По эту сторону гор зима теплее, климат мягче.
– Какое прекрасное место, – вздохнула Фрея, – и какой отвратительный у него хозяин. Так, нужно переодеваться к обеду. А доспехи прабабкины я не захватила.
Она хотела вызвать Энни, даже подошла к шнуру, но передумала. Сначала нужно дождаться возвращения драконища. Невеста или нет, а переодеваться при нем не будет.
«Наверное, пора прекращать даже мысленно называть его драконищем», – подумала, потому что проколоться на такой мелочи будет обидно.
Побродила по покоям, выглянула на балкон. Драко… Герхард вошел в комнату, едва один раз стукнув в дверь.
– Я принес кольцо, – буркнул он, открывая черную коробочку, рисунок на которой был похож на большие кожистые чешуйки.
– Надевай, – Фрея протянула к нему правую руку.
– У нас родовое кольцо носят на левой, – с усмешкой произнес драк… Герхард.
– Пожалуйста, – пожав плечом, протянула левую руку.
Герхард нехотя открыл коробочку. На черном бархате лежал золотой перстень – миниатюрный дракон обвивал собой круглый сфен. Камень сверкал, как маленькое солнце.
Драконище с совершенно мученическим выражение лица надел перстень ей на безымянный палец. Перстень оказался велик, и на пальце болтался. А через мгновение обод начал уменьшаться, и в итоге сел так, что не снять. Вообще. Никак.
– Дорогая невеста, поздравляю, теперь все будут знать, что ты моя невеста. А перстень снять даже не пытайся. Бесполезно, – с ехидной ухмылочкой произнес Герхард.
– Какое прелестное колечко, – Фрея, вытянув руку, любовалась игрой света на камешке. Перстень потрясающей красоты ей очень понравился. – И как хорошо, что я не буду волноваться о его потере. А оно прочное?
От неожиданного вопроса с Герхардом случилось замешательство.
– Ты собралась его сломать?! – возмущенно воскликнул он. – Имей совесть! Это родовой перстень!
– Да не собираюсь я его ломать, – Фрея покрутила рукой. Герхард выдохнул, но рано. – Специально, по крайней мере. Но я же делаю обычные дела, не хотелось бы повредить случайно, – добавила невинно.
За что получила мрачный взгляд. Ох, как ей нравилось дразнить драк… Герхарда. Он так полыхает взглядом и раздувает ноздри! Грозный такой, что так и тянет еще сказать ему что-нибудь нежное.
– Через час состоится обед, – официальным тоном произнес Герхард. – Оденься понаряднее, что ли.
Фрея закатила глаза. Вздохнула. Еще только помолвка пять минут как состоялась, а уже командует.
– Ты тоже хоть лицо переодень, – фыркнула она. – Надеюсь, счастливое выражение у тебя есть? Потренируйся перед зеркалом. Чтобы улыбка была, а не оскал. Тебе вон какая невеста досталась! Умница и красавица, с целым герцогством своим собственным.
– Ни стыда, ни совести, ни скромности, – обреченно вздохнул Герхард.
– Иди тренируйся перед зеркалом, – замахала на него руками Фрея, выгоняя. – Должен же ты показать, как безгранично счастлив, заполучив меня. А мне нужно собираться, – она прошла мимо драконища к шнуру и резко дернула, вызывая Энни. – Должна же я предстать во всей красе. А это дело небыстрое.
– Побереги глаза гостей, – съязвил Герхард. Развернувшись, грозовой тучей направился к выходу. Дверью хлопнул так, что звякнули хрустальные подвески на люстре.
– Бу-бу-бу, – передразнила его Фрея. – Колечко выменяю на амулет, – она опять повертела рукой. Красивое. Очень жаль будет возвращать.
Так, ладно. Нужно выбрать платье. Если бы знала, что все так обернется, попросила бы подругу сшить еще парочку.
– Миледи, – в комнату вошла Энни. – О! – удивленный вскрик заставил Фрею обернуться. – Миледи, это же перстень Скьельдов!
– Да, – Фрея скромно улыбнулась.
– О, миледи, – Энни в умилительном жесте сложила руки на груди, – поздравляю. Я так рада! Вы нашему милорду лучше всех подходите, – выпалила она.
А потом поняла, что сказала, и глаза от ужаса стали большие и совершенно круглые, как у совы.
– Ой, – пискнула, испуганно хлопая глазами.
– Мне очень приятно, – Фрея слегка склонила голову. Если слуги на твоей стороне – это дорогого стоит. – Энни, нужно успеть собрать меня, – напомнила горничной.
– Да-да, конечно, – та вышла из ступора и кинулась исполнять свои обязанности. Работу она выполняла всегда тщательно, так что все вещи были постираны, отглажены и надушены.
Фрея выбрала легкое платье персикового оттенка. Энни соорудила романтичную прическу, оставив большую часть волос локонами лежать по спине.
В дверь настойчиво постучали и Энни побежала открывать.
– Милорд просил передать, – пробасил стражник, передавая вазу с лавандой.
– Ох, какой большой букет, – выдохнула Энни.
Герхард и правда не пожадничал, букет был действительно огромный. Срезали лаванду всех цветов, которые были на поле.
«На ночь нужно вынести на балкон», – думала Фрея, с улыбкой глядя на букет. Это дра… Герхард так показывает, что не такой жадина?
– Миледи, позволите украсить вашу прическу? – спросила Энни.
– Давай, – Фрея была не против.
Энни ловко надергала веточек лаванды и вставала в волосы. Получилось очень нежно и мило. Дра… Герхард не сможет сказать, что она слишком нарядилась.
Так, а где сам счастливый жених? Часы показывали, что пора идти в столовую. Ну не сбежал же из собственного дома?
Глава 24
А Герхарду очень хотелось свалить. Улететь в крепость и там закрыться в кабинете, и чтобы стражи никого к нему не впускали! Пока из его дома не разъедутся все гости. И особенно соседка.
Не из-за болот ее замуж не берут, ой не из-за болот! Язык – что та стрела. Каждое слово – цепкая колючка. Красивая, но такая зараза! А в целом очень горячая штучка. Палец в рот не клади, откусит по самую голову.
Он шел в сокровищницу, по пути распугивая слуг мрачной мордой. Вот ведь заноза какая! Вывернулась так ловко! А он угодил в собственную ловушку.
За амулетом, значит, приехала. Придумала и провернула хитрый план! Да еще и ему все планы поломала. Ну вот что за женщина такая? Ладно, потерпит.
– Иди сюда, – он поманил слугу, попавшегося на глаза. – Леди Монтгомери нужно передать очень большой букет лаванды. Иди выполняй. Бегом! – рявкнул, выпуская раздражение.
И пошел дальше. Сокровищница была спрятана ниже подвалов, и нужно было знать, на какую часть стены надавить, чтобы открылся проход. Да и то, без него ничего не открыть. Только повелитель сможет добраться до сокровищ, если наследников не останется.
