проницательный взгляд на порфирородного собеседника, но не подав и виду, рассудительно продолжил рассказ:
— Так вот, ее престарелый муж, мегас стратопедарх Вукол Лагас, как префект ополчения, нередко вынужден был, находиться в разьездах. И через год, вскорости умер. Наверное, от тяжкого бремени державных трудов, груза ответственности государственных забот и ввиду, своих преклонных годов. И вот, мой Император, какие удивительные вещи происходят на свете! Нет, никогда я не перестану дивиться, благости и милости Божьей! Безутешная вдова, ровно через девять месяцев, после этого печального события, видимо вследствие своего благонравия, благочестия и неустанных молитв — представьте, рожает двойню.
Лев, все никак не мог смахнуть, предательски наползшую на лицо, издевательскую ухмылку и едва сдерживался от циничного смеха, слушая, полный сардонической серьезности, рассказ верного Флавия.
— Конечно, никто не мог, упрекнуть ее в умалении чести или заподозрить, в чем-либо недостойном. Да еще женщину, столь благородных кровей. Тем более, что покойный супруг, несмотря на свой, весьма пожилой возраст, формально мог быть отцом. По срокам — все выглядело, внешне пристойно и вполне приличным образом. Конечно, возможно, сие произошло — благодаря, горячим молитвам вдовы к Богу. Она же потом, больше никогда, уже могла и не стать матерью. Ведь, вновь замуж, ее никто бы не взял. К тому же, далеко не юную женщину. Да еще, оказавшуюся бездетной, после двух предыдущих семейных союзов. Кроме того, святая церковь, третий брак не позволяет.
— И вот ведь, что удивительно, Солнцеликий! — продолжал беззастенчиво вещать Итал. — Догадываетесь, кто стал крестным отцом обоих детишек? Ну конечно же, наш Алексий! Как, естественно, и первым другом семьи! Он часто гостит у Софьи и играет с детьми, общается с ними, дарит подарки. Мастера чужеземца, переделали ее дом, в очень комфортабельном жилье. Такое, как и у самого иностранца. И по странному стечению обстоятельств, дети, а особенно сын Софьи Палеолог, к примеру, уже очень заметно, похож на Алексия. Но, разумеется, это просто совпадение.
Тут уж, Багрянородный не выдержал и заливисто захохотал.
— Да уж, потешил ты меня Флавий, — утирая слезы, выступившие на глазах от смеха и качая головой, проговорил Лев Армянин. — Но ты прав, это открывает, очень многообещающие перспективы, в смысле влияния на этого Алексия…
ЭПИЛОГ
Посетив, свои эргастерии, Алексей, направлялся с визитом к приятелю и деловому партнеру, купцу Григорию. Улицы Константинополя, опять бурлили от многолюдья и кипели шумным многоголосьем. Повсюду — слышался гомон, смех, разговоры, звуки ремесленных работ, призывные возгласы продавцов и перекупщиков. Лавки, рынки, мастерские столицы — были полны народу. Город, полностью ожил и восстановился, после военного лихолетья.
Землянин, шел не один — его сопровождали, несколько крепких спутников. По их вооруженному виду и повадках, в них, можно было тотчас распознать, бывалых бойцов. Взглянув на своих товарищей, украинец, только досадливо вздохнул. В последнее время, он вынужден был передвигаться по улицам, только с охраной. Такой свободы и непринужденности как раньше, иностранец, уже не мог себе позволить. Несмотря на то, что среди широких слоев населения, Алексий, был чрезвычайно уважаем и почитаем — а в последнее время, его слава и реноме, еще более возросли. Поскольку, сказались заслуги чужеземца, в предоставлении горожанам помощи от голода, в тяжелые месяцы осады. А затем, и его важная роль в битве, и победе над узурпатором. Все эти обстоятельства, только способствовали увеличению популярности Алексея, среди ромейского населения Нового Рима.
Однако, подобное возрастание престижа и репутации, среди общества Византия — никакой безопасности, землянину, вовсе не гарантировало. Многие люди, болезненно пострадавшие, за свою поддержку самозванца — были не прочь, посчитаться, как им казалось, с главным «виновником» их бед. Даже тот факт, что Алексей, был тренированным человеком и всегда, предусмотрительно ходил при оружии — мог ему и не помочь. Недавний случай, стал весьма наглядным уроком, для молодого мужчины — показательно проявив, его беспечность и легкомыслие. Несколько дней назад, когда он возвращался домой, на него неожиданно набросились два паренька. Один из них, в густой толпе, ударил попаданца, какой-то заточкой в почку. А другой, стремглав напав спереди — постарался резануть украинца, ножом по горлу. Алексей, даже не успел, вытянуть свой эспадрон — и спасло его, только то, что под кожаным колетом, он обычно, носил кольчугу двойного плетения. Поэтому, убийца, не смог пробить дубленую кожу и металлическую сетку. А от второго нападавшего, землянин, вовремя среагировав, сумел уклониться. И ударив ребром ладони — сломал тому кадык. А затем, зарубил, своей боевой шпагой и первого киллера.
Когда стали разбираться, то выяснилось, что это — были двое братьев из славян Македонии, пятнадцати лет от роду. Всю семью которых, за поддержку узурпатора, отдали в рабство. Отца и старших братьев, сослали на рудники, а мать и сестер — продали на Восток. Этих двух юношей, закрепили в эргастерии одного из местных богачей. И сбежав оттуда, они попытались отомстить.
Алексей, раздраженно пожал плечами. Пострадавшим людям, находящимся в отчаянии и ищущим виновного, невозможно объяснить, что этот самозванец Фома — никакого облегчения и благополучия, никому бы не принес. Только, поспособствовал бы, продолжению гражданской войны, увеличению внутреннего беспредела и иноземной оккупации, со стороны тех же мавров. И вообще, все эти подметные письма и выдуманные обещания, перейти на сторону «народного царя Константина» — реально, ни на что не повлияли и ничего не значили. Фома, все равно бы, ударил по центру порядков Василевса. Другое дело, что дружина иноземца — реально помогла победить войско самозванца. А это — для многих, стало крахом надежд и судеб.
И людям, потерявшим все, приятней было верить, что поражение «Василевса Константина», как и его смерть — результат измены. И ползущие кругом слухи — указывали на чужеземца. Хотя Алексей, никого не предавал. Просто, не возражал, чтобы безопасники, сыграли в свою игру, прикрывшись его именем. Никаких писем, землянин не писал и не передавал. И никого из перебежчиков, не видел. Да и его сподвижник Ждан, который общался с этим «агентом» — ничего такого, тому не говорил и ни о чем не расспрашивал. Только, немного рассказал, о своем происхождении, попутно, обсудив с тем пареньком, «совместную легенду» — их общего фиктивного знакомства на рынке. Алексей, потом у своего соратника, даже не поинтересовался об этом «шпионе».
К сожалению, верный Ждан, погиб в битве. В целом, в сражении, дружина Алексея, почти не понесла потерь. Пало, всего несколько человек. И среди них, был Ждан. Не повезло. Жаль… А все эти разговоры и гнилые слухи, о «предательстве» Алексеем «народного императора»
