– Ну? Что стряслось, Трэвис? Грызут сомнения по поводу сегодняшней вечеринки? – с присущей ей прямотой спросила Джулиана, когда они уселись за столик.
– Нет. А тебя?
Трэвис склонился через стол, готовый услышать правду и чувствуя себя так, словно подступил к краю обрыва.
– Нет, если мы объявим о предстоящей свадьбе, – хладнокровно ответила Джулиана. – Это всего лишь вечеринка в честь нашей помолвки. Не конец света. Нет причин для паники.
– Согласен. А ты уверена, что не паникуешь?
– Немного волнуюсь, вот и все, – вспыхнула она.
– Ладно, успокойся. Я просто так спросил.
– С чего вдруг?
– Последние несколько дней ты необычно молчалива и отстраненна, – тихо заметил он. – С той прогулки по пляжу, если точно.
– А-а. Должно быть, нервы.
Трэвис подождал, но дальнейших объяснений не последовало, он решил попробовать еще раз.
– Джулиана, я тогда чем-то тебя расстроил? Если ты сердишься, потому что я наехал на тебя, как самосвал, когда ты упомянула о беременности, то прошу прощения. Просто я был абсолютно уверен, что это невозможно, вот и впал в шок, узнав, что ты могла и… – затих он. – Полагаю, слишком остро отреагировал.
– Не переживай. Видимо, я не владею искусством ведения тонкой дипломатической беседы.
– Когда-нибудь мы поговорим о детях, – пообещал Трэвис.
– Точно?
Он кивнул, спеша сменить тему.
– Больше тебя ничего не беспокоит?
– Нет, – отрезала Джулиана.
– Может, ситуация с «Пылающей долиной»?
– Нет.
Разумеется, она сразу не признается, что утратила веру в него, только не после всех этих пылких заверений последних нескольких недель. Наверняка будет держать в себе растущее разочарование.
– Неважно выглядишь, – неохотно выдавил Трэвис.
– Ты уже говорил мне это несколько раз, – недовольно буркнула Джулиана.
Трэвис тоже вскипел и резко вскочил на ноги.
– Да, говорил. Может, наконец до тебя дойдет. Увидимся вечером. Заехать за тобой?
– Нет, сама доберусь. Приеду в ресторан пораньше, чтобы все проверить. – Она тоже встала. – Трэвис, не хочу с тобой ссориться. Просто я немного нервничаю.
– Да. Я тоже, – кивнул он и вышел на солнечную улицу.
Дошел до «бьюика», оглянулся и увидел, что Джулиана все еще смотрит ему вслед. Показалось, что в ее глазах мелькнула боль, и Трэвис едва не ринулся назад. Но пока колебался, раздумывая, Джулиана развернулась и без оглядки направилась в «Очарование». Он заметил, как она приложила к глазам салфетку со стола, и у него скрутило живот.
Зияющая пропасть над обрывом все ближе и ближе, оставалось только вообразить, каково это – почувствовать, что камнем летишь вниз.
* * *
Долго гадать не пришлось. Ощущение смертельного пике возникло сразу, едва Трэвис повесил трубку после окончательного разговора с Бикерстафом. Земля разверзлась под ногами. Не за что зацепиться, не на чем повиснуть.
Все кончено.
Нахлынуло неестественное спокойствие. Трэвис потер затылок и взглянул на часы. Начало восьмого. Вечеринка уже началась, он опоздал. Наверное, Джулиана догадается почему.
Чувствуя себя измученным, как никогда в жизни, Сойер поднялся на ноги, обошел стол и надел пиджак. Нет смысла возвращаться в квартиру, чтобы переодеться ради торжества. На званом приеме в честь собственной помолвки он пробудет недолго.
* * *
– Если это намек на будущее, Джулиана, то лучше сразу приготовься обнаружить себя, в одиночестве стоящей у алтаря.
– Не очень хороший знак, подруга, когда будущий жених опаздывает на вечеринку по случаю собственной помолвки.
– Не могу поверить, Джулиана. Как ты могла так старательно все спланировать, вплоть до креветок в соусе, но забыла убедиться, что твой fiancé явится вовремя? На тебя это не похоже, дорогая. Должно быть, перспектива брака затуманила тебе мозги.
Джулиана с приклеенной улыбкой выслушивала очередной раунд добродушных поддразниваний, которые начались вскоре после семи, когда прибывающие гости выясняли, что Трэвиса еще нет. Большинство рассматривали опоздание, как своего рода шутку, ожидая, что Сойер вот-вот появится в дверях.
Единственные, кто действительно переживал – Элли и другие члены семьи. Все Гранты выглядели решительными и мрачными.
– Может, позвонить ему в офис? Или на квартиру? Вдруг что-то случилось? – заговорила Элли за спиной Джулианы.
– Черт возьми, он обязательно появится, – отрезала та, удивляясь нахлынувшему странному чувству смирения.
«Мне словно наркоз ввели, – размышляла она. – Вот и полегчало после всех болезненных тревог и неопределенностей последних дней».
Джулиана обвела взглядом помещение и отметила, что все идет гладко, если игнорировать прискорбный факт отсутствия будущего жениха.
Огромный зал «Сокровищницы», сдаваемый в аренду для торжественных случаев, был празднично украшен сверкающими шарами, красочными растяжками и роскошными экзотическими тепличными цветами. В центре красовался великолепный фуршетный стол, протянувшийся почти на всю длину, заставленный ошеломляющим выбором деликатесов, от чесночных тостов до креветок на маленьких вертелах. Поддавшись ностальгии, Джулиана даже приказала поставить блюдо с гуакамоле на почетное место в середине стола. Вокруг смеялись и болтали многочисленные гости, разодетые в типично калифорнийском стиле, что означало все мыслимые и немыслимые модные наряды от серебристых джинсов до элегантных кимоно.
Кирквуды прибыли в шесть, добровольно предложив помочь, если потребуется. Джулиана впервые увидела Дэвида с того вечера, когда за ужином сообщила, что Трэвис попытается спасти курорт. Одного взгляда на красивое лицо хватило, чтобы согласиться с Элли – он выглядит обеспокоенным. Хотя и старается скрыться за знакомой сияющей улыбкой, но Джулиану не обманешь. Элли так же старательно изображала веселье. Родители и дядя Тони посчитали необходимым непринужденно болтать с гостями, но частенько поглядывали в сторону входной двери и мрачно хмурились.
«Слава Богу, что я пригласила родителей Трэвиса только на свадьбу, а не на обручальную вечеринку», – подумала Джулиана и вздохнула про себя, пробираясь сквозь толпу.
Как она так оплошала? Следовало все отменить сразу после той роковой прогулки по пляжу. В сотый раз взглянула на часы. Семь тридцать. Интересно, соизволит ли Трэвис все же появиться?
Джулиана всерьез рассматривала возможность сбежать через заднюю дверь ресторана, когда по битком набитому помещению разнесся одобрительный гул. Она мгновенно развернулась, надеясь, что прибыл Трэвис. Настроение немного поднялось. «Надежда умирает последней».
