– А вы что будете? – спросила меня девушка.
– Спасибо, ничего, – ответила я, незаметно включая диктофон в кармане.
– У вас есть пять минут, – обратилась ко мне Попова. – Задавайте ваши вопросы.
– Скажите, пожалуйста, вы знаете певицу Аурику?
Во взгляде Беллы отразилось недоумение:
– Была такая девчонка пару лет назад, но она, кажется, погибла?
– Да, вы правы, она погибла. А про певицу Стефанию вы что-нибудь слышали?
– Допустим, слышала.
– А вы знаете, как сложилась ее карьера? Сейчас Стефания поет?
– Понятия не имею.
– А я вам скажу: Стефания не поет, потому что ее убили.
Лицо Поповой окаменело.
– Я не понимаю, какое отношение эти девушки имеют ко мне. Вы про кого статью пишете – про них или про меня?
– Я сейчас все объясню. Только ответьте еще на один вопрос: певица Алабама действительно подавала большие надежды? Она могла сделать из вашего мужа настоящего продюсера?
Белла в упор смотрела на меня. Если бы взглядом можно было убить, от меня осталась бы горка пепла.
– Смотрите, что у нас получается, – продолжила я. – Ваш муж организовал «Продюсерский центр Игоря Бобрика». Он пытался раскрутить трех певиц, однако все они скоропостижно скончались. Вам не кажется это странным? Ну одна, ну две, но чтобы все три сразу – это не может быть случайностью!
Попова не проронила ни слова. Однако я чувствовала, что внутри у нее все клокочет.
– Итак, три девушки мертвы. И я знаю, кто их убил и почему. Это сделали вы на пару с домработницей Светланой Рзаевой. Рзаевой двигала алчность, за пособничество вы заплатили ей солидную сумму. Ну а вы не хотели, чтобы ваш муж Игорь, образно говоря, поднялся с колен. Возможно, боялись, что тогда он вас бросит. А потом вы...
Я собиралась сказать, что потом Белла убила свою сообщницу, но певица не дала мне договорить.
– Выведите кто-нибудь эту сумасшедшую! – громко крикнула она.
В гримерке мгновенно появился крепкий мужчина, подхватил меня под белы рученьки и вынес в коридор.
– Сами выход найдете? – ласково поинтересовался он.
– Найду.
Выбравшись на улицу, я принялась костерить себя на все лады. Журналист называется! Испоганила все дело! Да любой водитель трамвая и то лучше бы справился с этим заданием! Как можно было так опростоволоситься, имея на руках все карты?!
Я прослушала пленку. «Выведите кто-нибудь эту сумасшедшую!» Да уж, на признание это мало похоже. И что же мне теперь делать? Ума не приложу.
Дома я принялась ходить из угла в угол, собирая мысли в кучку. Может быть, попытаться разузнать что-нибудь об обстоятельствах смерти Стефании? Вдруг мне улыбнется удача и я найду надежного свидетеля? Ага, такого свидетеля, который совершенно случайно записал на видеокамеру, как Белла Попова сначала подмешивает Стефании снотворное, а потом открывает на газовой плите все конфорки.
От раздумий меня отвлек телефонный звонок. Незнакомый женский голос спросил:
– Это Людмила Лютикова?
– Да.
Голос радостно зачастил:
– Я представляю косметическую компанию «Вторая молодость». Вы принимали участие в рекламной акции и выиграли приз – бесплатную консультацию нашего косметолога!
– Пожалуйста, подождите минутку... – Я нашла бумажку, на которой записала название прошлой фирмы. Нет, здесь «Вечная молодость». – Да, я вас слушаю.
– Консультация косметолога абсолютно бесплатная! У вас дома, в любое время! Косметолог определит тип вашей кожи, избавит от дефектов. Какое время вам удобно?
И чего это они на меня накинулись? Слух, что ли, прошел по всей Москве, что Люся Лютикова – дурочка, у которой водится лишняя тысяча долларов? А может, на этот раз обойдется без лохотрона? Вдруг это действительно будет консультация косметолога?
– Мне удобно сегодня, через час.
– Хорошо, наш консультант подъедет к вам через час. Давайте уточним ваш адрес и возраст.
Я назвала.
Собеседница попрощалась и повесила трубку.
Ровно через час в дверь позвонили. Я открыла – и обнаружила на пороге Северину Сигизмундовну собственной персоной. На этот раз на ней была розовая шляпка в тон розовому чемоданчику в руках.
– Северина Сигизмундовна! – воскликнула я. – Вы что же, теперь в другой фирме работаете? А как же «Вечная молодость»?
