Лютфи-паша тяжко вздохнул. Какой смысл быть зятем султана и супругом очаровательной молодой султанши, великим визирем громадного государства, если ты не можешь даже яблоко съесть? Не можешь того, что может любой нищий сопляк, побирающийся на базаре! Ты слишком стар для яблок! И никакие титулы, звания и богатства не изменят этого факта.
Легкий ветерок донес к беседке сладкий аромат роз, цветущих в саду. Лютфи-паша поморщился. Суровость его нрава не позволяла радоваться красоте цветов или очаровываться летним днем. Светило ли солнце, лил ли дождь, Лютфи-паша всегда держал свои мысли в подобающей строгости. Улыбка редко появлялась на его лице, разве что когда он беседовал с дочерьми.
– Доро-оо-гу! – донесся до паши протяжный крик. – До-ро-о-гу-у!
Лютфи-паша выглянул из беседки. Его жена, Шах-и Хубан Султан, сестра султана Сулеймана, направлялась прямо к нему. Паша поскреб бороду. Ему не слишком хотелось беседовать с женой. Он и так знал все, что хочет сказать Шах Султан.
– Сегодня хороший день, Лютфи-паша, – сказала Шах Султан, усаживаясь среди подушек. Она сделала едва уловимый жест, и невольницы и аги, сопровождавшие ее, выстроились полукругом в некотором отдалении от беседки. Султанша не желала, чтобы кто-то посторонний, пусть даже из слуг собственного дворца, слышал то, что она будет говорить.
Лютфи-паша вновь поскреб бороду. Рядом с молодой женой он всегда чувствовал себя неловким и неумелым. К примеру, этот легкий жест, которым она отдала приказ слугам, – у него никогда так не получалось. Сын крестьянина, Лютфи-паша был лишен природной грации и изящества, которыми обладали многие представители богатых семейств. И это вызывало у него острое чувство зависти. Ему казалось, что, глядя на его неловкость, все эти урожденные богачи смеются про себя, обсуждают за его спиной. Он был уверен, что даже его жена смеется над ним, стоит ему отвернуться. Тем более что она была так молода! Белокурая красавица была младше мужа на двадцать один год, но Лютфи-паша вовсе не гордился этим. Наоборот, он вечно ощущал неловкость и неуместность своей седины рядом с красотой юной султанши. Лютфи-паша предпочел бы женщину постарше да и попроще. Правда, вместе с молодостью и красотой Шах Султан принесла ему власть, какая и не снилась крестьянскому сыну, богатство, о котором можно только мечтать. А ему во сне виделись непотребные девки, танцующие в кабаках, подающие в глиняных чашах тягучее сладкое вино… После таких снов Лютфи-паша просыпался в холодном поту, и гнев тлел в его душе – правоверному мусульманину не следует мечтать о таких женщинах! Лютфи-паша обвинял в своих греховных снах жену.
– Что же ты молчишь? – нетерпеливо сказала Шах Султан. – Разве ты не рад меня видеть?
– Конечно же рад! – немедленно отозвался Лютфи-паша, стряхивая задумчивость. Он уже давно привык скрывать свои мысли и чувства, пряча их в густой бороде, суровом взгляде и вечно нахмуренных бровях. – Сегодня, глядя на красоту сада, я только и думал, что о вашей красоте, султанша.
– Ты еще скажи, что соскучился, – фыркнула Шах Султан.
– Почему бы и нет, – пожал плечами Лютфи-паша. – Разве не положено мужу скучать по своей жене, если он долго лишен ее общества? В последнее время государственные дела отдалили меня от семьи.
– Мы заметили ваше отсутствие, – небрежно ответила Шах Султан. – Дочери спрашивали о вас.
– С тех пор как султан облагодетельствовал меня должностью великого визиря, у меня совсем нет свободного времени. – Лютфи-паша взял из вазы приглянувшееся ранее яблоко и надкусил его с громким хрустом. Десна немедленно отозвалась болью, и паша спрятал в бороде гримасу. – Это очень важная должность.
– Конечно, я знаю. – Тон султанши был по-прежнему небрежен, и Лютфи-паша вновь скривился. Хоть бы раз эта надменная женщина показала, что пусть немного, но ценит его достижения как государственного деятеля. Но, очевидно, ему нужно стать султаном, чтобы завоевать ее уважение. От этой мысли кожа Лютфи-паши покрылась холодным липким потом, а перед глазами замаячила окровавленная колода, свистнул остро отточенный меч палача.
– Вы хотели что-то сообщить мне, султанша, – спросил Лютфи-паша.
– Да, хотела. – Шах Султан внимательно взглянула на мужа. Стар, о, Аллах, как же он стар! Этот вечно злобный старик съел ее молодость, сделал так, что прямо из рассветной весны она вступила в увядающую осень, наполненную запахом гниющих прелых листьев, а теперь пытается превратить все в кусок льда. И все это только потому, что у него больные зубы, а в бороде куда больше седых волос, чем черных. Шах Султан давно бы развелась с ним, но неизвестно, каким будет следующий муж. Вдруг еще хуже? Лучше уж привычное зло, чем неизвестность. К тому же, этот никчемный старик занимает пост великого визиря. А что остается женщине, которая лишена простого семейного счастья? Только власть… Так пусть он даст ей вожделенную власть, раз не может дать ничего больше!
– Я внимательно слушаю вас, султанша. – Лютфи-паша почтительно склонил голову.
– Хюррем Султан желает, чтобы наследником был назван один из ее сыновей, – заявила Шах Султан без всяких прелюдий.
– Но как же шахзаде Мустафа? – поднял брови Лютфи-паша. – Конечно, он не слишком почтительный сын, сделал множество ошибок, которые расстроили и даже рассердили повелителя, но он – старший и трон будет его по праву.
– Ты великий визирь Османской империи, а не знаешь простых вещей или не желаешь знать, – Шах Султан презрительно скривила губы. – На все воля Аллаха. Не обязательно султаном станет старший сын повелителя. Вспомни, сам он вовсе не был старшим у нашего отца. Право у сильного.
– Иншалла! – Лютфи-паша покивал. Воля Аллаха превыше всего. Если будет Аллаху угодно, то султаном станет сын Махидевран. Но может оказаться и так, что Аллаху больше понравится сын Хюррем. – Иншалла!
– Иншалла! – согласилась Шах Султан. – Мы должны предусмотреть все возможности. Как видишь, надежды Хюррем Султан вовсе не пусты. Ее сын может стать наследником. Шахзаде Мехмед, конечно, очень достойный юноша. Он обладает всеми качествами, которые необходимы правителю такого государства, как наше.
– Так в чем же дело? – удивился Лютфи-паша. – Шахзаде Мехмед действительно очень хорош. Он прекрасно образован, отлично владеет оружием, разбирается в управлении государством и имеет незаурядные способности военачальника.
– Да, все так, – кивнула Шах Султан. – Он и мне очень нравится. Однако его мать… Проблема именно в ней. Если она станет Валиде Султан, никому не будет жизни. Всем придется склониться перед ней. Шахзаде Мехмед будет править государством, а она станет править им.
