же — это обычные приглашённые, которые будут пробовать наши блюда. И самое важное было накормить всех. Ради чего и становились поварами и кулинарами.
За то время, что мы готовились, гости уже присели и стали рассматривать меню. Официанты слонялись и ждали отмашки. И она настала с громким гонгом. Кажется, Руми ещё что-то там пищал в стороне, но это нас уже не касалось. К нам подошёл первый официант и сделал первый заказ:
— Особая закуска, карбонара и два ризотто, — официант прилепил листок к специальной доске.
— Принято, — хмыкнул я и встал за место шефа, чтобы помогать всем. Автриец, немец были очень против такого негласного решения, но ничего не сказали. А надо было раньше что-то говорить, а сейчас уже всё… Оливия же наоборот только довольно кивнула и пошла готовить особую закуску из морского языка.
Работа на кухне закипела. Я же внимательно следил за действиями участника из Марокко, хотя и за монголом бы тоже надо приглядывать. Потому что Солонто абсолютно не понимал, что творит. Он даже не знал, какие ингредиенты шли за чем в блюдах, которые ему предстояло сделать. Тяжелый случай. Кажется, он знал только часть известных блюд и не обучался в школах. Да даже в сеть не выходил. Пусть на родине он и был известным поваров, но тут оказался полным нулем.
— А когда засыпать пасту? — спросил он шёпотом Уябдула, а Дон рядом со мной засмеялся.
— Дитё, — и, в принципе, так оно и было.
Уябдул закатил глаза и приступил к своей части. Но я видел чуть больше, чем нужно, и мне не нравилось это зрелище. Африканец вообще не боялся ничего. И, по всей видимости, творил такую дичь, что в аду я бы его в котёл отправил. К самым большим грешникам. И это я не про чёрную магию говорю, которую сейчас его помощник из зала для гостей насылал на сильных участников нашей команды. А про то, что он гребешки пережарил.
Африканец касался всех участников, чтобы облегчить задачу своему шаману. Ещё и мешал всем на кухне, будто дилетант. Но когда он подошёл к Оливии и чуть не коснулся её плеча и сковороды, я отодвинул его в сторону. Не стал терпеть такое дилетантство.
Чем была хороша магия шаманов? Её не так просто было отследить. Не как демоническую магию, но если сравнивать их, то моя имела куда больше преимуществ перед слабым шаманством. А потому проклятие, которое предназначалось для Оливии, я перенаправил на самого Уябдула. Баклажан он, а не шаман. Так же я поступил и с другими проклятиями для участников нашей команды. Теперь всё было направлено на исполнителя. Тяжело ему придётся.
Монгол и африканец замедлились, и я сам встал за плиту, чтобы приготовить ризотто. Удобно, что все продукты уже были готовы. Вставай и готовь. А эти олухи даже простейшее решили завалить.
В пару движений я сделал ризотто и отправил его на стол, чтобы официант его забрал. Оливия тоже приготовила закуску. А вот парочка слабаков чуть нас не подставила, когда трясущиеся руки Уябдула уронили сковороду с карбонарой. Точно олухи.
Но монгол быстро исправился и приготовил из остатков новую порцию. Африканец злобно смотрел ему вслед. Всё записывалось. И явно Уябдул не ожидал такого от себя. Тяжело с надвигающимися проклятиями стало двигаться?
Оливия, кстати, была хороша. Я видел её действия и точно можно было сказать, что она была хороша во владении ножами. И язык она разделала мастерски. Руки над сковородой порхали только так. Лучше, чем у Дагона. Наставнику бы постыдиться, что его могла уделать девушка, а пока я наблюдал и был удовлетворён увиденным. Предложить принцессе Норвегии перебраться ко мне и вместе откроем рыбный ресторан? Звучало заманчиво.
Пока мы отдавали заказ, я посмотрел по сторонам и отправил ещё и Дона, чтобы он проверил работу других команд. У Юдзиро всё было замечательно, а вот в его команде были и слабые участники, которые утопили обычный салат с заправкой в масле. Жиденько, как по… поток.
Заказы текли рекой. Официанты только и успевали, что отдавать их. Салат у команды Юдзиро несколько раз отправляли обратно, потому что масло было слишком много. Но Юдзиро психанул и уже сам сделал его, взяв инициативу в свои руки.
Новый заказ. Гребешки запаздывали.
— Солонто, где гребешки? — спросил я у монгола. Тот занервничал и косо посмотрел на Уябдула. Понятно, ещё один саботаж. — Солонто! Бери себя в руки! Иначе вы нас утопите!
Уябдул злобно ухмыльнулся, даже не поняв, что действия его шамана ушли в пустоту. И продолжил медлить. Австриец и немец переглянулись и посмотрели в сторону закусок. А потом взглянули на меня. Оливия скрестила руки на мгновение.
— Два окуня готовы, — крикнула Оливия мне. Первые её слова, а после встала рядом со мной.
— Ягнёнок готов, — хмыкнул Франц.
Нас задерживали закуски. Нельзя отдавать заказ частями. Ещё одно правило ресторанов. Солонто не выдержал и проверил гребешки, подвинул африканца.
— Уябдул, они же сырые и холодные! Они не готовы! Ты не видишь, что ли⁈ ЭЙ! — Солонто взбесился. Его паника достигла апогея. — Мы же не можем сказать, что у тебя сегодня выходной и ты не можешь готовить⁈
— Так действуй, — хмыкнул я, предоставляя монголу шанс.
Солонто посмотрел на меня, на застывших Оливию и немца с австрийцем и кивнул. Подвинул Уябдула и начал быстро готовить. Хм, неплохо.
Дон как раз вернулся и сказал, что не только у нас такие приколы, как с африканцем. Все столкнулись с элементарными проблемами. Мне даже стало интересно, что придумают судьи. Развивалось всё точно так, как я и думал.
Солонто закончил с гребешками, и мы отдали заказ, взяв новый. Оливия внезапно оживилась, глядя на стремление монгола, и пошла готовить окуня. Немец и австриец пусть и были соперниками, но стали готовить ягнёнка и говядину Веллингтон.
— Сколько, Оливия? — спросил я в воздух, не ожидая ответа.
— Четыре минуты! — крикнула норвежка, буквально преображаясь к середине этапа. Вот она какая на кухне. Глаза горели, а руки
