— Именно это ты и сделаешь, когда мои покупатели зададут тебе вопрос, — просто покачаешь головой? — спросил ее мистер Победоноссон. Играя на публику, он спустился по лестнице и стал прямо перед девушкой. — А кивать ты умеешь?
На таком близком расстоянии внешность его оказалась просто пугающей: крупная фигура, ощущение силы, слабый аромат чего-то сладкого и едкого одновременно.
— Я спросил тебя, умеешь ли ты кивать! — грозно повторил он, положил ладонь ей на голову и стал двигать ею вперед-назад.
Грейс перепугалась и невольно кивнула.
— Ага! — хрипло каркнул мистер Победоноссон. — Кивать она тоже умеет!
Он развернулся и направился к своему месту на лестнице, где парил над толпой.
— Теперь вы понимаете, как нужно внимать всему, что говорит вам покупатель? И не важно, первый это покупатель в вашей жизни или восемьдесят первый — будьте наготове и слушайте! Никогда не позволяйте себе упустить выгодную сделку!
Грейс посмотрела на него, пытаясь скрыть страх и ненависть. Этот запах… этот едкий, приторный запах… Где же она его слышала?
И тут она вспомнила. Конечно же, на похоронах Седрика Вэлланда-Скропса, когда мимо нее прошел последний участник похорон. А возможно, и еще раньше, хотя она не могла с уверенностью сказать, где именно.
Однако Грейс не могла как следует обдумать этот вопрос, поскольку работниц Победоноссона разделили, а к ней прикрепили девушку с черной нашивкой на платье, на которой было указано ее имя — мисс Вайолет. Девушка была на несколько лет старше Грейс и достаточно привлекательна для того, чтобы не завидовать красоте своей подопечной. Мисс Вайолет была одной из пяти девушек-зазывал, и ее работа заключалась в том, чтобы выяснять пожелания покупателей, а также оценивать их положение в обществе, как только они переступят порог магазина: мистер Победоноссон требовал, чтобы людей, занимающих верхние ступени социальной лестницы, обслуживали исключительно те продавщицы, которые занимали аналогичное положение в иерархии магазина.
Грейс еще никогда не доводилось встречать таких людей, как мисс Вайолет. Образованная и умная, с коротко остриженными вьющимися волосами (и блестящими губами, что никак нельзя было отнести на счет щедрости природы), она была представительницей новой породы секретарш и продавщиц, которые, не желая сидеть дома и ждать, когда к ним зайдет мужчина и предложит выйти за него замуж, смело шли в мир и начинали строить собственную карьеру. Грейс мгновенно почувствовала к ней симпатию.
— Все, что вам нужно делать, — пояснила ей мисс Вайолет, — это отводить покупателей туда, куда я скажу. Я могу назвать отдел или имя человека, работающего в том отделе. А иногда я даже могу распорядиться отвести чрезвычайно важного покупателя к мистеру Победоноссону — тот обслужит его лично.
Грейс кивнула, но, услышав ненавистное имя, не смогла сдержать дрожь.
Мисс Вайолет ободряюще похлопала ее по плечу.
— Не позволяйте ему расстраивать вас, — сказала она. — Слай любит запугивать людей и каждый день к кому-нибудь цепляется, а когда у него дурное настроение, то таких несчастных может быть и несколько.
— Его зовут Слай?
— Вообще-то его полное имя — Сильвестр, но Слай ужасно ему подходит: он действительно большой хитрец[4]. — Мисс Вайолет улыбнулась. — А сейчас я проведу вас по магазину и покажу, где у нас какие отделы.
Грейс подумала, что в магазине просто невероятное количество товара, и, когда мисс Вайолет повела ее мимо корсажей, боа, шляпок, сапожек, юбок, шалей, накидок, зонтов, передников и мантилий, у нее закружилась голова — еще до того, как они добрались до отделов для мужчин.
— Столько одежды, и вся черного цвета! — воскликнула Грейс и испытала настоящее облегчение, когда они вошли в отдел платья для второго периода траура, где преобладали серый, лиловый и розоватый оттенки.
— У нас такое количество товаров в магазине потому, что мистер Победоноссон терпеть не может упускать сделку, — пояснила мисс Вайолет. — Я абсолютно уверена, что его сердце пронзает стрела каждый раз, когда человек выходит из нашего магазина, так и не открыв кошелька. — Она остановилась у стыдливо прикрытого шторой алькова. — Новый отдел, — вполголоса произнесла мисс Вайолет. — Траурное нижнее белье.
— Нижнее белье? — повторила Грейс, не в силах скрыть изумление.
Мисс Вайолет улыбнулась.
— Да-да, это правда. Дамы должны демонстрировать скорбь вплоть до самого интимного облачения.
— И что, эта одежда тоже должна быть абсолютно черной? — спросила Грейс, пытаясь заглянуть за штору.
Мисс Вайолет покачала головой.
— Нет. Она может быть из белого батиста, отороченного черными кружевами, или из белого льна, украшенного черными лентами, — прошептала она.
Они вернулись в главный зал и остановились возле рояля, где обычно располагалась мисс Вайолет, надеясь отобрать покупателей с самой солидной внешностью. Грейс, испытывая облегчение оттого, что мистера Победоноссона нигде не видно, поняла, что получает удовольствие от такого времяпровождения — хотя, если бы она могла загадать желание, то непременно пожелала бы, чтобы Лили пришла сюда и тоже все это увидела.
День прошел в нескончаемом потоке лиц и требований. С утра в магазин в основном приходили горничные, лакеи и не очень зажиточные люди, но к полудню представители среднего класса тоже начали выходить из дому и тратить значительные суммы на демонстрацию теплых чувств к принцу Альберту. К трем часам стали появляться представители еще одного слоя населения — высшего: сюда наведывались те, кто не успел обратиться к услугам частных портних, и в магазин они заходили, собираясь нанести визит вежливости и попить чаю у друзей и тетушек. Дам высшего света за этот день в магазине побывало достаточно много — настолько, что дорога перед магазином превратилась в кипящий водоворот ржущих и бьющих копытами лошадей, двуколок и ландо, наемных экипажей и карет. Хаос только усилился, когда в эту толпу вклинилась отара овец, двигающаяся к рынку Смитфилд; отарой руководили пара колли и один пастух. Этот ужасный затор перегородил дорогу нескольким дамам в дальнем конце Оксфорд-стрит; им пришлось отправить своих горничных в трясину транспорта, вручив письменные пожелания для служащих магазина, и вернуться домой самостоятельно.
Пока снаружи разворачивалась драма, Грейс заметила, что на стеклянные двери, поблизости от них с мисс Вайолет, уже начинает напирать толпа. Несколько раз служащий в униформе закрывал магазин, пока продавщицы обслуживали уже вошедших покупателей, и Грейс решила, что ему опять пришлось прибегнуть к этому способу. Однако вскоре она поняла, что на улице стоит крупный бородатый господин, а служащие стараются протолкнуть его в двери.
