улыбнется удача, и они нас не найдут, — пробормотал я, и она тихо рассмеялась.
Сегодня утром мы договорились отправиться в путь как можно скорее, и я знал, что держусь за это короткое окно спокойствия, прежде чем нам придется продолжать и снова увеличивать разрыв между нами и Валентиной. Но я дорожил каждым мгновением в ее объятиях, и расставание даже с одним из них причиняло мне боль.
Она посмотрела на меня с понимающей улыбкой, и я начал играть с ее золотистыми волосами.
— Может быть, мне стоит еще раз предложить покормить остальных, прежде чем мы отправимся в путь, — нерешительно сказала она, и я замер, отпустив ее волосы.
— Нет. На данный момент ты дала им достаточно, — прорычал я.
— Ну, в любом случае, нам нужно двигаться, — ответила она, толкая меня в грудь в попытке заставить отступить.
Она была недостаточно сильна, чтобы заставить меня двигаться, даже с помощью своих даров, и хмурилась, когда я сопротивлялся. Я драматично вздохнул и откатился в сторону, чтобы она могла встать с кровати.
Я наблюдал, как она надевает новую одежду, которую нашла для себя, и неохотно натянул свою. Серая футболка немного натянулась на моих мышцах, но сидела лучше, чем многое из того, что я носил с момента пробуждения в этом времени.
Я застегнул пояс и подобрал с пола свои мечи, следуя за Келли в полумрак торгового центра.
Она повела нас обратно к ресторанному дворику, где нас ждали остальные.
Они разбирали огромную кучу вещей, которые собрали в разных магазинах, пока Келли и Джулиус немного поспали. Я подошел к брату, который набирал еду в рот из пакета. У него были два аккуратных пореза на предплечьях, которые почти зажили благодаря его дарам. Я вздохнул, садясь рядом с ним, задаваясь вопросом, как двое величайших истребителей вампиров в истории могли оказаться в такой ситуации. Один из нас питался от женщины, которую он любил, а другой раздавал кровь монстрам, уничтожению которых он поклялся своей жизнью.
— Мы нашли магазин, полный походного снаряжения, — объяснила Кларисса, когда Келли подошла ближе к ней, с интересом разглядывая собранный ими запас. — Здесь есть спальные мешки и достаточно упаковок с обезвоженной пищей, чтобы вам с Джулиусом хватило на несколько недель.
— Это здорово, — ответила Келли с улыбкой.
— Да, это прекрасно, что двое членов нашей группы так хорошо накормлены, — раздраженно ответил Фабиан. — Или мне следует сказать трое? — спросил он, когда его взгляд переместился на меня, и я замер под его пристальным взглядом. Я знал, что Келли дала мне гораздо больше крови, чем предложила им прошлой ночью, но я ничего не мог с этим поделать, да и не особо расстраивался из-за этого.
— Тебе нужно еще? — Спросила Келли, поглаживая большим пальцем повязку на руке. — Уже?
Эрик неловко поерзал, и Кларисса обменялась взглядом с Чикоа. Монтана была единственным вампиром, который, казалось, не отчаивался сказать «да».
Фабиан посмотрел на окровавленную повязку на ее руке, казалось, раздумывая над своей просьбой. У нее даже не было даров моего клана, которые помогли бы ей исцелиться от травмы, и я стиснул зубы при мысли о том, что она сделает это снова.
— Я не хочу причинить тебе вред, — пробормотал он, глядя на Келли так, что мне захотелось вырывать его глаза. — Если ты будешь резать себя каждый раз, предлагая нам свою кровь, то очень скоро будешь покрыта одними ранами.
Взгляд Келли неловко переместился на меня. — Укусы тоже причиняют боль, — сказала она, пожимая плечами. — За исключением тех случаев, когда это делает Магнар.
Фабиан закатил глаза, и Кларисса понимающе улыбнулась, а Эрик откашлялся.
— Ну, если ты хочешь, чтобы я тебя так кусал, тогда я тоже не причиню тебе боли, — многозначительно сказал Фабиан.
— Что ты имеешь в виду? — Монтана нахмурилась.
Эрик бросил на меня удивленный взгляд, прежде чем ответить. — Мы не выделяем никакого яда при укусе, если в это время находимся в процессе получения других видов удовольствия, — объяснил он.
Джулиус разразился лающим смехом, хлопнув меня по руке, и я тоже не смог сдержать ухмылку. Щеки Келли вспыхнули, когда она поняла, в чем только что призналась, и Монтана тоже начала смеяться.
— Ну что ж… Тогда я просто снова порежусь, — сказала Келли, отказываясь признавать то, что только что узнала.
— Не сегодня, — твердо сказал я, и все глаза вампиров обратились ко мне.
— Мой брат прав, — согласился Джулиус. — Наша кровь предназначена для поддержания наших собственных тел, и если вы хотите, чтобы она поддерживала и ваши, то хорошо. Но это будет происходить на наших условиях. Вы получите еще завтра, когда мы остановимся, чтобы разбить лагерь. Если вам этого недостаточно, можете попробовать забрать ее у нас.
— И я буду стоять рядом с ними, — прорычал я на случай, если это было непонятно.
Вампиры кивнули в знак согласия, и часть напряжения покинула мое тело, когда я двинулся, чтобы помочь им упаковать припасы, которые они нашли. Это было не идеальное решение, но оно должно было сработать. Я просто надеялся, что мы доберемся до горы до того, как их голод станет слишком сильным.
— Нам все еще нужно захватить палатки, — сказал Эрик, глядя на меня, когда начал уходить.
Я поднялся со стула, чтобы присоединиться к нему, и мой взгляд задержался на Фабиане, а Келли начала помогать ему укладывать припасы в сумку.
Я хотел уже сказать ему, чтобы он отошел от нее, но стиснул зубы, подавив порыв, и вместо этого последовал за Эриком в темные коридоры.
Некоторое время мы шли молча, пока до нас не донеслись звуки разговоров остальных.
— Похоже, вы с Келли неплохо справляетесь с твоим обращением, — сказал Эрик.
— Я обязан ей всем, — ответил я. — Если бы не она, я бы покончил с собой, когда на меня было наложено это проклятие, но она каким-то образом делает его… терпимым.
— Терпимым? Это ты так называешь то, как она тебя кормит? — поддразнил он, и я не смог удержаться от смеха.
— Она соблазнила меня на это, — слабо запротестовал я, но было очевидно, что я не чувствовал такой вины за нашу ситуацию, как следовало бы.
— То, что мы делаем ради любви, — пробормотал он, и я кивнул в знак согласия. Я бы не справился со всем этим должным образом, если бы не Келли, и эффект, который она оказала на меня, был неоспорим. Мне было трудно представить, как эгоистично я жил своей жизнью до того, как она появилась.
— У нее есть некоторые возражения против моего поведения с тех