Старушка махнула рукой:
– А, дрянь у них, а не косметика! А я, – она гордо приосанилась, – всегда продаю только то, что мне самой по-настоящему нравится!
Глава 35
На следующее утро меня разбудил звонок в дверь. Я продрала один глаз и посмотрела на часы – 6.05. Да они озверели, что ли? Не буду открывать! Никого нет дома!
Мне почти удалось заснуть, когда звонок раздался опять. Одновременно дверь затряслась под ударами. Господи, такое ощущение, будто настал конец света!
– Да иду я, иду!
Я сползла с дивана и поплелась к двери.
– Кто там? – Я припала к дверному глазку и попыталась рассмотреть лестничную площадку.
Довольно бессмысленное занятие, если учесть, что зрение у меня «минус пять», а линзы лежат в ванной. Я увидела какое-то расплывшееся свиное рыло вместо лица.
– Открывайте, мы из домоуправления! – раздался свирепый женский голос. – Нам надо проверить стояки с горячей и холодной водой!
– Вы в своем уме? В такую-то рань?! – возмутилась я, накидывая плащ поверх пижамы.
– А позже никого не застать, все на работе! – вопила дама. – В подъезде висело объявление, вас предупреждали! Открывайте, иначе отключим воду!
И пока я возилась с ключами, дама продолжала громко возмущаться:
– Ну что за люди! Для них же стараешься, а они двери не открывают! Вот отключим воду, тогда будете знать! Дом находится в аварийном состоянии, а они слесарей не пускают!
Наконец я справилась с замком и открыла дверь. И сразу же мне в лицо ударила струя из газового баллончика. Глаза пронзила острая боль, я стала задыхаться. Кто-то толкнул меня на пол, навалился сверху. Я почувствовала, что мои руки связывают скотчем, потом то же самое проделали с ногами. Все это время из моих глаз лились слезы, и я безостановочно кашляла.
Наконец мне удалось восстановить дыхание и приоткрыть глаза. Я лежала на полу, надо мной нависла женщина. Господи, что это? Опять свиное рыло. Тут я догадалась, что она надела новогоднюю маску поросенка.
– Белла, это вы? – прохрипела я. – Я вас узнала!
Женщина молчала.
– Вы хотите меня убить?
Поросенок весело улыбался.
– А как вы это сделаете? – допытывалась я.
Вместо ответа Белла вывернула до упора конфорки на плите. Квартира у меня «элитная», гостиничного типа. Чтобы попасть на кухню, достаточно сделать от входной двери один шаг. Значит, вот что она задумала – избавиться от меня и продолжать жить как ни в чем не бывало!
Я принялась лихорадочно соображать. Плита старенькая, всего две конфорки, причем одна не работает. Газ еще не скоро заполнит квартиру. Значит, у меня есть время. Может, попытаться разжалобить убийцу?
– Вы знаете, Белла Анастасовна, мне совсем не хочется умирать. Я и не жила-то толком! У меня же еще все впереди!
Поросенок насмешливо хрюкнул.
– Да, я понимаю, что вы хотите сказать. Мол, тебе уже за тридцать, ты профукала свой шанс. Лермонтов умер в двадцать семь лет, Есенин – в тридцать, Шуберт – в тридцать один. Да, я многое упустила, но я верю, еще не все потеряно! Теперь я буду ценить каждое мгновение. Я даже похудею!
Поросенок скептически покачал головой.
– Правда-правда, – тараторила я, – я возьму себя в руки! Перестану лопать конфеты и пирожные, запишусь на фитнес. Вы ведь правильно тогда говорили, что причину обжорства надо искать в голове, помните? Я наплевательски относилась к своему телу, потому что мне вообще не нравилась моя жизнь. Я думала, что в ней нет ничего хорошего. Но теперь-то я поняла, что это не так! Пока ты жив, перед тобой открыты все двери, для тебя нет ничего невозможного! О, как я это сейчас понимаю!
Круглая розовая мордочка бесстрастно взирала на меня.
Тут меня осенило:
– Да ведь вы таким же образом убили Стефанию! Сначала прыснули в лицо газовым баллончиком, потом связали ее и открыли газ! Я права?
Белла решительно взяла в руки скотч и заклеила мне рот.
До меня запоздало дошло, что надо было звать на помощь. А я-то, дура, завела разговоры по душам!
Ну вот и закончилась моя молодая жизнь! Сейчас Белла уйдет, подождет пару часов, пока газ отравит каждую клеточку моего организма, потом вернется и снимет скотч. И все будут думать, что я покончила с собой от невыносимости бытия.
