и стал изучать ее замысловатую рукоятку – произведение искусства, созданное из настоящих драгоценностей и найденных в береговом иле даров Идейки. Он рассмотрел трость со всех сторон, медленно спускаясь взглядом по деревянной ножке вниз, к серебряной подошве. Свет отражался от полированной поверхности, переливавшейся, как гладь реки на утренней заре.
– Сокровище, – объявил Мастер Шарп. Спица зажмурился, мечтая продлить этот момент, когда в голове его взорвались сотни золотых искр. Мастер Шарп поднял глаза на лорда Чопора. – Могу ли я узнать, кто этот великий Мастер Ювелир? Я просто обязан пожать ему руку.
– Я ожидал этого вопроса, Мастер Шарп, – с широкой улыбкой ответил лорд Чопор. – На самом деле она… Да-да, ведь наш Мастер – прекрасная особа… Она сегодня здесь, с нами.
– Минуточку, я иду! – послышался хриплый голос из другого конца зала.
По толпе пронесся рокот недовольства, когда миссис Скор направилась к столу для почетных гостей, то и дело наступая на шелковые туфли и толкаясь локтями. Выйдя вперед, она поправила на голове повязку, украшенную теперь всего одной-единственной оставшейся бабочкой из черного шелка, и, неуклюже ухватившись с обеих сторон за свое модное платье, склонилась в нетвердом реверансе.
Увидев ее, лорд Чопор цокнул языком и повернулся к желтому занавесу у себя за спиной.
– Не стесняйся, малышка. Выходи, – сказал он и вспомнил, как несколько дней назад в глубине ювелирной лавки «Шик-блеск» заметил деревянный пальчик, придерживавший край портьеры. Сейчас все выглядело точно так же, разве что поменялся цвет занавески, готовой вот-вот распахнуться.
– Мастер Шарп, леди и джентльмены, познакомьтесь с нашим Мастером Ювелиром, мисс Глорией Шпуллен.
Глава двадцать третья
– Высокое качество я вижу с первого взгляда, – подтвердил лорд Чопор под приветственные возгласы шумной толпы.
– БЕЗУПРЕЧНО! – добавил Мастер Шарп. Он поздравил Глори самым долгим рукопожатием, которое только доводилось видеть Спице, а потом снова взял трость и вытянул вперед, чтобы гости могли рассмотреть ее. – Юная леди, настоящий талант всегда пробьется наверх.
– Без сомнений, – согласился лорд Чопор и метнул грозный взгляд через плечо на миссис Скор. – И неважно, кто встает у него на пути и какие бархатные портьеры отгораживают его от мира. – Он подмигнул Глори, намекая, что прекрасно знал: талант, который хозяйка лавки выдавала за свой, прятался за занавеской, отделявшей торговый зал от мастерской.
Спица просиял, радуясь за Глори. Он оглядел зал и заметил, как целое море голов одобрительно кивает в ее направлении.
Лорд Чопор повернулся к гостям и высоко поднял бокал.
– Дамы и господа, предлагаю тост за Глорию!
Идеальный момент настал: на Глори сейчас был обращен взгляд Мастера Шарпа и всех приглашенных на бал.
– Ну же, Глори, давай, – пробормотал Спица в спину нескольким гостям.
– ЗА ГЛОРИЮ! – взревела толпа.
Мастер Шарп потянулся чокнуться с лордом Чопором, но не рассчитал силы, бокал разбился, и осколки посыпались на пол.
Глори вскрикнула. Редкий момент признания был омрачен.
– Еще один знак скорой смерти!.. – воскликнула она. – Когда кто-то поднимает за тебя тост и бокал разбивается. – Она жадно осматривала толпу. Спица как только мог подпрыгивал на подоконнике, чтобы она заметила его. Наконец он поймал ее взгляд и кивнул, подбадривая.
Глори повернулась к Мастеру Шарпу, но внезапно перед ней возникла целая толпа.
