взвизгнул он, и Спица ощутил, как его словно пронзило сотней нестерпимо-оранжевых кинжалов. – Галерея в нескольких ярдах от реки. Ни разу за всю свою жизнь я не думал о том, что мое бесценное искусство может оказаться под угрозой! Под угрозой
затопления! Этого не может быть. – Лорд смотрел на Спицу. – КОГДА?
Все головы одновременно повернулись влево, когда по залу разнесся грохочущий звук.
– СОРОКА! – вскрикнула Глори. Она зажмурилась, чтобы не видеть, как крылья вороны отчаянно бьются о стекло, оставляя на его поверхности брызги крови.
Спица подбежал к окну и положил на стекло обе ладони, умоляя подругу остановиться. Сорока предупреждала их, и ее сообщение было совершенно однозначно. Далекие крики и приглушенный рев воды проникали в зал снаружи. Через несколько секунд оконные рамы дрогнули под напором черной воды высотой в фут, ее уже невозможно было остановить.
Спица повернулся к толпе гостей.
– НАВОДНЕНИЕ! ОНО ПРИШЛО! ВЫ ВСЕ! Забудьте ж о своих вещах. Бегите спасти по правде важное – своих любимых. Уведите их в безопасное место, ну, скорее, как можно дальше отсюдова. БЕГИТЕ!
– СЮДА! СЮДА! – Лорд Чопор взобрался на стол и с высоты направлял толпу, сбившуюся у бокового входа, в сторону лестницы, которая вела в фойе галереи. Зал словно накренился, когда людской поток ринулся наружу, опрокидывая на своем пути столы и стулья.
– ЭЙ ТЫ! МАЛЬЧИШКА! – Офицер Покет схватил Спицу за воротник, повернул к себе лицом и навис над ним горой. – Ты говорил про какие-то четырнадцать имен?..
Глори пошарила под передником в поисках своей сумочки.
– У нас есть список, офицер Покет, с фрагментов мемориальной доски. – Пришлось призвать в помощь руку и зубы, чтоб развернуть наконец мокрую бумажку. – Нам кажется, что безымянный узник – это Спицын папа.
Ди-Ди уперла руки в бока и встала перед офицером Покетом.
– Это тот, по вашему выражению, «ловкий вор». Но вы слышали историю Спицы, его папа не вор. – Девушка смотрела на полицейского до тех пор, пока тот не кивнул.
Глори передала ему список.
– Еще тут не хватает четырнадцатого имени… Это я… Это мое имя.
Спица схватил ее за руку. Ди-Ди обняла ее за плечи. Мастер Шарп, который уже успел надеть перчатки, указал тростью на дверь.
– Нам нужно отвезти вас домой, мисс Глори.
Глори вывернулась из объятий сестры и сбросила ладонь мальчика.
– Я могу о себе позаботиться. Да и вообще, больше всего наша помощь сейчас нужна отцу Спицы.
– ТЕБЕ ПРЯМ СОВСЕМ НАДО ВЕРНУТЬСЯ ДОМОЙ, ГЛОРИ! – завопил Спица. – Я сам спасу Па. Ну скажи ей, Ди-Ди!
Ди-Ди закатила глаза.
– Сказать ей? Да чтобы она услышала? Ты серьезно?
Встав на цыпочки, Глори следила взглядом за удаляющимся шлемом офицера Покета, который уже поднимался по лестнице.
– Надо ему быть поаккуратнее, ох надо…
Девочка вытащила какой-то предмет из кармана фартука, подбросила его в воздух и поймала, а потом подмигнула:
– Ой, гляньте. Офицер Покет, похоже, обронил ключи от тюрьмы.
Мастер Шарп утробно засмеялся.
