— Я могу догнать их. — Он услышал мольбу в собственном голосе, понимая, что она напрасна. — Будет еще возможность поймать контрабандистов, в другой раз.
— Дело сделано. Мы отходим с отливом. Ветер изменился и это нам на руку, — Хью понизил голос. — Не дрейфь. Мы справимся.
— Мистер Дансер твой друг, — добавил он, когда мичман направился к двери, — а мы братья. Но для остальных мы представляем власть и должны выполнить свой долг. Так что делай свое дело, ладно? — добавил он, кивая головой.
Стоя у гакаборта и наблюдая, как поредевшая команда «Мстителя» готовится отдать швартовы, Болито старался взглянуть на дело так, как предлагал брат. Отстранившись от всего. Беспристрастно. Догнать повозки было не сложно. Резвый конь настиг бы их менее чем за два часа. Но Хью не собирался рисковать собственным планом, не важно, сколь малы были шансы на успех без поддержки драгун. Он бы скорее подверг Дансера и дюжину своих людей смертельной опасности.
Выходя из гавани практически навстречу ветру, «Мститель» двигался с неохотой.
Болито наблюдал за братом, стоящим у компаса, пытаясь найти какой-нибудь знак, намек, который выдал бы его настоящие чувства.
— Чертова ясная погода, сэр, — сказал Глоуг. — Мы не сможем сменить галс, пока земля не скроется в сумерках. — Его голос был взволнованным, что было очень необычно. — А время поджимает.
Резкий ответ, брошенный братом, позволил Болито проникнуть сквозь панцирь, в который тот был облачен:
— Жалуйтесь на судьбу молча, мистер Глоуг! Я не в том настроении, чтобы выслушивать жалобы!
Он спустился вниз и Болито услышал, как громко хлопнула дверь каюты.
— Впереди шквал, — для всех присутствующих на палубе заметил штурман.
Мгла сгустилась над покрытыми рябью водами залива Маунтс, когда Хью Болито вновь показался на палубе.
— Передайте мистеру Пайку и констапелю позаботиться об обеих шлюпках, — кивнул он мистеру Глоугу и вахтенным, находящимся с подветренного борта. — Их нужно оснастить и подготовить к быстрому спуску за борт по приказу. Возьмите помощников и выполняйте. — Он указал на слабо светящийся компас. — Правьте точно на ост, будьте любезны.
Пока приказ передавали по палубам и матросы в спешке бросались занять свои места, капитан подошел к стоявшему рядом с рулевым брату.
— Ночь будет ясная. Ветер свежий, но рифы брать незачем.
Болито едва мог его слышать. Он представлял себе путь куттера с высоты птичьего полета.
Судя по расчетам, сделанным по карте, учитывая новый курс, он знал, что они снова приближаются к берегу, к опасному мелководью, к тому самому побережью, где сел на мель «голландец», а до него — множество других прекрасных судов.
Если информация Виффина была верна, именно там произойдет нападение на медленно ползущие повозки. Если нападавшие раскусили их уловку, они вне себя от ликования. Если нет, разница все равно невелика, разве что Дансер с командой не получат поддержки.
Он поднял голову, глядя на туго натянутые паруса и полоскавшийся на топе мачты вымпел.
— Прекрасно. Приготовьтесь сменить галс, — послышался голос брата.
Когда после смены галса неразбериха сменилась порядком, и длинный, похожий на шест бушприт «Мстителя» стал указывать на восток, к юту подошел констапель, наклоняясь на кренящейся под ветром палубе.
— Шлюпки проверены и готовы, сэр. И около оружейного ящика я поставил толкового человека на случай, если вдруг понадобится…
Он обернулся, услышав хриплый крик.
— Огни, сэр! Слева по носу!
Темные фигуры заскользили по наклонной палубе к подветренному борту, стараясь разглядеть огни.
— Возможно, мародеры? — произнес кто-то.
— Нет, слишком правильный интервал, — сказал Глоуг, тоже заметивший их. — Видишь, вот опять!
Болито схватился за подзорную трубу, пытаясь что-нибудь разглядеть сквозь пенящиеся волны, гребни которых обрамляли облака брызг. Две вспышки. Притушенный фонарь. Сигнал.
— Где именно, можете рассчитать, мистер Глоуг? — рядом возник Хью, со скрипом сложив подзорную трубу. Снова тишина.
