курином боге, то можно увидеть ну совсем другой мир. Мир, который лучше. Мир, в котором все прям так, как тебе хочется.
Спица наклонился и жестом предложил Глори взглянуть через дырочку.
– Чего я ищу? – шепнула Глори, прищурившись, и поднесла камешек так близко, что коснулась его ресницами.
– Терпеливости.
Она смотрела сквозь ушко в курином боге, и пусть мир по ту сторону, возможно, не сильно отличался от обычного, но лицо ее все это время озарялось нежной улыбкой. Спица слышал, как она медленно вздохнула, выпуская из себя раздражение вместе с нетерпением.
– А теперь вот представь трость. Ну, какой ты хочешь-то ее видеть.
Глори задержала дыхание и попыталась сделать, как он сказал.
– Спасибо, Спица, – тепло произнесла она, – но у меня всего три часа…
– Я знаю. И я тебе помогу. – Спица сунул куриного бога обратно под рубашку и положил перед Глори на верстак правую руку. – Вот что, можешь пользоваться-то моей левой рукой, – сказал он, решительно улыбаясь и подмигивая. – Ой, ну правой, так? – быстро поправился он. – А теперь скажи, ну, что делать-то, с самого с начала.
Глори улыбнулась, глядя на Спицу, который сосредоточенно прищурил глаз. Он сидел рядом, такой смелый сейчас и преисполненный гордости, но все-таки его распластанная по столу кисть еле заметно дрожала. Поэтому точно так же, как сам Спица шептал своим рукам и ногам команды, взбираясь вверх по стене, Глори, велев его пальцам не волноваться, начала давать указания: тут зажать камешек, тут скрутить проволоку.
Спица крепко держал каждый элемент будущего произведения искусства, пока Глори направляла его на единственно верное место – и тогда все они начинали тихонько подпевать ей. Вскоре из выложенных на верстаке сияющих драгоценностей она выбрала и добавила к трости, завершая работу, несколько камней. Это были овальные куски солнечного янтаря, отливавшие счастливым желтым. Спица повернул шарообразный набалдашник трости, и он весь засверкал в свете свечей. Он точно соответствовал эскизам Глори вплоть до последнего недорисованного фрагмента: осталось пустое место всего для одной детали, которая должна была гордо венчать самую верхушку рукоятки. Непременно что-то особенное.
Глори нахмурилась и забегала взглядом по верстаку в поисках подходящего украшения.
– Если ж ты вдруг не против, Глори, я тута подумал, ну, может быть, вот это подойдет… – Ржавыми, оставшимися еще с его времен щипцами Спица вынул из заплечной сумки треугольный металлический осколок, первый из всех, что он нашел в грязи, и высоко поднял его.
Глори склонила голову набок и прочитала слова.
В память о, – было написано на первой строчке. А ниже: Великом.
– Идеально, Спица… В память о Великом!
Спица просиял.
– Возьми его сама, не бойсь, ну, это ж тока мне от него горячо. – Он положил кусочек металла в ладонь Глори. – И Па еще. – От упоминания папы его сердце понеслось галопом. Он представил, что отец навсегда застрял в тюрьме или еще хуже – утонул, не имея возможности выбраться.
Глори заметила тревожный взгляд Спицы, брошенный на циферблат. Она взяла в руку острый инструмент, который подпрыгивал на верстаке в такт подрагивающей ноге мальчика.
– Давай уже закончим.
Она сгладила острые углы металлического осколка, отполировала его до зеркального блеска и приложила к набалдашнику трости. Потом окружила его опалами цвета морской волны, и те встретились с алмазами и янтарем, уже закрепленными вокруг. Наконец, завершенный набалдашник присоединили к хорошо ошкуренной дубовой палке и прибили к самому ее низу серебряную пластинку.
Трость получилась грандиозной, точно как заказывал лорд Чопор. А еще исключительного, выдающегося и безупречного качества. Более того, Спице показалось, что было в ней кое-что еще. Трость выглядела солидно. Это была такая важная вещь, что она просто обязана была спасти жизни его папы, Глори и всех остальных честных людей Интингтона, чьи имена значились на табличке.
Глава двадцатая
Спица завернул трость в пальто и подоткнул под ремень со спины, и теперь ему приходилось постоянно ее поправлять. Он осмотрел толпу, которая собралась вокруг входа в галерею. Мужчины и женщины преодолевали двадцать широких ступеней, чтоб оказаться наверху, они прятались под зонтами и с неудовольствием глядели на стену дождя. Все были разодеты и сияли, как монеты, но не те изогнутые, что попадались Спице в грязи, а новенькие, которые мама приносила с рынка. Спица вздохнул и заправил рубашку.
Глори толкнула его в бок:
– Вперед! Вон лорд Чопор.
Она указала рукой на мужчину, который стоял очень прямо, словно мраморная колонна, и приветствовал гостей у входа. Схватив Спицу под руку и перепрыгивая через ступеньку, Глори зигзагами побежала вверх.
Детям оставалось сделать всего четыре шага, когда вдруг когтистая рука схватила Глори за волосы и изо всех сил дернула.
– А-а-а! УЙДИТЕ ПРОЧЬ!
Спица попытался поймать миссис Скор за локоть, но та отмахнулась от него зонтом. Она крепко держала Глори за волосы и тащила ее подальше от входа в галерею, Спица, конечно же, следовал за ними. Так миссис Скор увела их от чужих взглядов и затолкала в нишу между огромным окном и статуей рогатого зверя, рвущегося в атаку.
– А НУ ОТДАЙ!
Глори вскрикнула от боли, когда миссис Скор дернула ее за волосы.
– Уберите от меня руки, вы, злобная ведьма…
– ХА! Я загнала тебя в угол, как зверька. А ты чего хотела? Ты думала, Чопор позволит вам сунуть нос в его галерею? ПОСМОТРИ НА СЕБЯ! Ты же будто из цирка уродов сбежала… – Миссис Скор стряхнула с костлявой кисти выдернутые рыжие волосинки и приблизила к девочке свое оскаленное лицо. – А теперь отдай мне мою трость, иначе… – Она схватила Глори за пальцы на левой руке и до боли выгнула их. Крошечная черная бабочка из шелка сорвалась с повязки на ее голове и пристала к щеке Глори.
Девочка повалилась назад и с грохотом ударилась головой об оконное стекло.
Из фойе до Спицы донесся приглушенный вскрик, он повернулся и увидел, что лорд Чопор выглядывает в окно, широко разведя руки и оттесняя назад гостей.
– ОТПУСТИТЕ! – взревела Глори, когда миссис Скор еще сильнее надавила на ее пальцы, грозясь сломать.
– Забирайте! Вот! – прокричал Спица и перебросил старухе трость, все еще завернутую в его пальто. – Глори ж выполнила ваше задание, миссис. Оставьте ее уж в покое, ну. – Спица сделал шаг назад. – Уговор дороже денег, как говорится.
– Ха! – Миссис Скор отпустила руку Глории, напоследок выкрутив ей пальцы, и взглянула на покрасневшего Спицу. – Забирай свою чучелку обратно в канаву, жалкий бродяга. В этом городе оплачиваемую работу ей больше не найти, так и
