — Разве твои мама и папа не боялись, что она была шпионкой?
— Сначала, да. Но некоторое время она была в каком-то забытьи, а такие вещи нелегко подделать. Когда она вышла из него, ее память стерлась, но она заслужила их преданность тем, что спасла жизнь моей маме.
Да, но даже это могло быть уловкой. Подставой. Не то чтобы это было так, но да.
— Как твои родители отреагировали, когда ты начал встречаться с Вероникой?
— К тому времени моя мама была уже мертва.
Черт! Я должна была это знать. Он был слишком молод для свиданий, когда она умерла.
— Мне жаль.
— Но ей бы это понравилось, — тихо признался он, и я снова напряглась. — Мама Вероники не интересовалась своими детьми, поэтому моя на некоторое время взяла на себя заботу о них. Она нравилась моей маме.
Бедная Вероника. Бедная Джулиана. Я знала, что у них было нелегкое детство, но, казалось, оно становилось еще хуже каждый раз, когда я слышала об этом. И все же я не могла не задаться вопросом… даже зевая… были ли отношения между этими двумя женщинами «тузом в рукаве» Вероники.
Коул поцеловал меня в лоб.
— Спи, любимая. Завтра будет длинный день.
— Еще нет. Мне надо тебе кое-что показать. — зевнув пошире, я схватила свой телефон, увидела миллион сообщений от Кэт и одно от бабушки, и сделала мысленную пометку связаться с ними,
