выпустил пленника!
— Что?
— Через плечо! Я, конечно, против запрещённой магии, но видимо с этим по-другому нельзя! — Он швырнул Максима мне под ноги и тот, встав на четвереньки, замер.
— Во-первых, не ори, а то соседи вызовут Гончих или кого похуже.
— Похуже?
— Например, мою бабушку. Это же её профиль?
Андрей, услышав про Воронову, стал говорить тише:
— И всё же, лучше бы ты его подчинил или превратил в артефакты!
— Во-вторых, поясни, что произошло? — пока я это говорил, я поднял Максима с земли. Парень со злостью сжимал кулаки и недобро смотрел на меня.
— Как что⁈ Он выпустил пленника! Я потащил ему хавчик, а там пусто! И дверь прикрыта, чтобы никто не догадался.
— Он не мог сам её выбить? Всё-таки сильный.
— Ты шутишь, Шторм? — разъярился Сухов. — Там такая толщина, плюс все замки и засовы снаружи. Невозможно выйти, если тебе не помогают! А он, — Андрей ткнул пальцев в Максима, — единственный, кто был заинтересован в этом!
— Максим, это ты выпустил нашего гостя? — совершенно спокойно спросил я, заставив Сухова подавиться словами.
Подорожников хмуро посмотрел на меня, а затем кивнул.
— Не слышу, — также ровно сказал я.
— Да, — ответил Максим.
— И почему же ты так сделал?
Он вжал голову в плечи, но потом распрямился, набравшись уверенности:
— Потому что вы приказали, господин.
Сухов стоял, как громом поражённый. Интересно, а удар молнии он, как одарённый с электрическим Даром, сможет пережить?
— Как? Почему? Но зачем?
Было забавно видеть столь удивлённое и сбитое с толку выражение лица Андрея. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и закрыть рот.
— Пошли в дом, поясню, — скомандовал я.
Усевшись в столовой, я рассказал, что идея выпустить Кулака, так звали того парня, принадлежит мне. Таким образом мы убили сразу несколько зайцев: избавились от нахлебника и потенциальной угрозы в доме, сохранили репутацию Максима в определённом кругу, плюс получили глаза и уши на улице.
— Не проще было бы убить? Он грабил дом, всё-таки, и угрожал оружием.
— Закон против такого самоуправства. Сам факт того, что мы его держали взаперти — уже не красит меня и мой дом. А уж убивать его. — Я покачал головой.
Основная причина была в том, что я не хотел его убивать. Он уже не представляет угрозу для меня. Наоборот, он мог стать моим проводником в серый, подпольный мир. Я ещё не стал официальным артефактором, но уже знал, что далеко не всё я смогу сделать по белым каналам. Особенно на старте карьеры.
А некоторые вещи мне будут нужны независимо от желания властей и существующих законов. Так что мне пригодятся те, кто уже внутри серой зоны.
— Почему не предупредил? — Сухов был недоволен.
— Проверял качество вашей службы, — подразнил его я. Уже серьёзнее добавил: — Если бы вы среагировали, эффект был бы ещё сильнее. Кулак бы доверял Максиму на все сто процентов, а он сам стал бы полноценным пленником в глазах других.
— Если бы я его увидел, то зажарил бы вместе с Кулаком. Не говоря про Антона.
— Риски всегда есть, — флегматично заметил я, попивая кофе, чтобы не провоцировать на дурные поступки сидящего рядом Кефира.
На это замечание взвился уже лекарь:
— Что? Вы предполагали, что он может меня убить? И просто отпустили, надеясь, что всё сложится, как надо?
— Ну ведь сложилось? — сделав наивные глаза, ответил я Подорожникову.
Максим побледнел и откинулся на стуле. Он только сейчас понял, в какую передрягу влип. Чуть не влип.
— Вы всегда так работаете? Пётр Иванович предпочитал планирование и чёткие инструкции, — словно защищаясь образом брата, сказал Максим.
— Мы работаем так, как требуется по ситуации. Никогда невозможно предусмотреть всё, но можно учитывать тенденции. Например, что примерно около часа ночи происходит пересменка и некоторые ослабляют бдительность за чашкой кофе. Особенно, если в газете остались непрочитанные статьи. — Я подмигнул Сухову, и тот резко выдохнул.
— Мелкий засранец.
— Сам виноват. Твоя смена, — с добродушной ухмылкой сказал Черкасов. Он стоял в дверях столовой. — Надеюсь, Госпожа не узнает о такой бреши в защите.
Антон молча достал свой артефакт-батарею и принялся заряжать его с яростным выражением лица.
— Всё просаживается? — спросил я.
Он кивнул, не глядя на меня.
— Поправить?
Он покачал головой. Не доверяет. Ну что ж, его право.
Не хочет он, значит нужно искать того, кто хочет. И кто готов за это платить. Пока что список клиентов у меня очень короткий. Но даже в этом случае нужно действовать.
Отправив Максима дальше убираться и пообещав, что приду к нему через время, я ушёл в комнату Сергея, достал телефон и визитную карточку доктора Боткина. Евгений Сергеевич ответил не сразу, но быстро сориентировался.
— А, Сергей Иванович! Рад вас слышать? Как вы себя чувствуете? Что-то беспокоит? — голосом полным профессионального беспокойства спросил он.
— Всё в порядке. Наоборот, хотел у вас спросить: всё ли в порядке? Работает ли ваш артефакт? Ничего больше не ломалось?
— О, спасибо за беспокойство, Сергей Иванович. После вашего ремонта никаких накладок и жалоб не было. К тому же, я проверил несколько раз и узнал, что артефакт действительно перегревается и начинает выдавать ошибку, если использовать его несколько раз подряд.
— Это радует. Что ж, если возникнут вопросы или какие-то проблемы с артефактами, вы знаете, к кому обратиться, — закончил я разговор и попрощался.
Что ж, действующий клиент в услугах пока не заинтересован. С другой стороны, он вполне может кому-то меня порекомендовать. В перспективе. Что ещё я могу сделать прямо сейчас?
Был бы у них интернет, можно было бы объявление выложить в сеть. А как здесь быть? Ходить от двери к двери и спрашивать: Вам артефакты случайно не нужны? Во-первых, это занимает кучу времени, во-вторых, коммивояжёр я фиговый, да и продавать лучше готовый товар с хорошей маржой.
А у меня ничего нет, кроме самых простых артефактов, способных определять виды энергий.
Как мне донести информацию до людей? Найти доску объявлений на центральной площади? И тут я вдруг понял! Ох, избаловали меня технологии в прошлом мире. Доставки, игры, интернеты.
Конечно же есть и другие варианты заявить о себе и своём товаре: газеты, которые так любят мои охранники,