– Ой! Поаккуратнее! – выпалила Глори. В нескольких дюймах от ее носа маячила знакомая повязка с павлиньим пером, загораживая ей обзор. Его обладательница, которая, кажется, вылила на себя сразу несколько флаконов дорогих духов, подняла голову и расцеловала девочку в обе щеки, впрочем, касаясь напомаженными губами только воздуха вокруг нее. Глори закашлялась и отступила назад.
Дама, однако, не думала оставить ее в покое.
– Глория, моя милая! Это же одно из твоих произведений, да?
Отчаянно кивая, она указала на свою повязку, но ее уже оттеснила в сторону другая гостья, крупная дама, увешанная с ног до головы украшениями из ювелирной лавки «Шик-блеск».
– Это же все создано по твоим эскизам, не правда ли, дорогая Глория?
Не дожидаясь подтверждения, женщина уже кричала в толпу, что ее украшения – оригинальные работы самой Глории Шпуллен, а от миссис Скор она с пренебрежением отмахнулась. За считаные секунды Глори оказалась окружена толпой наряженных дам, миссис Скор пропала из виду, а Мастер Шарп тем временем неумолимо отдалялся.
Спица сложил ладони в козырек над глазами и выглянул в темное окно. Оно выходило прямо на мостовую, располагаясь невысоко от земли, так что Спица увидел ноги одного из полицейских, охранявших здание снаружи. Сквозь пелену дождя он рассмотрел вдалеке вздымающуюся массу воды, которая разбивалась о подпорную стену. На Швейной набережной возле Петельного моста собралась группа людей. Один мужчина стоял на постаменте и указывал на реку, которая все распухала.
– ОЙ!
Внезапно Спица увидел насквозь промокшую Сороку. Она слетела откуда-то сверху и накинулась, спикировав, на полицейского, что топтался у окна. Тот отпрыгнул, а птица принялась бить крыльями по стеклу прямо перед носом Спицы, снова и снова.
Мальчик соскочил с подоконника. Настало время прилива! Вскоре морская мощь добавит сил бушующей реке! Расталкивая шумную толпу, Спица добрался до группы гостей, обступившей Глори, словно та была пчелиной маткой.
– ГЛОРИ! ПРИЛИВ! НАЧИНАЕТСЯ ПРИЛИВ!
Он решил пролезть снизу. Словно вытаскивая из ила хрупкую фарфоровую трубку, он потянулся и ухватил Глори за руку. Попытался высвободить ее, но тщетно.
– Я НЕ МОГУ СДВИНУТЬСЯ С МЕСТА. СКАЖИ МАСТЕРУ ШАРПУ. СЕЙЧАС ЖЕ!
Мастер Шарп стоял всего в нескольких футах от него, но людей было так много, что это расстояние казалось целой милей. Вежливость тут не поможет. Спица заработал локтями. Он взглянул на так нужного ему сейчас человека и рванул вперед, но его мгновенно перехватили и вручили два пустых бокала. Его закружило и замотало из стороны в сторону, как будто наводнение уже началось. А Мастер Шарп все отдалялся, он целенаправленно двигался в сторону торта.
Спица в последний раз попробовал догнать его – и безуспешно.
Мастер Шарп потянулся к торту, снял с него одну засахаренную лимонную бабочку и сунул ее в рот. Он втянул щеки и расправил локти. Спица догадался: вкус был что надо.
А потом раздался КРИК! Спицу накрыло его оранжевым, полным ужаса свечением, но спустя секунду оно уже сменилось радостно-желтым. Еще один желтый крик, а потом еще! Как волны от брошенного в воду камня, от торта разбегались ошарашенные люди.
Спица заморгал, не веря своим глазам.
Торт! Он шевелился!
Усеивавшие один бок торта бесчисленные бабочки вмиг затрепетали, а потом стаей оторвались от поверхности и закружились в прекрасном танце.
– ДИ-ДИ! – воскликнула Глори.
