лозам свои тайны. А в трудные времена, когда земля стонет от голода, виноград становится ароматным, как никогда. Виноделы даже специально пытались создать своим лозам такие условия ради быстрого роста и яркого вкуса.
С очаровательным фейри-акцентом Рафаэль поинтересовался, чем я занимаюсь на досуге. Я могла рассказать только о книгах, но, похоже, ему нравилось о них слушать.
Я помню золото его кожи и холодное серебро глаз, похожих на солнечные лучи, пробивающиеся сквозь грозовые тучи. Я украдкой смотрела на его красивые заостренные уши и вдыхала мужской запах – пряный, словно у кедра и лесной почвы. Этот великолепный аромат и сейчас преследует меня повсюду…
В тот день Рафаэль привел меня в подземелье Гард Дулурез. Там стояла кромешная тьма. Рафаэль рассказал, что в этих каменных подвалах обитает призрак виконта: чувство вины свело его с ума.
Когда мне становилось страшно, я прижималась к Рафаэлю, и он обнимал меня одной рукой. Его серебристые глаза сияли даже в темноте. Озорной взгляд из-под полуприкрытых век…
Сквозь холод подземелья я чувствовала исходящее от Рафаэля тепло.
Мне по-прежнему холодно, воздух пронизывает меня, заставляет дрожать. Легкие замерзают. Трудно дышать, когда все вокруг застывает и воздух неподвижен как лед…
Мы выбрались из подземелья на залитую солнцем траву и легли на спину под тисовым деревом. Наши руки потянулись друг к другу. Когда кончики пальцев соприкоснулись, я услышала в голове слово: Прекрасно. Прекрасно. В тот раз я не испугалась голосов, потому что они описывали то, что было перед глазами.
Но после поцелуя все изменилось. Поцелуй показал, что скрывалось под этой прекрасной внешностью и красноречием.
Теплые руки прижимают меня к твердой груди. Я задыхаюсь.
* * *
Все движется вверх-вниз словно во время качки.
В обычной ситуации меня затошнило бы, но сейчас я чувствую только тепло и безопасность. Магия растекается по коже, пульс учащается. Что-то очень приятное обволакивает меня.
Открываю глаза и моргаю. Обнаженное тело Рафаэля прижалось ко мне, его кожа – к моей. Одной рукой он держит меня за талию, притягивая к кубикам своего пресса. Его рука стискивает мои ребра, мой топик задрался почти до самой груди. Значит, я не до конца голая. На мне только нижнее белье. Как, видимо, и на Рафаэле, лежащем позади меня. Моя обнаженная нижняя часть спины прижимается к его животу, его ноги обхватывают меня. Мы лежим под одеялами.
Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на него, темная прядь падает на глаза. Рафаэль смотрит в ответ из-под своих длинных ресниц.
– Проснулась, пикси, – шепчет он. И снова произносит «пикси» с нежностью. На его губах мелькает полуулыбка.
– Что такое? – хрипло спрашиваю я.
Рафаэль подпирает голову кулаком, чтобы смотреть на меня сверху вниз, но не убирает руку с талии. Только теперь его мышцы совсем расслаблены. Он прижимается ко мне.
– У тебя было переохлаждение. Пришлось согреть.
Я хмуро гляжу на него:
– Такого раньше не было, когда я применяла магию… По крайней мере, не до такой степени.
– Ты должна научиться управлять своей силой, и тогда все не будет заканчиваться так плохо. На этот раз ты отключила всю Завесу как минимум на несколько секунд. Магический барьер длиной в сотни миль. Это огромный всплеск магии. Но ты едва не погибла, Ния. Когда мы вернемся, нужно будет гораздо больше тренироваться, прежде чем я позволю тебе снова рисковать жизнью.
Я скольжу взглядом вниз, по его широкому плечу и рельефному бицепсу с темными линиями татуировок, которые тянутся вдоль ключицы. И испытываю жгучее желание провести пальцами по этим нарисованным виноградным лозам. Но вспоминаю, что было после нашего последнего поцелуя.
– По какой причине мы до сих пор вместе в постели? – интересуюсь я. – Теперь я согрелась.
Лицо Рафаэля становится замкнутым:
– Похоже, что так.
Он встает с кровати, я украдкой смотрю на него. На Рафаэле только облегающие черные трусы. Мой взгляд скользит по его могучему телу. Он натягивает штаны. Я наблюдаю, как рельефно перекатываются мышцы на широких плечах и спине.
Рафаэль снова смотрит на меня; я отворачиваюсь, делая вид, что ничего не заметила.
– Дать воды? – тихо спрашивает он.
Я облизываю губы:
– Да, пожалуй.
По-прежнему без рубашки, он подходит к столу и наливает стакан воды. Я впервые оглядываю комнату.
Вдоль стен из красного дерева стоят обитые бархатом кресла с морской символикой. Свет льется через круглые окна на заваленный бумагами письменный стол и чернильницу. Я лежу в роскошной кровати под мягкими одеялами.
Рафаэль протягивает воду. Я делаю несколько осторожных глотков, откидываюсь на подушки и шепчу:
– Спасибо.
– Знаешь, ты спасла нам жизнь. Не появись ты в Аллевуре, мы попали бы в засаду. Варрис – предатель. Или он нас подставил, или его поймали и под пытками вытянули информацию, как заманить нас на свою территорию. В любом случае, он скомпрометирован.
Я судорожно вздыхаю:
– Предатель Варрис…
Рафаэль надевает белую рубашку и начинает ее застегивать:
– Ты услышала в голове голос, и он сказал правду.
– В общем, да, так и есть.
– Это случалось раньше?
Я хмурюсь:
– Я всегда считала, что у меня галлюцинации. Но теперь, когда я знаю, что я полуфейри, то начинаю думать, не замешана ли здесь магия.
Рафаэль выдвигает кресло и садится:
– Значит, еще одна сила… Ты обладаешь двумя способностями.
Я тяжело вздыхаю:
– Райт говорит, если у одного человека несколько способностей, они мешают друг другу. Диаметральная магия. Это проклятие, которое сводит с ума.
Рафаэль склоняет голову набок:
– Думаешь, голоса говорят о будущем? Как способность Таны предсказывать?
Я мысленно возвращаюсь к тем случаям, когда слышала голоса. Иногда их слова сбывались. В других случаях это оказывалось неправдой. Или это были панические мысли, или просто проявление моих бесконечных комплексов. Порой я представляла что-то порнографическое – обычно связанное с собой. Иногда голоса вели посторонние разговоры, которые я подслушивала как случайный прохожий.
В случае с Тарквином голос был враждебным. Тебя нужно поставить на место. Стоило быть полюбезнее, когда тебе давали шанс. А теперь посмотри, до чего ты докатилась. Потаскуха.
Во время нападения морского змея голос кричал, что мы погибнем.
Всё это подлинные эмоции. Все они возникали, когда рядом находились другие люди.
– Думаю, я могу оказаться телепатом, – говорю я. – Голоса отражают мысли тех, кто рядом. Что они чувствуют или думают.
Рафаэль складывает руки на груди и откидывается в кресле:
– Что ж, ты права насчет того, что силы мешают друг другу. Если у тебя две силы, это объясняет трудности с контролем магии.
Я киваю, размышляя о том, что узнала. Две
