шажок за шажком. Цин Вэню даже начало казаться, что они просто топчутся на месте. Но вот расщелина закончилась, и не успел он вдохнуть полной грудью, как Фан Лао схватил его за руку и толкнул к ближайшему валуну. Прижав палец к губам, он осторожно выглянул, и Цин Вэнь последовал его примеру.
Они оказались в небольшом гроте высотой в два чжана. Тут и там на стенах сидели светлячки, сверху спускались причудливые сталактиты, а в центре стоял алтарь, на котором что-то лежало.
До ушей Цин Вэня дошел странный стук. Оглядевшись, он так и не понял, что его издает, пока Фан Лао не указал наверх. Только тогда принц присмотрелся к сталактитам и осознал, что это подвешенные на толстые цепи каменные гробы, которые то и дело покачиваются, а внутри них что-то бьется.
Повернувшись к Цин Вэню, Фан Лао коснулся холодными пальцами его виска, и в голове принца тут же зазвучал голос:
– Это могила темного заклинателя.
Цин Вэнь широко раскрыл глаза.
– И где он сам?
– В центре.
Вновь осторожно высунувшись, принц задержал взгляд на алтаре: там лежал высохший труп в старой одежде. Его длинные волосы были раскиданы по земле и шевелились подобно змеям. Неужели они и есть тот самый жгут, который всколыхнул реку и потащил жертв под воду?
– Так он мертв?
– Да, но не совсем. Темные заклинатели насильно привязывают свои души к телу, не давая им после смерти рассеяться в Земной и Небесной жилах. Это место – одна громадная печать для оживления. Четырнадцать гробов и столько же тел в них – если их разрушить, то печать потеряет силу.
– А если мы попадемся ему?
– То он убьет нас, впитает нашу кровь и оживет, – прозвучал спокойный ответ в голове Цин Вэня.
– И что нам делать, Нин-гэ?
Фан Лао задумался, а затем достал из рукава два промокших насквозь прямоугольных листа бумаги и угольный карандаш. С трудом нарисовав на них символы, он приложил один лист на лоб принца, а второй – на свой. Цин Вэнь почувствовал неприятный холодок, пробежавший от затылка до копчика.
– Теперь мы все равно что мертвецы. Ступай за мной.
Выйдя из-за камня, заклинатель неторопливо двинулся вперед. Цин Вэнь не отставал от него. Землю под их ногами укрывал слой длинных черных волос. Гробы тихо постукивали и раскачивались, а в воздухе стоял запах разложения.
Дойдя до алтаря, Фан Лао замер, Цин Вэнь встал рядом. Тело темного заклинателя напоминало засохший труп с оскаленными зубами и впалыми глазами. Невозможно было определить, мужчина это или женщина. Его шею и запястья обвивали украшения из косточек с вырезанными на них знаками, а пальцы были унизаны кольцами.
– Не трогай, – заметив взгляд Цин Вэня, одернул Фан Лао. – Хочешь, чтобы души этого человека заняли твое тело?
Послушно подняв руки, принц отступил на шаг.
– Что мы будем делать? Оставим его вот так?
Фан Лао задумчиво оглядел труп, прежде чем вздохнуть.
– Нет, он принесет проблемы. Я попытаюсь изгнать его души, но он будет сопротивляться.
– Что мне нужно делать?
– Стоять рядом.
Шагнув к алтарю, Фан Лао коснулся ладонью лба трупа и закрыл глаза. Мертвец вдруг распахнул веки и с хрустом двинул челюстью, выгнулся в спине и издал столь громкий крик, что Цин Вэнь поспешил закрыть уши. Внутри гробов что-то с силой застучало, и один за другим, оторвавшись от цепей, они с грохотом упали на землю, где разбились на множество осколков. Показались сгнившие тела. Вставая, раскрывая кривые рты, они спешили на помощь к хозяину. Все трупы были одеты в кожаные доспехи времен Великой Цзянь с металлическими жетонами на груди и размахивали топорами или короткими кинжалами.
Пещеру наполнила мощная темная ци. Лицо Фан Лао покрылось потом, а его губы безостановочно зачитывали мантру.
Заметив подошедшего слишком близко мертвеца, Цин Вэнь выхватил припрятанный в сапоге кинжал и, помня совет Гу Юаня, нанес один точный удар в тонкую шею. Голова трупа слетела, а сам он, словно воздушный змей с оторванной ниткой, осел на пол.
– Не отвлекайся! – крикнул Цин Вэнь, заметив, как дернулось плечо Фан Лао. – Я разберусь с ними!
Словно стрела, принц метался от одного стража гробницы к другому, снося им головы клинком. Это явно были не те мертвецы, один из которых напал на Гу Юаня и даже убил несколько человек из его отряда: слишком медлительны, а кости ломаются от одного удара. Цин Вэню понадобилось всего половина кэ, чтобы устранить их всех. К тому моменту и Фан Лао уже закончил, опустил руку и взглянул на скрюченный труп на алтаре.
– Все?
– Да, я изгнал из его тела все души, – кивнул Фан Лао, стерев со лба пот. – Идем отсюда.
В пещере нашлась еще одна расщелина, заканчивающаяся колодцем со старой лестницей. Ступеньки то и дело поскрипывали, но все же выдержали подъем.
Добравшись до крышки, Фан Лао коснулся ее, с силой толкнул, и в колодец хлынул яркий дневной свет. Зажмурившись, Цин Вэнь на ощупь выбрался, присел на каменный бортик и смахнул с лица пыль.
Их красные наряды потемнели от тины и грязи, да и весь облик вызывал отторжение, а не желание подойти и спросить, что случилось.
– Здесь неподалеку есть купальни, – заметив взгляд Фан Лао, произнес Цин Вэнь и смахнул с лица листок бумаги. – Сходим?
– Веди, – кивнул тот.
Улицы пустовали; горожане собрались на берегах Цинхэ, бурно обсуждая увиденное. Воспользовавшись этим, принц и наставник быстро прошли к купальням. Внутри их встретила молодая служанка, тут же скривила носик и с неохотой взяла медную монету из рук Цин Вэня.
– Купи нам новую одежду, одну с высоким горлом, – произнес Фан Лао, положив на стол небольшой золотой слиток, при виде которого глаза девушки широко распахнулись.
– Конечно, конечно, господин! Сейчас же исполню! – не переставая кланяться, затараторила она.
Служанка проводила их в купальню и бросилась к выходу, с восторгом разглядывая золото и тихо посмеиваясь.
– Ты взял с собой деньги? – удивился принц, снимая пояс и сбрасывая обувь.
– Нашел в пещере, – пожал плечами Фан Лао.
Раздевшись, Цин Вэнь взял приготовленное полотенце, повернулся к заклинателю и невольно замер. Тот неторопливо снимал с волос запутавшиеся украшения и с тихим звоном бросал их на пол.
Заметив чужой взгляд, Фан Лао распрямился и поднял глаза, и Цин Вэнь вздрогнул. Тонкую шею заклинателя пересекал шрам, словно кто-то собирался обезглавить его.
– Это…
Тут же накрыв ладонью шею, Фан Лао отвернулся и первым направился к купальне. Шагнув в горячую воду, от которой шел густой белый пар,
