Инг стал этому свидетелем на пароме, когда они переправлялись через Андиар. Леган тогда выиграл у скучающих пассажиров в общей сложности около четырех золотых. И Инг на следующий же день завел разговор на эту тему.
— А что ты чувствуешь, когда бросаешь кости? — спросил он.
— Ничего особенного, — пожал плечами Леган.
— А ты попытайся вспомнить! — настаивал Инг.
Леган хмурился, отнекивался и переводил разговор на другую тему. В памяти его было еще свежо то, как подобные же вопросы ему задавал один из игроков в кости в последний день пребывания Легана в Лаоэрте. И то, что за этим последовало.
Постепенно Инг понял, что Леган не хочет даже думать на эту тему, и отстал от него. А потом вообще сделал вид, что забыл об этом разговоре.
Они продолжали идти по дороге, ночевали в степи возле костра, работали, когда работа им подворачивалась, и Леган все время думал о том, как он вернется в Диирий. Ему было как-то не по себе при мысли о больших городах. Ему казалось, что все население этих городов уже в курсе того, что произошло с Леганом. Инг словно чувствовал его настроение, потому что за все время их путешествия они ни разу еще не вошли в город. И только когда однажды на горизонте замаячили башни Андиора, Инг свернул на широкую мощеную дорогу, ведущую к городским воротам.
2
Госпожа Теллина Галлатэнн была не в духе. Впрочем, не в духе она была уже почти три недели — с тех самых пор, как они приехали в Лаоэрт. А когда госпожа пребывает в подобном настроении, любой из слуг, если у него, конечно, есть хоть немного мозгов, старается вести себя как можно незаметнее. Чтобы не раздражать своим существованием хозяйку.
У Калланы — служанки госпожи Галлатэнн — мозгов было более чем достаточно. Несмотря на свой юный возраст, она сумела быстро добиться расположения хозяйки. И сейчас Каллана выполняла уже роль своеобразного секретаря при госпоже Галлатэнн. Что, впрочем, не избавило ее от хозяйского гнева, ставшего чересчур суровым в последние дни. Тем более что быть незаметной для своей госпожи у Калланы никак не выходило.
Каллана сидела в одной из комнат дома, снятого госпожой Галлатэнн, и с нетерпением ожидала возвращения последнего посыльного. Двое предыдущих опять явились с безрадостными вестями, а ведь сообщать госпоже о результатах поиска приходилось именно ей, Каллане! Следовательно, на нее и сыпались все шишки.
По правде говоря, шишки эти вообще появились только после их приезда в Лаоэрт. И даже, точнее будет сказать, после того, как госпожа переговорила с тем симпатичным лейтенантом. А до этого разговора все было хорошо, можно даже сказать — превосходно.
Они приехали в столицу, сняли дорогой и просторный дом, госпожа Галлатэнн велела Каллане разыскать в городе некоего офицера — лейтенанта Легана Лариара. Каллана здраво рассудила, что где же еще быть военному человеку, как не в воинской части?! И поручила это дело одному из слуг.
По тому волнению, с каким госпожа давала это поручение Каллане, та поняла, что дело здесь пахнет любовной историей. И она уже начала лукаво поглядывать на Теллину Галлатэнн, за которой до сих пор никогда и ничего подобного не замечала. Каллане было приятно узнать, что госпоже не чужды обычные женские страсти. А то уже создавалось впечатление, что, кроме денег, Теллину Галлатэнн ничего в мире и не интересует.
Слуга, отправленный Калланой, в скором времени вернулся в сопровождении очень симпатичного лейтенанта. Но тут же и выяснилось, что лейтенант этот оказался никаким не Леганом Лариаром, а всего лишь его хорошим знакомым. И звали этого лейтенанта Гэртан Гаррэт. И когда он узнал, кого именно разыскивает в части посланный Калланой слуга, то тут же изъявил горячее желание встретиться с госпожой Галлатэнн. Дескать, у него есть что сообщить ей о Легане Лариаре, но сделать это он хочет непременно лично, а не через слуг, у которых в голове каша вместо мозгов.
Госпожа, надо сказать, этому неожиданному гостю очень обрадовалась и велела лейтенанта того проводить к ней в комнату. О чем они там беседовали, Каллана не знала, но разговор тот был очень недолгим. Буквально через несколько минут лейтенант в крайне раздраженном состоянии покинул комнату госпожи, а сама госпожа выглядела так, словно ей сообщили об одновременной насильственной смерти всех родственников и знакомых.
Всю ночь после этого разговора госпожа Галлатэнн горько проплакала, а наутро в нее словно бес вселился. Досталось всем слугам без исключения. А особенно — Каллане, как самому доверенному лицу.
Вдобавок ко всему Каллана и сама подлила масла в огонь своим неумением держать рот закрытым.
— Ты помнишь того человека в зеленом камзоле? — спросила госпожа у Калланы. — Мы видели его на дороге, когда подъезжали к Лаоэрту. Помнишь?
— Простите, госпожа, но я никогда не обращаю внимания на бродяг, — ответила Каллана.
— Да?! — Госпожа неприятно удивилась этому факту, словно бы Каллана просто обязана была разглядывать и запоминать в лицо всех бродяг Межгорья, от Марда до Хадра.
— Их так много шляется по дорогам, — попыталась исправить промашку Каллана, хотя и сама-то толком не понимала, что именно вызвало неудовольствие у госпожи.
— Но этого ты должна была запомнить, — настаивала госпожа Галлатэнн. — Я еще велела кучеру ехать помедленнее, чтобы рассмотреть его. Мне показалось, что этот человек был похож на совсем недавно разжалованного офицера — камзол его выглядел слишком уж новым.
— Помню! — радостно подтвердила Каллана, а лицо госпожи озарилось улыбкой. — У него еще вся рожа была в синяках! И шатался он, словно пьяный!
Госпожа опять помрачнела и хмуро глянула на служанку.
— Почему ты думаешь, что он был пьяным? — поинтересовалась госпожа.
— Да так обычно и бывает с «зелеными орлами»! — беспечно ляпнула Каллана. — За что обычно разжалуют офицеров? За непомерное употребление вина, за воровство или предательство! Значит, он и был либо тем, либо другим, либо третьим! А может быть — сразу всем!
— Пошла вон, — мрачно приказала госпожа.
Каллана быстренько покинула комнату, а на следующий же день и начались те бесконечные поиски, которыми Каллана занималась и по сию пору. Госпожа приказала найти в городе человека — уже без упоминания о том, что он офицер — по имени Леган Лариар. И тогда Каллана поняла, что с этим Леганом Лариаром произошла неприятность. Причем одна из самых крупных. Она готова была откусить себе язык, но — что сказано, то сказано!
Вернулся слуга. Каллана выслушала его и покачала головой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
