самолетах не летал. А то я несколько раз попробовал и, честно говоря, все время опасался разбиться в лепешку.
Ларри провез нас с Триандафилловым по всем новым корпусам и городку, пару раз на перекрестках приходилось ждать, пока пройдут «патрули» — молодежные отряды разных возрастов. Старшие гордо носили за плечами совсем настоящие винтовки, младшие пока таскали деревянные макеты и страшно завидовали старшим.
— Это у вас вроде скаутов?
— Не совсем. Здесь только те, кто связан с заводом, плюс есть такие же «патрули» из рабочих.
— Не боитесь вооружать?
— Нисколько. Они сами охраняют территорию.
— От кого?
— Есть злопыхатели, куда же без них.
Триандафиллов молча кивнул — в Советском Союзе вовсю разгоралась охота на «вредителей». А заодно на «военспецов», «шпионов» и «контрреволюционеров».
Наконец, Ларри довез нас до боксов, где на площадке за высоким забором стояли два деревянных танка в натуральную величину. Ознакомившись с проектами Кристи и Сурина, я потребовал построить макеты со всеми лючками, оборудованием и прочим.
С иезуитской целью посадить в лужу высокомерного инженера — если Алексею я кое-что подсказал, то полет мысли американца никак не ограничивал. Вот он и ввергся в башню своего макета под шипение от удара локтем по выступающему краю боеукладки.
Триандафиллов, оглядев его мучения сквозь верхний люк, заметил:
— Костя наверняка бы сказал лучше, но мне кажется, что механик-водитель в такой позе долго не выдержит.
Кристи, уловивший из русской речи только ее невосторженные интонации, огрызнулся:
— Это первый вариант! Дайте мне возможность, и я все поправлю!
В суринский танк мы лазали по очереди и скопом — я, Владимир, Кристи и Сурин. Вместо зауженой клиновидной морды у танка Кристи, необходимой для поворота передних колес, у суринского нормальная ширина передка дала возможность относительно свободно разместить мехвода и стрелка-радиста. Вообще суринская модель по эргономике крыла творение Кристи, как бык овцу.
Не говоря уж о наклонной броне, что с удовлетворением отметил Триандафиллов.
Но чем больше мы лазали по макетам, тем больше мрачнел Кристи и в конце концов взорвался тирадой, из которой следовало, что тут собрались сплошь профаны и дилетанты, и что дай ему, известному инженеру, волю, он тут же построит такой танк, что ого-го!
Ну да, быстрый. Обещанные сто километров в час — это не баран начхал, но где танкам летать с такой скоростью? Да и по модельному хобби я помнил, что в реале скорость оказалась куда ниже рекордной, порядка пятидесяти. И что танку куда важнее запас хода и ремонтопригодность.
А с последним у Сурина обстояло гораздо лучше — во всяком случае, расположение лючков и крышек давало куда более легкий доступ к агрегатам и механизмам. Кристи же ухитрился нахватать заноз, когда елозил внутри своего макета, пытаясь убедить нас, что «это легко, как отобрать конфету у ребенка».
Как и ожидалось, за модель Сурина проголосовало подавляющее (танками) большинство, оскорбленный в лучших чувствах Кристи гордо удалился, скрежеща себе под нос про «заговор этих чертовых русских».
— Жаль, Кости нет, — как бы в сторону заметил Триандафиллов. — Ему было бы интересно, особенно посмотреть документацию…
— Это легко устроить, — ответил я вполголоса, пока остальные закатывали макеты в боксы. — Найдите канал, и я передам бумаги. Пока на некоторые узлы, на остальное и танк целиком еще не готово.
— Хватит и этого! — воодушевился комкор. — А вы могли бы показать мне, как готовите «патрулей»?
В ближайшее время наши квазискауты должны были переехать в специально построенное для них здание, которое я именовал «Домом пионеров», а пока отжали себе часть «Народного дома». Там, в тесноте да не в обиде, разместились стрелковый кружок, клуб следопытов, часть конноспортивной секции и альпинисты.
Вот к ним я и повел гостя — на днях приехали зафрахтованные Осей в Швейцарии инструктора, которые заодно привезли и кучу закупленного оборудования.
В клубе дежурил необычно бледный Хавьер, но он предпочел выставить вперед одного из швейцарцев, а сам облегченно спрятался за его спину.
Инструктор с ходу затараторил на французском, расписывая необыкновенные кошки, крюки, альпенштоки и ледорубы, карабины, какую-то особенную «горную» веревку… А я все пытался понять, что с Хавьером — такое поведение совсем не в его стиле.
— А что насчет лагерного снаряжения? Палатки, котлы, оборудование для костра?
— Месье Грандер, мы еще не закончили закупки снаряжения, ваши пожелания мы учтем в следующей партии!
Ну что же, на Эверест нам лазать не придется, альпийского опыта выше крыши хватит, пока обойдемся тем, что в наличии. Ботинки только хорошие нужны и одежда, ребята все небогатые, жаль будет в горах изорвать последние штаны. Надо дать заказ на швейные фабрики в Оспитальет — пусть настрочат нам спортивную и рабочую форму, только не синие комбинезоны, как тут принято, а зеленые.
Сзади с грохотом упал ящик с карабинами, сверкающие железяки разлетелись по всему полу.
— Извините, — выдавил Хавьер, сменивший цвет с белого на красный.
— Эй, парень, что с тобой? — я придержал его за локоть.
— Нич… — начал было он, но вдохнул и выпалил: — Младший патруль не вернулся с гор! Должны были вчера, но никаких вестей!
— И ты молчишь??? — рявкнул я. — Поднимай всех свободных, искать будем!
Глава 13
Колхоз имени Лопе де Вега
На поиск мы организовали четыре группы: мою, Хавьера, Рикардо и Панчо. Каждой выдали по грузовику и включили членов клуба охотников в качестве следопытов. Моя двинулась в Муриас, еще две — в такие же селения с другой стороны, Панчо замыкал «кольцо окружения». Шестьдесят человек, из них три четверти астурийцы, а шестеро — уроженцы вот этих самых мест, каждую тропинку знают.
Горная дорога вилась между склонами, машину трясло и подбрасывало — никаким асфальтом тут и не пахло, просто столетиями укатанная и утоптанная копытами осликов полоса. Держась за все ручки, чтобы не долбануться головой о крышу или о стойку, я под сдавленные ругательства Ларри соображал, все ли сделано правильно.
Пропавшие двенадцать «патрульных» или, как их с недавнего времени называли, exploradores, вышли на самый простой маршрут, от силы полтора десятка километров. Старт в горной деревушке Муриас, оттуда через невысокий хребет Куайагар до горной церкви Санта-Крус-де-Йернес, дальше к пику Калдовейро (пик, тоже мне — тысяча триста метров) и обратно по долине ручья Барсенас в исходную точку. Утром в субботу грузовик довез их до Муриас, вечером воскресенья должен был забрать.
Весь поход за два дня с одной ночевкой — как здрасьте, несколько групп его уже прошли без всяких приключений, ни горную болезнь словить, ни заблудиться негде. Несколько