— Сложно сказать, сэр.
Болито мог слышать тяжелое дыхание Глоуга, всякая неприязнь к юному капитану в этот миг была забыта.
— За мысом, в стороне Пре-Сендс, могу предположить, сэр, — воскликнул Пайк.
На фоне темного берега дважды мигнул фонарь, напоминая какой-то злобный глаз.
— Будь они прокляты, сегодня будет сброшен груз! Вот мошенники! — воскликнул Пайк с недоверием.
Болито похолодел, представляя неизвестное судно, где-то впереди по курсу шедшего с погашенными огнями куттера. Если они заметят «Мститель», они могут отвернуть. И снова поднимут тревогу, которая в свою очередь выдаст засаду. Начнется атака и тогда пощады ждать не стоит.
— Замедлить ход, мистер Глоуг. Мистер Траскот, зарядить пушки картечью. — Резкость тона пригвоздила констапеля к месту. — Только без спешки. Я не хочу слышать ни одного постороннего звука! — Хью взглянул на помощника боцмана: — Доведите до всех, что порка ждет того, кто выдаст нас врагу. Золотая гинея первому, заметившему неприятеля!
Болито, не отдавая себе отчета, пересек палубу.
— Ты же не собираешься их преследовать?
Хью повернулся к брату лицом, хотя в сумерках мало что было видно.
— А чего ты ожидал? Если мы упустим судно, мы можем проиграть на обоих фронтах. А так есть шанс убить двух зайцев!
Он покачнулся, схватившись руками за брасы и фалы.
— У меня нет выбора.
Пока «Мститель», раз за разом рассекая гребни волн, продвигался вперед, Болито осознавал, что ему все труднее сдерживать тревогу. Казалось, куттер издает невероятно много шума, и хотя мичман понимал, что его вряд ли услышишь уже в полукабельтове от судна, он чувствовал себя неуютно. Грохот воды у обшивки, гул тяжелых парусов и обслуживающего их такелажа, все звуки слились в кульминацию невообразимого крещендо.
Топсель убрали, как и кливер, но даже неся только стаксель и грот, «Мститель» мог быть обнаружен любым бдительным контрабандистом.
Как и сказал Глоуг, это была ясная ночь. Когда глаза привыкли к темноте, все стало прекрасно видно. Облаков не было, россыпь блестящих звезд отражалась в череде вспенивающихся волн, а паруса походили на громадные трепещущие крылья.
Один из матросов склонился над приземистым шестифунтовым орудием и вытянул руку, указывая на что-то.
Глава 7
Трагедия
— Там, сэр! Точно с подветренного крамбола!
По палубе, будто исполняя искусный танец, двигались фигуры. Тут и там поскрипывала складывающаяся подзорная труба или раздавался чей-нибудь шепот. Одни просто размышляли вслух, другие скорее завистливо судачили, пытаясь угадать, кому достанется золотая гинея.
— Шхуна, огни погашены, — произнес Хью Болито. — Под всеми парусами, кстати. — Он с силой сложил подзорную трубу. — Повезло. Они, должно быть, производят больше шума, чем мы. — Капитан решил прекратить болтовню и бросил отрывисто: — Круче к ветру, мистер Глоуг. Я не хочу, чтобы подлецы прошмыгнули мимо нас. Будем держаться с наветра, по возможности.
Послышались голоса, шепотом передающие приказы, заскрипели пропущенные через шкивы снасти, когда массивный грот сильно задрожал, вновь наполняясь ветром, и судно сменило курс.
Болито смотрел на компас, когда рулевой хрипло произнес:
— Курс зюйд-ост, сэр.
— Расчеты к орудиям левого борта! — Голос Хью звенел от напряжения. — Открыть порты.
Болито наблюдал, как крышки портов распахивались, обнажая блестящую гриву воды у борта. «Мститель» шел с креном, так что облако брызг проникло внутрь, проносясь над шестифунтовками и угрожающего вида вертлюгами.
В подобных условиях Болито, как правило, ощущал то же самое, что и люди вокруг. Напряжение, решимость, легкое возбуждение в ожидании боя. Однако в этот раз мичман не мог с головой окунуться в происходящее, продолжая думать о повозках, слишком малочисленном конвое и внезапном ужасе при нападении из засады.
