готов на все, только бы ты была счастлива. Так что уважай его выбор и не вмешивайся в его дела, девочка. Лучшее, что ты можешь для него сделать — это показать, что все его жертвы не напрасны.
Исе казалось, что она окаменела. Ее тело не хотело шевелиться, из глаз непрерывно капали слезы, но не было сил даже поднять руку с носовым платком, чтобы их вытереть. Из-за нее. Он все это делает из-за нее…
— Микон, отведи ее в гостевую, пусть успокоится немного. Иначе, если ее брат увидит сестру в таком состоянии — то примчится меня убивать…
— Не примчится, он еще ранен, — хмыкнул Микон. Конечно же, Наиль сразу доложил о своем состоянии генералу, едва вернулся на Восточную Заставу.
— Зная его, он и с того света явится, если узнает, что Ису кто-то обидел.
Пожилой убийца бережно помог девушке подняться и повел ее в сторону боковой двери, ведшей в комнату, в которой обычно отдыхали важные гости. В некотором роде, Иса была его родственницей, ведь именно Микон оформлял для нее и ее брата документы на герцогскую фамилию Шарзер. Но девушка, конечно, понятия не имела, что их с Миконом связывает одна фамилия. О том, что у правой руки генерала вообще есть титул и родовая фамилия, знали единицы доверенных людей.
Наиль понятия не имел о том, что Иса ходила к генералу. Он с нетерпением дожидался сестру, которая должна была решить, можно ли ему подниматься с постели. Парень очень устал лежать без дела, это было самое мучительное времяпрепровождение. Он даже успел прочитать два томика книг по торговому делу.
Иса пришла только поздно ночью. Парень ментальным даром ощутил серьезные перемены в отношении к нему сестры. В ее душе была целая буря эмоций, но она больше не злилась на него.
— Что-то случилось? Ты какая-то странная…
— Братик, — серьезно посмотрела на парня Иса. — Я ничего не буду у тебя спрашивать. Но ты должен пообещать, что будешь приходить ко мне, если тебе нужно лечение или алхимия. В конце концов, я стала алхимиком и целителем только для того, чтобы помогать тебе. Не скрывай от меня свои раны — этим ты не защищаешь меня, а только расстраиваешь! А я никогда не спрошу, как ты их получил.
Наиль ощутил жгучий стыд. Он не знал, почему Иса пришла к такому решению, но кивнул головой в знак согласия.
— Я обещаю. Спасибо, что оставила этот вопрос.
— Я его не оставила. Просто поняла, что ничего не смогу сделать. Давай посмотрим твои раны.
Она бережно разрезала повязки. Два рваных шрама спереди и сзади немного ныли, но выглядели вполне неплохо. Через торс молодого человека прошло несколько сканирующих заклинаний.
— Твое тело быстро восстанавливается. В постели лежать тебе больше нет нужды. Поднимайся. Начинай медленно делать самый сложный разминочный комплекс, которым пользуешься сейчас, а я посмотрю. Если скажу остановиться — ты должен немедленно замереть.
Наиль был озадачен. Она в последний раз видела его разминочный комплекс еще когда они вместе жили в лесу. Но теперь сестра не сомневалась, что он занимается чем-то еще более сложным. Иса полностью осознавала его силу и способности. После того, как она изучила его тело, обмануть девушку стало практически невозможно. Но в то же время он ощутил, что они с сестрой на фоне этого стали ближе. Прямо как в те времена, когда они жили в лесу.
Парень встал в первую стойку и стал медленно проводить сложнейший разминочный комплекс. Его тренированные мышцы напрягались, живот и поясница невыносимо болели, но Иса его не останавливала. Когда комплекс завершился, сестра только кивнула.
— Органы восстановились, раны больше не откроются, но еще дней десять тебе лучше сильно не напрягаться, — сестра протянула коробочку с пилюлями. — Это обезболивающие, которые подходят только тебе. Никому больше не давай свои лекарства. Принимай три раза в день. Раз в день приходи ко мне на осмотр.
— Понял. Иса…
— Если хочешь соврать мне, то лучше промолчи.
Наиль подошел и бережно обнял сестру.
— Спасибо тебе. И прости меня за то, что не рассказываю всего. Поверь, я сделаю для тебя все на свете…
— Я знаю, братик, — бережно коснулась девушка головы Наиля. Она гладила его, словно ребенка, как когда-то в детстве. — Но что бы ты ни делал, ты обязан помнить, что я жду твоего возвращения. Если однажды ты не вернешься, я этого не переживу. Так что ты должен беречь себя, понимаешь? Не позволяй больше себя так сильно ранить.
— Обещаю, впредь я буду осторожнее.
Парень проводил сестру, все еще размышляя о том, почему она так покорно приняла его скрытность. Так и не придя к какому-то пониманию, он вытряхнул из головы эти мысли и быстро переоделся в снаряжение Фантома. Ему пока еще нельзя было сильно напрягаться, но вот дать пару советов одному излишне падкому на чужих сестер принцу — самое время.
Принц Эйфин страдал с раннего утра до позднего вечера. После попадания в госпиталь никто ему больше никаких скидок не делал. Сколько бы принц ни умолял пощадить его — хмурый морт по имени Григ оставался безразличен к его воплям. Как и остальные бойцы отряда.
Когда Наиль прибыл в тренировочный лагерь Призрачного Отряда, принц Эйфин как раз висел с привязанными к высокой жерди ногами, тренируя пресс под наблюдением Симы. Тренажер был довольно жестоким. Выпрямляясь и повисая вниз головой, Эйфин не мог задерживаться в таком положении слишком долго, так как вскоре к его спине неумолимо приближалось раскаленное металлическое клеймо с руной «лентяй». Стоило немного замешкаться — и клеймо выжигало это слово на спине. Клеймо проходило каждый раз немного в другом месте, так что у несчастного принца вся спина уже была в выжженных словах «лентяй». Приходилось вовремя поднимать торс, чтобы не попасть под клеймение. Впрочем, если замешкаться — то все равно от боли принц Эйфин выполнял упражнение.
— Смотрю, парень из желе понемногу превращается в человека, — произнес Наиль, рассматривая начавшие обрисовываться на торсе принца кубики. Алхимия Исы просто поразительная — за такой короткий срок уже появился ощутимый результат.
Принц стенал, даже не обратив внимания на появившегося Фантома. Он скулил, словно собака, но продолжал ритмично выполнять упражнение.
— О, привет Фантом, — поздоровался Сима. — У нашей тряпочки понемногу появляется хребет. Хотя вопит он просто без конца, как девчонка какая-то.
— Сколько
