II. 1918 г. г. Острог
13
Цветочек
Как цветик этотИ жизнь людская:Чуть показался,Растет над клумбой,Бутон-малюткаГлядит из листьев.Вот дождик прыснулИ Феб ласкает,Ах, распустилсяГлазочек желтый!Поднял головку,Чуть зеленеет.И все так светитИ радость всюду.Качнет ли веткуБорей суровый,Роса ль игривоСверкает в чашке,Иль молнья грозноИз рук ЗевесаНа землю прянет,На все малюткаГлядит, проникнутьВ природы тайнуУмом стараясь...Ах, роза близкоСтройна и чудна,Подняв головку,Так грациозноКачает веткой.И шевелитсяВ груди малюткиВпервые чувствоЛюбви великой.Чуть встанет зорька,Уж он, поднявшись,Глядит на розу:Та спит, ресничкиСвои закрывши;Пылают щечки,Чуть дышет грудкаИ губки сладкоПолураскрыты...Пора, проснися,Гелиос несется;Ужо разбудитЛучем игривым.Луч пронесется,Блеснет слезинка,Луч снова прыгнетНа перси к чудной,Прижмется крепкоИ будит, в щечкиИ в глазки, губкиЕе целуя.Откроет глазки,Вкруг оглянется,Качнет головкойСвоей прелестной,Манящей сладость...А мой малюткаИз-под кусточкаСкромнее травкиВсе наблюдает.Ему не надоНи поцелуевИ ни объятий,Он так доволен,Ему бы видеть...Но что за буряВ груди мятется,Бурлит, клокочет, –Один он знает. Но дни несутся.Он поровнялсяС чудесной розойСвоей головкой;Развилась чашка.Ужель утехойЛишь созерцанье?Он слышал песни:Любовь, лобзаньеТам воспевают,Друзей прекрасных.Он тоже хочет:Прижаться грудьюК другой кипучей;Поближе видетьПурпур-ланиты;В глаза зарницыГлядеть и сердцаВ груди кипящейУслышать бьеньеЛюбви ответной.Но так шалуньяГорда, надменна,Как приступиться?Эол порывомЦветок в объятьяПрекрасной кинул.Ах, укололся!Шипы так остры,Обнять не дали...И плачет бедный,На жизнь сетует,Что не родилсяИ он знатнее,Чтоб наравне с нейСтоять и греться;А вкруг смеютсяЦветы, шепчася,И колют сердцеИ колют душуСвоею злобой.За что смеетесь,О злые, злые?Любови чувство,Порыв высокийЗа что вы злобноТак осмеяли!.. А время быстроВесну уносит.Гелиос палящийТак жжет лучами, –Ни капли влаги.Свернулся бедный,Поникнул долу,Желтеет, вянет...«Прости ты, травка,Прости ты, небо,Прости, шалунья!»Упал на листик,Приник холодныйСухою щечкой,Не бьется сердце,Что так любило...«Прости навеки!»
29.III. 1918 г. г. Острог
14
Посмотри – ручей веселыйБрызжет, скачет по камням,И ковер лежит зеленыйПо полям и по горам.Солнце с неба голубогоСветит, блещет в ручейке.Так святой молитвы слово,Как бриллиант, горит в душе.
29.III. 1918 г. г. Острог
15
Печальное небо, печальные тучи...Над речкою тихой стою в тишине.Бесцветна равнина и горные кручи;Ни ветра, хоть зыбь по ненастной реке.
Стою, и в душе пустота и ненастье:Ни слез нет, ни смеха, желания нет,К всему в ней земному одно безучастье,Постылы ей люди, природа и свет.
