меньше. Взяв в руку кинжал, я встала перед Ари.
– Я не могу бежать. А ты – можешь. Бери свою королеву и беги.
– Ты, верно, думаешь, что я спятил. – Ари выругался себе под нос. – Беги так быстро, как только сможешь. Я их задержу.
Передний слуа рассмеялся с влажным звуком, словно открыл свою пасть навстречу ливню и попытался петь.
Ари провернул меч в своей руке и вынул узкий кинжал, направив его острием в землю.
– Будьте готовы, и…
Раздавшийся у нас за спинами визг перевернул мир вверх тормашками. Новые монстры выбежали на поляну сзади. Еще через миг мы были окружены.
– Мы остаемся. Я бы так и так тебя, черт побери, не бросила, ублюдок ты этакий, – сказала Элиза. Она вынула кинжал из ножен на поясе и злобно смотрела на существ.
– Затылки! – прокричал Ари, когда два скелетообразных слуа бросились к нему. – Цельтесь в затылки, их только так и убить!
Выбора не было, оставалось только резать и колоть. Будь прокляты мои слабые конечности. Мой кинжал ударил по торчащим ребрам низкого слуа. Может, самки. Его движения походили на подводный танец, а высокий крик звучал пронзительно и мерзко.
Вся поляна пришла в движение. Слуа делали выпады своими прогнившими когтями, их клыки удлинялись, когда они распахивали свои массивные челюсти. Один слуа вспорол кожу на моем плече. Я зарычала от боли и вогнала острие ножа ему промеж глаз.
По его лицу хлынула кровь, похожая на ржавое железо. Слуа повалился на спину и сделал несколько неглубоких вдохов. У меня не было времени на раздумья, и я стала пинать его костлявые бедра, пока тело не перекатилось лицом в землю, а затем вогнала клинок ему в затылок.
Из горла существа раздался резкий хрип, а затем тварь застыла.
Не успела я перевести дух, как меня толкнули вперед. В нос и лоб врезались узловатые ветки, усеивавшие землю. Язык смочила тошнотворно-сладкая кровь, а мои ослабевшие конечности от удара загудели. От шеи вниз по спине разлилась острая боль, и мне показалось, что треснула пара ребер.
Иглоподобные когти впились в мои волосы, прокалывая кожу головы и пачкая волосы мелкими каплями крови. Резко потянув, фейри-слуа заставил меня запрокинуть голову назад, и его бескровное лицо нависло над моим.
– Малин! – крикнула Элиза, но в следующий миг слуа сшиб ее с ног.
Ари двинулся было к своей королеве, но два существа обхватили его ноги, повалив на землю. Он бился и брыкался.
– Боритесь! – ревел Ари. – Боритесь с ними!
Слуа снова издал булькающий смешок перед моим лицом, его горячее, вонючее дыхание словно гнилой жижей разлилось по моей коже. Сердце екнуло, когда существо повело своей нижней челюстью из стороны в сторону. Со щелчком и хрустом она словно сорвалась с петель, и пасть расширилась настолько, что теперь могла пожрать все мое лицо целиком.
Я попыталась закричать, но в тот момент, когда я открыла рот, слуа сделал вдох. Практически так же, как всегда делала я сама, чтобы красть воспоминания.
Между нами проскользнуло что-то белое, словно мороз вытягивал из моего рта пар дыхания. Мое тело содрогнулось. В голове закружились бессвязные мысли. Мгновения боли, любви, по большей части мысли о Кейзе, засияли, словно свеча во мгле. Они замерцали, а затем начали блекнуть тем больше, чем дольше вдыхал слуа.
Я едва сознавала, что рядом хватает ртом воздух Элиза, что Ари выкрикивает проклятия, все еще брыкаясь и отпинываясь от фейри.
Будет ли больно отправиться в Иной мир?
Что ты делаешь, Малин?
Кейз? Собрав все оставшиеся силы, я посмотрела вбок. На меня, хмурясь, смотрел Кейз – тощий мальчик.
– Что ты делаешь? Даже бороться не будешь? А ты вроде говорила, что у тебя получится. – Кейз презрительно фыркнул и сунул в рот медовую палочку, его слова зазвучали менее разборчиво, когда он заговорил, зажав сладость в зубах. – Я не собираюсь тебя отсюда вытаскивать, но и спать один я не хочу. Сегодня, черт побери, холодно. Давай, выбирайся, как и обещала.
Слезы затуманили мое зрение. Это было не взаправду. Это было… воспоминание.
Прямо накануне того судьбоносного Маск ав Аска мы отправились в городок. Я клялась и божилась перед всеми сиротками Мерплаттса, что сумею забраться вверх по старому заброшенному колодцу возле доков. Кейз сказал мне, что я слишком устану и не смогу выбраться.
Я ему сказала, что во мне сил больше, чем он думает. Я была таким же бойцом, как и он сам.
Когда остальные дети меня бросили, решив, что я сгинула в колодце и Йенсу придется меня вытаскивать, Кейз остался. Он остался глубоко за полночь, подбадривая меня, уговаривая лезть все выше, пока наконец не смог дотянуться рукой и вытащить меня наружу.
Я боролась, чтобы выбраться из колодца той ночью.
Я боролась, чтобы вернуться к Кейзу Эрикссону.
Это мы и делали ради друг друга. Мы боролись с самыми темными страхами, самыми темными созданиями, и мы не позволяли им украсть нас друг у друга.
Мое тело становилось слишком слабым, слишком вялым. Я не могла поднять клинок, но я могла сражаться так, как умела лучше всего. Воспоминаниями.
Я позволила себе уронить голову на холодную, липкую кожу слуа. Я не знала, сработает ли это от простого соприкосновения, но я не могла поднять руки, чтобы дотронуться пальцами. Оставалось надеяться, что соприкосновения головами будет достаточно.
Я могла лишь молиться, чтобы у этих фейри не было таких же амулетов, как у скидгардов.
Когда слуа сделал новый вдох, я – тоже. Сперва неглубокий, но каждый новый вдох становился все сильнее. Глубже. Вскоре призрачные фигуры возникли в моей голове.
Проявились наистраннейшие воспоминания. Слуа жили первобытными, базовыми инстинктами. Охота и спаривание казались их главными воспоминаниями. Вскоре слуа перестал вдыхать.
Понемногу белый дым, мостиком соединяющий меня и фейри, вернулся ко мне в рот. По венам сразу разлился жар. Я сделала еще вдох. Забрала еще воспоминания. Я все глубже пробиралась в разум слуа, пока не смогла украсть память о том, как он научился у своей мерзкой мамочки выживать.
Слуа заскулил, и сердце мое чуть не разбилось от сочувствия к этому жалкому созданию.
С силой толкнув, я отпихнула фейри прочь от себя. Он прижал ноги к своей узловатой груди и задрожал.
Эта тварь не выживет. Она не помнила как. Если уж на то пошло, смерть была милосердием, и я пробила ее череп ножом.
Крик выдернул меня из оцепенения, с которым я смотрела, как горячая кровь растекается по лесной подстилке. Элиза отчаянно старалась отползти от длиннорукого слуа. Она отбивалась. Королева еще не смирилась со смертью, и это спасет жизни как ее самой, так и ее ребенка.
Прихрамывая, я пересекла разделявшее нас расстояние и ударила слуа в ямку в основании черепа.
Он пару мгновений бился, затем
