девушка не передала ей поднос. Следующего по очереди официанта не пришлось уговаривать. – Мне срочно надо к торту, – сказала Глори. – Где он? – Парень пожал плечами и указал на двойные двери. – Вольно, – произнесла девочка и уверенной походкой направилась обратно к Спице.
– Что? Закрой рот, а то муха залетит. Этому трюку я научилась от старой карги миссис Скор, – пояснила Глори, протягивая ему один из подносов. – Она ужасная притворщица, и ей это всегда сходит с рук. Так почему бы и мне не выдать себя за кого-то? Держи поднос повыше, вот так.
По коридору эхом разнесся звонкий крик: «КТО? ГДЕ ОНА?» Это была официантка, одетая в точности как Глори и сотни других работниц вокруг, но ее лицо явно несло на себе печать авторитета. За предплечье она держала официанта без подноса.
– Ой! – Глори спряталась за спину Спицы и пихала его до тех пор, пока он наконец не понял, что ему не остается ничего иного, как медленно направиться к двойным дверям.
Так они вошли в Зал Великих Мастеров.
– ОГО! – Спица инстинктивно потянулся к ушам, желая прикрыть их ладонями, и поднос пошатнулся у него в руках.
Этот шум! Жара! Цвета! Запахи!
Слишком много впечатлений.
Спица застыл на месте.
Он не знал, чего ожидать, когда Глори говорила про бал, но зал, в котором они оказались, был просто гигантским, никак не меньше половины футбольного поля. Все вокруг сияло, круглые столы был установлены под десятком громадных люстр, каждая размером с арку Петельного моста. На стенах блестела не просохшая еще краска, обличая свежесть шедевра: искусная роспись с горами и реками была такой реалистичной, что пространство зала расширялось чуть ли не на милю. И посреди всего этого убранства перекрикивались и звякали ножами по пустым тарелкам гости.
– Туда, – сказала Глори и исчезла где-то слева от Спицы.
Мальчик шепнул своим пальцам ног, истертым о камни в ботинках, чтобы они не сдавались. Даже его тело знало, что ему не место здесь, в этом бальном зале огромной галереи. Тут на всеобщее обозрение выставляли сразу все свои самые блестящие и сверкающие вещицы, это был совершенно иной мир, в его же, привычном, сокровища прятались в грязи и иле, заявляя о себе по одному в редкие счастливые мгновения.
– Ой! – Деревянный палец Глори вынырнул из-под салфетки и крючочком зацепил Спицу за оборку нарядной рубашки. Она кричала, кажется, что-то про торт и уже тащила Спицу за собой. Умело скрыв лица за подносами, они миновали стол миссис Скор. Потом Глори пробежалась вдоль стены зала, останавливаясь возле каждого арочного окна в поисках Ди-Ди и ее торта.
Дети внезапно очутились перед небольшой рубиново-красной занавеской, за которой, похоже, скрывалась какая-то ниша. Глори попятилась, прячась в ее бархатных складках.
– Вот черт! Это же офицер Покет, – сказала она, нервно указывая рукой в дальний угол зала. Высокий офицер с широченными плечами при полном отсутствии шеи стоял за длинным столом возле огромного желтого занавеса. – Куда же провалилась ДиДи? – И Глори посмотрела на Спицу так, будто он был в чем-то виноват.
– Не знаю. – Спица пожал плечами. Но ведь ему хорошо давался поиск, не правда ли? Мальчик привстал на цыпочки, прищурился и начал осматривать толпу, все расширяя круг обзора. Точно так же он поступал, чтобы среди гальки и в береговом иле обнаружить сокровища. Однако, не успел он и краем глаза заметить Ди-Ди, как Глори тюкнула его подносом, настойчиво кивая в сторону стола для почетных гостей. Спица сделал шаг влево и через крохотный просвет между бесчисленными головными повязками и шляпами увидел, что лорд Чопор поднимается со стула.
– ДЗЫНЬ! ДЗЫНЬ! ДЗЫНЬ! – Владелец галереи небрежно постучал серебряной ложечкой по хрустальному бокалу, и в мгновение по залу разлилась тишина.
Все до единого перышки над завитыми локонами застыли в неподвижности.
Все взгляды обратились на пожилого мужчину, который стоял рядом с лордом Чопором.
– ДОБРЫЙ ВЕЧЕР! – прогремел голос Мастера Шарпа.
Брови Спицы поползли наверх. Как всего два простых слова могут звучать так живо, так красочно? Их цвет было довольно непросто определить, в них слышались и уверенный, даже мощный темно-серый, и радостный желтый с особым оттенком теплого меда. Такой пестрой была прибрежная галька.
Мастер Шарп обогнул стол для почетных гостей и вышел к своей публике. Он одаривал улыбкой то одного, то другого, двигаясь сквозь толпу. Люди переставляли стулья и кланялись, а Мастер Шарп говорил с ними не только с помощью слов, но и на языке рук, касаниями и дружескими похлопываниями. Внезапно толпа разразилась смехом и аплодисментами.
Спица, зажав между коленей поднос, прикрыл уши ладонями.
– О чем тама речь? – толкнул он в бок Глори.
– О чем-то важном, так что тс-с… Ой! Он идет прямо к нам!
Теперь Спица мог рассмотреть его получше. У мужчины был костюм с иголочки и начищенные до блеска ботинки, но седая шевелюра нуждалась в стрижке. А еще из-за уха у него торчал короткий карандашик: с одной стороны он был остро заточен, с другой же полностью обгрызен. Спица почему-то улыбнулся, заметив эту деталь.
С каждым шагом возбуждение вокруг Мастера Шарпа усиливалось, и голос его гремел все громче и громче.
– …А ТЕПЕРЬ РАЗРЕШИТЕ ПРЕДСТАВИТЬ МОЕ НОВЕЙШЕЕ ИЗОБРЕТЕНИЕ…
Мужчина быстро повернулся на каблуках, видимо, собираясь обратиться лицом к желтому занавесу, возле которого стоял готовый в любую секунду отдернуть его лорд Чопор. Но на полпути, не совершив полного оборота, он застыл.
Он смотрел прямо на Спицу.
Спица сглотнул.
Мастер Шарп открыл было рот, но ничего не сказал. Его руки безжизненно повисли вдоль тела.
Шелестя платьями, все гости тоже повернулись и взглянули на Спицу.
Глори машинально спрятала покрытую салфеткой руку за спину.
– Во дела.
– Что? Я ж ничего-то не сделал! – Спица быстро оглядел себя. В чем дело? Разве что в подносе, который он держал коленями? Или в веревке, которой он по привычке подпоясал элегантные форменные брюки? Или папины ботинки? Может ли быть, что это они выдали его с потрохами? Мальчик переминался с ноги на ногу, пытаясь спрятать ботинки один за другим. – Сэр, прошу вас! Я… Я… – Тут он заметил, что смотрит на свои ногти, и принялся обрывать заусенцы.
– ГОСПОДИ, СПИЦА! – Глори вклинилась между ними, размахивая руками. – Мастер Шарп! Нам необходимо… – В это мгновение белая салфетка соскользнула с ее протеза и полетела на пол.
Миссис Скор подскочила на месте, опрокинула стул и что-то яростно прохрипела.
Затем воцарилось молчание. Может быть, остановила свое вращение сама Земля?
А потом будто бы в провода жизни вернулся ток,
