Петрификусы, отбрасывал рыболюдей щитами, и рвался вперед, но его оттесняли прочь, и даже ранили пару раз. Несильно, но все же. Мимо промчался Крам, получеловек-полуакула, и вода окрасилась кровью, а где-то справа вдруг вспыхнул огонь. Флёр, как и Рон, отбивалась изо всех сил, но её тоже ранили и оттесняли, наседали, заходили со всех сторон.
— Вместе! Сражаемся вместе! — заорал Рон, и только потом понял, что его вряд ли услышат.
Но всё же натиск Крама сделал свое дело, ряды рыболюдей поредели, они спешили назад, спешили к Виктору, и Рон, вызвав в памяти воспоминания о бое с драконами и о крепких дружеских объятиях с Гарри, взмахнул палочкой.
— Экспекто Патронум!!!
Патронус его сиял и ослеплял, рыболюди зажимали глаза, роняя трезубцы, и Рон рванул вперед. Успеть! Спасти! Он справится, он пробьется через все препятствия! Гарри и Гермиона ждут! Виктор уже вился возле столба с Гермионой, но никак не успевал сорвать с нее цепи, русалы лезли густой толпой, и Рон заорал, вспомнив Невилла.
— Вингардиум Левиоса!!!
Волной русалов и русалок смело и снесло, расплющило о дома вокруг, даже столбы едва не вырвало. Привязанные к столбам так и висели, не поднимая голов, и Рон неожиданно понял, что их специально лишили сознания, что они не смогут помочь. Это было очень плохо, помощь Гарри и Гермионы сейчас пригодилась бы, спасти девочку, помочь Флёр, которая как раз мчалась к столбам. За ней вился след из крови и русалы мчались вдогонку, тыкали трезубцами. Виктора снесло волной вместе с остальными, и Рон решил рискнуть. Нет ничего невозможного для того, в ком пылает Юность, и Рон сотворил модифицированное заклинание головного пузыря.
Только размер пузыря оказался в четверть озера.
Рыболюдей отбросило, и стены пузыря, водные стены воздушного колодца достающего до поверхности Озера, теперь напоминали суп из тел, хвостов, плавников и трезубцев. Рон, вскинув палочку, удерживал заклинание, прямо физически ощущая давление воды на стены пузыря, и заорал.
— Виктор! Освободи всех!
— Габриэл! — донесся крик, и Рон обернулся назад.
Окровавленная Флёр бежала-хромала к столбам, и чуть выше видно было платформы. Ошарашенные зрители смотрели сверху вниз на разверзшуюся перед ними бездну, и Рон смотрел на них в ответ, думая о том, что ему повезло — чуть сильнее заклинание, и платформы бы рухнули, лишившись водяной опоры.
— Рон! — донесся крик Виктора, и Уизли обернулся.
Виктор, превратившийся обратно в человека, рвал веревки, и очнувшиеся Гарри, Гермиона и девочка ему помогали. Где-то фоном проскочила мысль, что отпускать заклинание нельзя, раз все очнулись и превратились в людей, но внимание Рона было целиком поглощено тем, что происходило там, за пределами воздушного пузыря.
Огромная фигура, кальмар, потемневший так, словно год купался в чернилах, двигался вперед, и русалы расступались перед ним. Щупальца ударили в стену пузыря, и Рон физически ощутил этот удар, упал на одно колено. Кальмар ударил еще, стена раздвинулась и часть воды хлынула внутрь.
— Ктулху Фхтагн! Ктул…, — успел прорваться громогласный хор русалок.
В это же время на платформе для зрителей
— Что, что они кричат, Альбус? — со страхом в голосе спросила МакГонагалл, отступая от разверзшейся бездны вплотную к Дамблдору.
— О! это на русалочьем, и м-м-м… оно не совсем цензурное, и означает, что нам всем м-м-м… конец, — ответил Дамблдор, оглаживая бороду. — Как-то раз был забавный случай, знаешь, мой ученик, Ньют, вернувшись из путешествия по Америке, рассказывал…
Дамблдор хлопнул в ладоши над головой, и там появился феникс Фоукс. Между ним и Дамблдором словно протянулась огненная нить, и феникс начал раздуваться, увеличиваясь в размерах, с каждой секундой сияя всё ярче.
— …как тамошние русалки подшутили над одним начинающим магом, собирателем фольклора, и наплели ему кучу небылиц, о спящих под водой чудищах, Древних богах и прочем. Маг оказался так впечатлен, что даже написал и издал серию книг, предупреждая человечество о грядущей опасности, а русалки, когда узнали об этом, чуть не надорвали животы от хохота.
С этими словами Дамблдор взлетел, точнее говоря, вымахавший до огромных размеров феникс ухватил его когтями и поднял, а МакГонагалл выдохнула, подумав, что в свете творящегося вокруг случай вовсе не выглядит забавным!
— КТУЛХУ ФХТАГН!!! — доносился громоподобный рев рыболюдей из-под воды.
— Моя Сила Юности подобна несокрушимой стене!!! — заорал Рон, поднимаясь с колен.
Стены пузыря сомкнулись, раздвинулись, превращаясь в воздушный колодец, и кальмар, открыв клюв, выпустил оттуда облако Тьмы. Щупальца его начали бултыхаться и колыхаться, вроде бы беспорядочно, но ускоряясь с каждой секундой, и Рон ощутил, как вокруг воздушного пузыря закручивается водоворот. Давление резко возросло, и парочка самых нетерпеливых русалов даже прорвалась внутрь, шлепнулась на обнажившееся дно озера и поползла вперед, наставив трезубцы.
— Ктулху фхтагн! — шепелявя и присвистывая, орали они.
Водоворот кружился, но Гарри уже освободился, и тут же могучим рывком избавил остальных от веревок. Флёр подхватила девочку, и в это же мгновение сквозь завесу, воздушную стену, прорвались темные фигуры в балахонах. Виктор и Флёр растерялись, но Гарри выхватил палочку у Крама, а Гермиона у Делакур.
— Экспекто Патронум! — выкрикнули они в унисон.
Светящиеся выдра и черепаха устремились в бой, избивая дементоров и отбрасывая их прочь в воду, в кипящий вокруг водоворот. Кальмар раскручивал воду, и сверху донесся треск ломающихся, падающих в бездну водоворота платформ. Зрители полетели вниз, и глаза Рона расширились в ужасе, но тут же сверху донесся не крик даже, а могучий рёв Невилла.
— ВИНГАРДИУМ ЛЕВИОСА! — и люди зависли в воздухе, пойманные магией.
— Точно! — вскричал Гарри. — Сила Юности Невилла указывает нам путь! Ураганная Левиоса!
В тот же момент Рон ощутил, что его поднимает ввысь, и растерялся на мгновение. Всего лишь на мгновение, но этого оказалось достаточно. Заклинание Пузыря сломалось, и вода хлынула обратно, огромной волной, на гребне которой мчались рыболюди, вскидывающие трезубцы, и за ними взлетали ввысь щупальца кальмара.
— Ты не пройдёшь! — донесся выкрик Дамблдора сверху.
Директор Хогвартса, которого придерживал огромный пылающий феникс, обрушил на кальмара ураган могучих заклятий. Волна восторга захлестнула Рона, и дальнейшее он помнил смутно. Он кричал, швырялся заклинаниями, как-то оказался на метле и вихрем носился над Озером, вначале осыпая заклинаниями русалок, потом помогая эвакуировать пострадавших. Восторг и пламя рвались из него, поражали кальмара, и рядом неслись друзья, помогали, прикрывали, и Рон помогал и прикрывал их в ответ.
В эти минуты он видел все,
