Вокруг огромных дробов струились потоки зеленоватой энергии, а в их кронах шла оживленная жизнь. Птицы и зверюшки, змеи и ящерки спешили добывать себе пищу, искать пару, высиживать яйца. И я могла подробно рассказать, где, в каком гнезде, у какой птицы сколько птенцов.
Ветка дроба, отвечая на мою безмолвную просьбу, наклонилась над головой и сдвинула листья, создавая густую тень. Я открыла глаза и встретилась с изумленным взглядом мага.
Что, гном, не ожидал от меня такой прыти? А вот сейчас проверим, на что еще я теперь способна.
Так же мысленно прошу дерево открыть нам путь, и в ветках немедленно открывается зеленый тоннель.
— Велком. — уже привычно пошутила я, протягивая руку в сторону тоннеля и первая шагнула в мягкий сумрак.
Талм потянул за руку вампирку, следом шагнул со своим сопящим грузом ее отец, последними ступили на путь Атаний с магом.
Сегодня мы поедем с комфортом, решила я, создавая три удобных сиденья, устроилась рядом с Талмом и вампиркой, и… внезапно поняла, что не знаю, как задать деревьям направление.
Но партизаны не сдаются! Идея всегда найдется, нужно только уметь искать.
— Дарвиль, в каком месте дивный лес подходит к твоему замку ближе всего? — еще не отзвучали последние звуки вопроса, а ко мне уже пробрался Гарон.
— Вия, я думаю, нам лучше заночевать в доме Атания. Иначе к тому месту, откуда ближе до замка, мы попадем только после восхода Афели, а дороги хорошей там нет. — маг говорит спокойно и убедительно, глядя на меня как… на капризного ребенка, и от этого обида и упрямство смешиваются в моей груди в гремучую смесь.
— Он прав. — отстраненным голосом поддерживает мага вампир, — если можно заночевать в лесу, лучше отправиться в замок с утра. Глубокой ночью нам могут и не открыть.
Все это конечно разумно и логично, вот только почему у меня не проходит стойкое ощущение, что мне подсунули роль главной лохушки в мужском заговоре?!
— Попробую вам поверить. — насмешливо сообщила я, усилием воли подавив зарождающееся возмущение. — Только учтите, этот раз — последний!
И независимо откинувшись на сиденье, мысленно представляю знакомый домик и деревья рядом с ним. Зеленый тоннель дрогнул, пришел в движение и наши сиденья, все разгоняясь, помчались по дриадскому пути.
Фейри, тихо лежавший на руке, завозился, озираясь, приподнялся над моим плечом, уставился на спутников и снова зашипел.
— Не нужно сердится, маленький. Это все свои. — как собачке объяснила я, и тяжело вздохнула.
Свои-то свои, а варежку не раскрывай. Иначе вмиг придумают какую-нибудь пакость. Причем даже догадаться невозможно, с какой стороны придет неприятность. И это им я объясняла про партизанские методы! Да они сами какую хочешь диверсию в два счета изобретут!
Но фейри, как ни странно, меня послушал и уже спокойно прижался к плечу, крепко вцепившись в кофту ручками. Я чуть не заплакала от умиления, гладя малыша по спутанной грязной шерстке.
Надо будет попробовать его вымыть, интересно, знает здесь кто-нибудь, можно купать фейри или нет? Вот только не стоит ни о чем спрашивать мага, пока я не добралась до своей настойки, близкое общение с ним мне категорически противопоказано.
В этот раз мы домчались намного быстрее, чем два дня назад, и все равно, когда тоннель открылся недалеко от дома Атания, в небе уже догорали последние отблески заката.
И только теперь я сполна прочувствовала как сильно устала и хочу есть. Правильно сделала, что послушалась Гарона… хотя он и сволочь остроухая.
Талм почти бегом потащил Нилину показывать дом, за ними вампир легко нёс на плече своего племянника и господина в одном флаконе… очень красивом, но больше совершенно не привлекательном для меня.
За ними спешили гномы, хозяйские обязанности по устройству ужина никто пока не отменял, а последней потихоньку тащилась я, придерживая на плече заснувшего малыша.
— С прибытием домой, сестра! — знакомый голос раздался совсем рядом.
— Спасибо. — вежливо отзываюсь, оглядываясь на выступившую из тени фигуру в темно-синем платье из лепестков цветов, похожих на ирисы. — Только мой дом очень далеко отсюда, да ты же и сама это знаешь.
— А разве ты не почувствовала… что дивный лес принял тебя? Что твой дом теперь здесь? — ее внимательные зеленые глаза глубоки как омуты.
— Как не почувствовать. — вздохнула я. — Это было очень интересно и приятно… но только в моем мире у меня столько обязанностей и дел… остаться я не смогу.
— Здесь тоже обязанностей не меньше. Тебе уже дана великая сила, управлять жизнью дробов, осталась еще одна ступень и все последние тайны леса откроются перед тобой, ты будешь управлять жизнью дриад и всех остальных обитателей леса.
— Извини, пожалуйста, но управлять чужими жизнями слишком большая ответственность, чтобы я на нее согласилась! Я и со своей-то жизнью не всегда могу разобраться… нет, эта должность не по мне!
— Подожди, подумай, от чего ты отказываешься! Мы ведь живем очень долго, и всегда молоды и красивы… в нашем распоряжении все сокровища дивного леса и вся магия дробов! Ты уже приняла две чаши живого сока, и потому тоже проживешь не одну человечью жизнь не меняясь… осталось выпить последнюю, третью чашу, чтобы стать одной из нас.
— Прости. Нельзя мне пить этот сок, и остаться тут нельзя. Если я не вернусь в свой мир, это будет предательством. А коли и правда отмерен мне более долгий жизненный срок, тогда, возможно, я приду сюда позднее, не может же быть, чтобы не было способа возвращаться?! — твердо отказалась я и застыла, ожидая, какое наказанье последует за такую дерзость.
А она только звонко расхохоталась, словно зазвенел десяток серебряных колокольчиков.
— Не сердись, сестра, это была последняя проверка. Корыстные да нечестные лесу не нужны. А последняя чаша теперь твоя, как захочешь вернуться в лес, так и выпей.
С этими словами она протянула мне маленький плоский пузырек, но в руки не дала, а пришлепнула к предплечью. Острая мгновенная боль пронзила иглой, и пропала. Я схватилась за руку… и ничего не почувствовала. Даже кофта была невредима.
— А теперь идем, искупаешься, отдохнешь… всё уже готово.
Я вспомнила теплый источник, уютную комнатку из листьев и снова вздохнула.
— Нет, не нужно. Я лучше со всеми.
— А вот сейчас не спорь. Я знаю как лучше. — Властно оборвала она мое неуверенное бормотанье и, взяв за руку, повела в тень дерева.
Мы сделали всего пару шагов и оказались в таком необыкновенном месте, что я задохнулась от неожиданности и восторга. Такой красоты мне еще никогда не доводилось видеть. Посреди большой поляны, окруженной огромными дробами, под которыми светились белоснежными гроздями цветов пышные кусты, хрустальным зеркалом отражало первые звезды круглое озерцо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