– Хорошая работа, Глори! – Но его желтый тон внезапно изменился. – Я укроюсь наверху, а вы БЕГИТЕ! Все бегите. Вы должны спасти папу Спицы. Спица, как можно быстрее отправляйся домой. У меня есть основания сомневаться в том, что мост вообще выстоит в этом наводнении. – Его голос стал совсем тихим, почти превратившись в шепот. – Куриный бог… Пройди сквозь него, пока не стало слишком поздно.
– Куриный бог? – удивилась Ди-Ди. Она была в замешательстве, Спица не упоминал ничего подобного в своем послании горожанам.
– Это такой камень, – сказала Глори. – Камень с дырочкой.
Спица попытался отыскать под рубашкой свой кулон.
– Но как же пробраться через такое крошечное отверстие? Мне кажется, это сказано…
– Да речь не об этом курином боге, – остановил ее мальчик. – Мастер Шарп говорит о лазе над третьей аркой Петельного моста – он и есть огромный куриный бог. Папа мне вчера рассказал.
Глори переспросила:
– Это все, что тебе необходимо сделать, Спица? Чтобы попасть домой, так? Пролезть в ушко в курином боге?
– Мне еще надо держать в руках одно сокровище…
Мастер Шарп поднял руку.
– Как я уже сказал Спице, эту часть истории лучше хранить в секрете, а то мало ли что может произойти. А теперь, Спица, беги спасать своего отца. И умоляю тебя, поторопись.
Спица бросил взгляд на Мастера Шарпа. Его слова внезапно побледнели и из серых, как металл, стали голубыми-голубыми. Но не успел Спица моргнуть, как в его мозгу рассыпались острые серебряные искры. Потом все угасло, но спустя мгновение повторилось вновь. И так четыре раза подряд.
Он резко обернулся.
– ОКНА!
Это лопались стекла, вот еще несколько не выдержали, и в зал хлынули потоки черной воды, а вместе с ними влетела и взволнованная до полусмерти ворона.
– СОРОКА!
Спица вытянул руку, но потерял равновесие, когда ледяная волна ударила его по ногам.
Глори так громко свистнула, что Спица едва не оглох.
– СОРОКА! ДЕРЖИ! – Она подбросила связку ключей от тюрьмы высоко в воздух, а потом упала, сбитая мощным потоком. Сорока каркнула и, пролетев над головой Мастера Шарпа, поймала ключи.
– ОТНЕСИ ИХ ПАПЕ! – закричал Спица, но птицы уже и след простыл. Мальчик бросился к лестнице. Глори и Ди-Ди успели добраться до нее раньше.
Самыми последними они покинули зал и побежали вверх. Вдруг в голове Спицы раздался горячий белый щелчок, и в то же мгновение все вокруг него погрузилось в беспросветную тьму.
– СВЕТ!
– МАСТЕР ШАРП? – крикнул Спица в темноту. Он бросился вниз по лестнице, не считая ступеней. Он подвернул лодыжку, но все равно несся сломя голову, обдирая колени и локти о стены, пока не упал на бок, и ледяная вода укрыла его с головой. – МАСТЕР ШАРП! – взревел он, как только губы коснулись воздуха, но его голос был едва слышен на фоне черного рокота воды, которая хлестала из оконных проемов.
В полной темноте он прижался к колонне и крепко обнял ее. Воды уже было по пояс. Он открыл глаза так широко, что стало больно, ища хоть какой-то намек на видимый предмет.
Он затаил дыхание, и в этот миг ему показалось, что у него в мозгу вспыхнула оранжевая лампочка. Мелькнула быстро, как щелчок пальцами. Не ошибся ли он? Неужели он и правда услышал что-то, но не понял, что это было?
– ЕЩЕ РАЗ! МАСТЕР ШАРП, СКАЖИТЕ Ж ЕЩЕ РАЗ!
– Спица!
На этот раз он расслышал зов, и, как и ожидал, на секунду его сознание наполнилось оранжевым светом. Каким-то странным образом именно в этот момент погруженный в непроглядную тьму зал обрел слабые очертания.