29.III. 1918 г. г. Острог
16
Вперед
По тропинке узкой и тернамиПеревитой острыми, по храмуЮноша младой едва ступает,Рвет ногами терний без разбору;Из подошв струится кровь ручьями;Изорвался длинный плащ об ветки.Ничего не видит пред собой безумный, –Рвется к храму, что пред ним сияет.Вот уж близко, куст остался только,Отстраняет он его рукоюИ, едва ступая по поляне,В дверь стремится храма огневого...Но ему костлявая фигураЗаградила вход к сиянью храмаИ, сверкнув очами, сумрачно спросила:«Ты проникнуть хочешь в храм чудесный?Ты прельстился радужным сияньем?Не жалеешь молодость свою ты,Не жалеешь страшныя утраты».– «Что тебе, суровый призрак, надо?Пропусти меня в преддверье храма.–Отойди, прочь руку от сиянья!Для того ль я мучился в дороге,Для того ль я не жалел ни тела,Ничего, что было свято в жизни,Чтоб стоять у самого сияньяИ, с мольбою руки простирая,Умолять тебя, бездушный призрак,Я измучился, устал под солнцем жгучим,Жажду струйки, – губы пересохли;И изранены шипами ноги,Исцарапано суками тело.Пропусти, упиться дай покоем;Дай прильнуть мне к струйке серебристой;Дай уснуть спокойно в травке мягкой, –Отдохнуть умом своим и телом.Я стремился с чудною надеждой,И сиянье, предо мной блистая,Придавало силы слабой плоти.Не слыхал ни жажды я, ни боли,И теперь, когда так близко радость,Ты закрыл собою светлое сиянье.О, почто надежду отнимаешь?О, почто безумца тяжко мучишь?Тебе мало, вижу, непреклонный,Слез и жалоб... Вот же, на колениЯ упал и плащ твой обагряюИ слезами, и кровавым потом.Призрак мрачно отклонился, очиЗасверкали в щелях под бровямиИ улыбка тихо расползлася.«О безумец! Думаешь, в сияньиТы покой получишь и усладу?Знай, свой путь ты лишь наполовинуПрострадал, пройдя по нем досюда.Жаждал ты, – там нет ни капли влаги;Ты устал, – и там не отдохнешь ты;Ты в крови, – и там шипы и камни,Нет травы там, нет дороги гладкой.Ты вокруг увидишь только злобу,Только зависть, клевету людскую;За заслуги перед всей землеюТебя грязью, камнями обсыплют.Ты проклянешь всех и все земное;Ты зажаждешь смерти непреклонной.Отойди, пока еще не поздно.Возвратись дорогою спокойной».– «Нет, пусть там опять еще страданья,Пусть еще несчастья ожидают,Пропусти меня ты, мрачный призрак,Пропусти к сиянию златому!Я веленьем неба призван, – волюЯ исполню, должен я достигнутьСлавы; – дан талант, я разовью в несчастьи, –Что б ни было – мне девизом будет:«К славе вечной, к свету и сиянью».И прошел я полдороги страшной –До конца дойду по горю и несчастью,Брошусь свету я в объятья; кверхуВознесусь в сиянии к престолу».– «О безумец! О мечтатель бедный!Но для славы все забыть ты должен:Не должно быть для тебя ни жизни,Ни веселья, радости и смеха.Ни любовь улыбкой не согреет,Смех не оживит души усталой,Вечно только горе и заботы.Не увидишь же ты славы этой, –После смерти только засияетЕе луч, тепло распространяя.И всего из-за пустогоПовторенья имени потомствомСобой жертвовать, на пытку обрекаяЖизнь младую с юною душею.Отойди, пока еще не поздно,Возвратись дорогою спокойной».– «Прочь с дороги! Ты не испугаешь,Хоть бы пытки мне сулил Нерона.Не хочу я больше слушать речи.Отойди, пусти меня в преддверье.Говори, что хочешь, образ темный –Ты гонец, ниспосланный от ада.Я воскликну, речи прерывая:«К славе! Боже подкрепи, настави!»«Я пущу, но после сам платисяИ кляни себя и жизнь за пылкость,Необдуманность младого сердца.Вот гляди: ты видишь ту дорогу,Видишь терний, видишь зной и злобу?Безотрадность там царит и горе,Заточенье с звонкими цепями.Жалко мне тебя, юнец. РевнивоОхраняешь ты свое желанье,Весь проникнут им и яркою надеждой;Но ведь пыль пройдет, глаза увянут,Что так блещут молньей вдохновенья,Опостылит жизнь и все несчастьяИ запросит так душа покою.Красота твоя увянет в горе;Отцветет цветок бесцельно чудный:Не прижать его к груди любимой,Не лобзать в уста его и очи.И душа высокая и чувстваБлагородные, что бьются в сердце, –Все бесцельно пропадет для славы,Что ждет имя громкое за гробом.Если хочешь – упади в объятьяМглы суровой с горестью и мукой,Иль иди, пока еще не поздно,По дороге тихой и спокойной.Брось желанья, – ты упейся счастьем,Отдохни в объятиях любовиИ познай земную радость чувства;Утоли ты жажду, отдохни ты».– «Прочь! Вперед ко славе и ко свету!»Принимайте бури и несчастья!И воздаст сторицею НебесныйЗа мученья адские при жизни,Нет, достигну я предназначенья!»И отпрянул призрак и растаял...Юноша рванулся к двери храмаИ пропал во тьме его и мраке.
30.III. 1918 г. г. Острог
