Мы помедлили у моей двери.
— Мне так жаль, что я побеспокоила вас, — сказала Андрэ. — Я старалась не шуметь.
— Вы испугались, когда увидели меня. Боюсь, я напугала вас.
Андрэ рассмеялась.
— Наверное, я приняла вас за привидение. Вы чутко спите?
— Да нет. Просто я уже проснулась. Думаю, меня разбудила луна. Она светила прямо в окно.
О, как я хочу, чтобы эта проклятая война кончилась! Из-за нее у всех нас сдают нервы.
— В Марчлэндзе у нас почти не останется времени думать о чем-то, кроме госпиталя.
— Возможно, работа там пойдет нам на пользу.
— Хотелось бы, — сказала Андрэ. — Ну, спокойной ночи, Люсинда. И еще раз прошу извинить меня.
Я вернулась в постель. Я думала о тревоге Андрэ за Эдварда я надеялась, что с ним все в порядке.
Она оказалась превосходной няней. Я стала вспоминать нашу встречу в гостинице. Потом я мысленно повторила поездку через Францию. Картины вспыхивали в моем мозгу и гасли. Я видела растерянные лица беженцев, старую женщину, толкающую детскую коляску, наполненную всем, что старушка смогла захватить, ветхий автомобиль, набитый людьми и вещами, маленьких детей, цепляющихся за материнские юбки. Все они были внезапно лишены крова.
Эти образы запечатлелись в моей памяти навсегда.
Потом я уснула. Утром Эдвард чувствовал себя прекрасно.
Примерно через неделю госпиталь был готов к приему раненых. Несколько комнат превратились в больничные палаты. Появились операционная, множество кладовых, амбулатория, вообще все, что должно иметься в госпитале. Мама была совершенно счастлива.
У нас работали два врача: доктор Эджертон, примерно сорока лет, и доктор Мэй, более зрелого возраста, а также штат медицинских сестер, в большинстве своем, молодых, только что прошедших курс обучения, во главе которых стояла старшая сестра Гэмэдж, вселявшая ужас не только в подчиненных, но и во всех нас. Имелся также штат прислуги, который служил в Марчлэндзе с тех пор, как я себя помнила. Всех переполняла решимость добиться успешной работы госпиталя. Все были рады сделать что-нибудь для страны.
Как я и предполагала, мисс Каррутерс оказалась ценнейшим работником. Ее властность пришлась очень кстати. Она и сестра Гэмэдж сразу страшно понравились друг другу. Мама понимала, какое грандиозное дело она затеяла, и была очень признательна всем помогавшим ей.
Катастрофа следовала за катастрофой. «Луизитанию» на пути из Нью-Йорка в Ливерпуль потопила в мае немецкая подводная лодка. Погибло примерно тысяча двести человек. Это потрясло всю страну. Все только и говорили, что о вступлении в войну Соединенных Штатов.
Действия коалиционного правительства, сформированного мистером Асквитом, в которое вошли такие лидеры партии, как Бонар Лоу и Остин Чемберлен, не принесли особого успеха. Дарданелльская авантюра угрожала обернуться катастрофой. Уинстона Черчилля критиковали за ее полное одобрение. Премьер-министра обвиняли в некомпетентности и неспособности привести страну к победе.
Мы все настраивались на новый образ жизни.
По утрам мы с мисс Каррутерс занимались. Днем мы два часа посвящали верховой езде. Мисс Каррутерс в юности каталась верхом, но уже несколько лет не садилась на лошадь. Однако, она быстро вспомнила старые навыки и оказалась довольно хорошей наездницей. Андрэ училась у нас, и иногда мы совершали прогулки верхом все вместе.
Я обнаружила, что Андрэ обладает великим даром радоваться, и было приятно видеть, насколько она благодарна нам за избавление ее от необходимости вести ту жизнь, которая ей претила. Мисс Каррутерс испытывала нечто подобное, но не в такой степени и в любом случае не демонстрировала своих чувств с такой готовностью.
— Я люблю старые дома, — сказала как-то Андрэ, — особенно те, у которых есть своя история.
Ей хотелось все узнать о Марчлэндзе. Она изучала фамильные портреты Гринхэмов и задавала вопросы о них. Я знала очень мало.
— Вам надо расспросить моего отца, — сказала я.
— В такое время, как сейчас, он слишком занят, чтобы удовлетворять мое любопытство, — ответила Андрэ. — Кстати, что вы можете сказать об этом доме… кажется, Милтон Прайори? Я слышала разговоры слуг о нем. Мне бы хотелось на него взглянуть.
— Он находится примерно в двух милях отсюда, — сказала я. — Мы можем пойти и посмотреть на него. Уже несколько лет он пустует. Он из тех домов, про которые говорят, что в них водятся привидения.
— Именно это я и слышала от слуг.
— Что в нем раздаются странные звуки? — спросила я. — Плач, и стоны, и свет в окнах?
— Что-то вроде этого.
— Дом совершенно заброшен. Не знаю, кому он принадлежит. Там не на что особенно смотреть.
— Все-таки мне хотелось бы как-нибудь взглянуть на него.
— Тогда завтра. Давайте отправимся туда верхом. Не думаю, что мисс Каррутерс будет возражать.
На следующий день в конюшне Андрэ напомнила мне о моем обещании поехать в Милтон Прайори.
— Хорошо, — промолвила я. — Но приготовьтесь к разочарованию.
— Это тот старинный особняк, окруженный кустарником? — спросила мисс Каррутерс.
— Описание довольно верное, — ответила я.
Я не видела дом уже около двух лет. И сразу же заметила в нем перемену. Кустарник оставался таким же неухоженным, но строение потеряло нежилой вид. Может быть, причина была в вымытых окнах?
— Очаровательно, — сказала Андрэ. — Да, он похож на дом с привидениями. Вам известна его история?
— Нет, совершенно неизвестна, — ответила я, — Знаю только, что он уже долго пустует, и, похоже, никто не хочет купить его. Я не знаю, продается ли он. Я ничего не слышала об этом.
— Давайте подъедем поближе, — попросила Андрэ.
— Не возражаю, — сказала я.
Мы направили своих лошадей к кустам, и внезапно из них выбежала восточноевропейская овчарка и понеслась к нам. Она казалась свирепой и опасной.
— Ангус! — произнес чей-то голос, — Что случилось, старина?
К нам шел человек. Его поношенная одежда и неряшливый вид соответствовали дому. Мужчина был средних лет, с рыжеватой бородой, в руках он держал ружье.
— Сидеть, Ангус 1 — сказал незнакомец.
Ангус сел, но продолжал следить за нами с мрачным и угрожающим видом.
— Что вы здесь делаете? — спросил мужчина. — Вы знаете, что вторглись в чужие владения?
— Извините, — сказала я. — Мы этого не знали.
Ведь дом пустовал уже много лет.
— Вы не двинетесь с места, пока я не узнаю, что вам надо.
Меня поразили его слова.
— Я ваша соседка из Марчлэндза, — промолвила я.
— Ну и что? — ответил хозяин собаки.
