выпрыгнуть из своего узилища, и приступить к каннибальской трапезе, тот продолжал жаться к дальней стене. Отец Серафим вновь взял в руки ларец, и вместе с ним шагнул в клетку. Павел поморщился, ожидая неизбежного, но его не последовало. Более того, чем ближе подходил отец Серафим к мертвецу, тем больший эффект производили на того святые мощи. Его начало трясти, а затем он трусливо заскулил. Этот скулеж был похож на горький плач маленького ребенка, и тот факт, что данный звук исходил из пасти кошмарного чудовища, заставил Павла содрогнуться. В конечном итоге, зомби опустился на корточки, закрыл руками голову и в ужасе завыл. Выл настолько жалобно, что не будь он мерзкой плотоядной нежитью, Павел, возможно, даже проникся бы к нему сочувствием.
— Видите? — обернувшись, спросил отец Серафим. Тот факт, что прямо за его спиной находится зомби, его, похоже, ничуть не волновал.
— Это невероятно! — потрясенно произнес Костя.
Павел не нашел, что сказать. То, что он увидел, произвело на него сильное впечатление. По крайней мере, ему стало ясно, что крестоносцы и их предводитель не просто шайка двинутых сектантов.
— Всего лишь частица святого тела повергает демонов в трепет, — сказал отец Серафим, вновь запирая клетку. — Представьте, что будет, когда мы обратим против адских сил совокупную мощь многих святых.
— То есть, вы хотите набрать побольше мощей, и с их помощью каким-то образом победить нежить? — попытался угадать Павел.
— В целом — верно, — подтвердил отец Серафим.
Он вновь вернулся к металлическому ящику и убрал в него ларец с рукой.
Повернувшись к друзьям, он сказал:
— Наш замысел сработает, не сомневайтесь. Когда святые мощи сольются воедино, их совместное могущество повергнет армию демонов. Только так мы спасем наш мир от сатанинского воинства. Это единственный путь, ведущий к спасению. Либо мы победим, либо тьма навсегда поглотит землю.
Он сделал паузу, а затем спросил:
— Ну, так вы все-еще хотите уйти?
Павел и Костя переглянулись, и поняли друг друга без слов. Хлебные должности в Цитадели, это, конечно, хорошо, но тут, похоже, творились куда более важные и нужные дела. Если удастся уничтожить зомби, им не придется всю жизнь прятаться за высокими стенами, не придется жить в постоянном страхе. Старый мир не погиб окончательно. Его еще можно возродить.
— Пожалуй, мы останемся, — сказал Павел. — Если вы не возражаете.
— Нам пригодится любая помощь, — улыбнулся отец Серафим. — Мы близки к успеху, но сделано еще не все. А теперь ступайте с Иваном, он объяснит вам все, что нужно. И отдыхайте. Завтра мы отправляемся на поиски.
Глава 15
Ранним утром следующего дня они выдвинулись в путь. Автотранспорт выстроился в колонну, во главе которой следовали бронетранспортеры, за ними автобус, затем легковушки, а замыкали все это дело бензовозы. Павел вместе с Костей и еще несколькими своими новыми соратниками разместились на броне БТРа. Денек, не успев начаться, уже осчастливил всех нетипичной для осени жарой. Поднявшееся над горизонтом солнце припекало так, будто решило взять внесезонную подработку. А потому многие предпочли ехать снаружи с ветерком, чем помещать себя внутрь броневика, где было душно, жарко и плохо пахло.
Операция крестоносцев, в ходе которой они случайно спасли Павла и Костю, оказалась неудачной лишь отчасти. Да, мощей, которые по их информации должны были находиться в церкви, там не оказалось. Но среди найденных внутри бумаг удалось отыскать подсказку касательно нынешнего местоположения священных останков. Как выяснилось, мощи, в количестве одной штуки, были вывезены из церкви незадолго до конца света. Собой они представляли левую руку какого-то святого с незапоминающимся именем, который жил то ли в семнадцатом, то ли в восемнадцатом веке, и прославился рядом чудес классического типа — вроде как предсказывал будущее, вроде как исцелял болезни, вроде как делал еще что-то сверхъестественное. Именно на его руку и положили глаз крестоносцы. Павел с удивлением выяснил, что те охотились не за всеми мощами подряд, а за вполне конкретными останками, выбирая их по каким-то своим критериям. Точнее, выбирал и принимал решения отец Серафим, остальные просто исполняли его волю.
Так вот, отцу Серафиму ужасно хотелось заполучить именно эту руку именно этого святого, и тот факт, что мощей не оказалось дома, его не смутил. Из добытых в церкви бумаг выяснилось, что за три дня до зомби-апокалипсиса священная рука покинула свое постоянное место пребывания, дабы принять участие в важном мероприятии областного значения.
Мероприятие носило общественно-значимый, и даже благой характер. Дело было в том, что в области обнаружилась бесовская аномалия — участок трассы в полсотни километров длиною оказался то ли проклят темными силами, то ли заколдован лигой чернокнижников. Фактов, подтверждающих это, было выше крыши. Начать стоило хотя бы с того, что на том участке дороги происходило запредельно высокое число аварий. Это уже неопровержимо указывало на происки дьявола, но нечистый не ограничился одной только организацией ДТП. Честные чиновники, слуги народа, ангелы воплоти, четыре раза подвергали участок трассы ремонту. Всякий раз на это благое дело выделялась кругленькая сумма, всякий раз в первопрестольную отправлялся доклад о честно и добросовестно проделанной работе. Но не успевала бумажка лечь на царский стол, как инфернальные силы вступали в дело, и творили свое черное лиходейство. Тут же в интернете начинали всплывать видео, записанные автомобилистами на том участке трассы, и отнюдь не хвалебный характер имели они. Представители народных масс в выражениях грубых и вульгарных делились впечатлениями о только что подвергшейся ремонту трассе, и все сходились в едином мнении, что дорога ничуть не изменилась, и является все такой же коллекцией ям, ухабов и колдобин, каковой и была прежде.
Понятное дело, всем сразу стало ясно, что без происков дьявола тут не обошлось. Ладно бы такое случилось раз — на это еще можно было закрыть глаза. Но четыре раза — явный перебор даже для лукавого.
А там подъехала еще одна беда — какие-то поганцы коварно пронюхали, что у ответственных за ремонт трассы чиновников непостижимым образом возникла в собственности труднообъяснимая недвижимость, да не где-нибудь, а в самом оплоте загнивания и морального разложения. И нет бы, деликатно промолчать — куда там! Только узнали, тут же на весь свет об этом раструбили. Чиновников, понятное дело, в глазах общественности какими-то злодеями выставили, хотя те клялись и божились на священном писании, что не имеют за душой ничего, сверх задекларированного, и пусть их господь на месте поразит громом небесным, коли они врут. А если и завелась у них какая недвижимость там-то, в загнивающей, то не
