под Лиепаей продолжали оставаться высокими. Первоначально было доложено о 85 пропавших безвести в 291-й пд. Затем, в июле, эта цифра была уменьшена в два раза. Это было обусловлено спецификой рассматриваемого типа сообщений о потерях. В данном случае это потери по каналу медико-санитарной службы. Они подавались и датировались по состоянию на 18 ч каждого дня. Сведения о пропавших без вести в этих донесениях являлись грубыми и оценочными, количество возвратившихся уточнялось в последующих донесениях. Кроме этого, не все раненные проходили через войсковые медицинские пункты.[293] Тем не менее, потери в этот день были самыми большими из всех дивизий 18-й армии (приложение № 2).
В наступившей оперативной паузе, обе противоборствующие стороны под Лиепаей готовились к решающим боям. Немецкое командование готовило штурм города 28 июня. Оно планировалось следующим образом. С севера и северо-востока должен был наступать 506-й пп, а с востока через линию фортов — 505-й пп. Наступающие усиливались 403-м самб, 10-м пулб и морским штурмовым отрядом. Налаживалось взаимодействие с артиллерией и авиацией. Советское командование в свою очередь готовилось деблокировать город. В этих целях с севера должен был наступать 114-й сп, а с востока 28-й мсп и рижское пехотное училище. Осуществление этого замысла намечалось также 27 и 28 июня. Однако на планы обеих сторон кардинальным образом стала влиять оперативная обстановка, складывающаяся в полосе обороны Северо-Западного фронта. Передовой отряд L–I армейского моторизованного корпуса немцев переправился через Даугаву и ворвался в Даугавпилс. Для того, чтобы сбросить немцев с захваченного ими плацдарма, к городу стягивались войска. Для управления ими на Даугавпилское направление перебрасывалось Полевое управление 27-й армии.
Однако это было еще не все. Поражением закончился контрудар механизированных корпусов фронта. Передовые отряды немецких танковых дивизий устремились к переправе через Даугаву в Крустпилсе. Хотя мост в Крустпилсе успели взорвать, воспрепятствовать переправе немцам у командования фронта войск не было. Для этого из полосы 8-й армии выводились из сражения танковые и моторизованные части 12-го МК и перебрасывались на северный берег Даугавы.
Убытие 12-го МК из состава 8-й армии привело к кризису в ее обороне. Стрелковые дивизии 8-й армии приняли бой, как и 67-я сд, не развернутыми по штатам военного времени. Обороняясь от значительно превосходящего врага, они понесли большие потери и отступали под прикрытием 12-го МК. После того как 12-й МК перебросили нановое направление, сил сдерживать наступление германской 18-й армии укомандования 8-й армии не было. В этих условиях единственным правильным решением было как можно быстрее отойти к Риге и закрепиться на северном берегу Даугавы. Лиепая оказалась глубоко в тылу противника, и в этих условиях её оборона потеряла смысл, а гарнизон был обречён.
Решения об использовании частей 67-й сд менялись в соответствии от информированности командования о событиях на фронте. Уже в 14 ч 5 м командующий войсками 27-й армией отдал первое боевое распоряжение: «К вам идут части из Старожи, Скрунда, Кулдига. После соединения с этими частями немедленно эвакуировать семьи начальствующего состава и ценное оборудование промышленных предприятий, после чего отойти на рубеж Кулдига, Скрунда. Правее вас 114-й стрелковый полк, левее Мажейкяй — 8-я армия.»[294] Таким образом, первоначально 67-я сд после оставления Лиепаи должна была занять оборону по реке Вента.
Почти через полтора часа, в 15 ч 45 м командующий 27-й армии отдал второе боевое распоряжение: «Не ожидая соединения с поддержкой, немедленным прорывом оставить Либава и, подчинив себе моторизованный полк, батальоны Рижского училища и 114-й стрелковый полк, отойти на рубеж р. Лиелупе направлением Кулдига, Тукумс, организовав прочную оборону в полосе Ригас Иурмала, Пучас. Левее вас части 8-й армии.»[295] В этом распоряжении командиру 67-й сд приказывается отступать еще дальше и занять оборону западной части Риги по реке Лиелупе.
К 26 июня единственным каналом связи гарнизона Лиепаи с командованием был радиоцентр Прибалтийской ВМБ в Риге, а штаб 27-я армии не располагал соответствующими техническими средствами для передачи своих сообщений в адрес 67-й с.д. Чтобы отправить такую телеграмму, представителю 27-й армии необходимо было привезти в штаб Прибалтийской ВМБ соответствующим образом оформленный приказ и отдать его соответствующим должностным лицам. Они, в свою очередь, заботились об оформлении телеграммы и передаче её на узел связи для отправки адресату. Командные пункты 27-й армии и Прибалтийской ВМБ находились в разных местах, вполне возможно, что на значительном расстоянии друг от друга. Таким образом, время получения командованием 67-й сд приказа наоставление Лиепаи должно было значительно отличаться от времени его подписания. Историк В. И. Савченко пишет, что на КП Прибалтийской ВМБ прибыл начальник штаба 27-й армии полковник В. В. Болознев и попросил передать шифровку командиру 67-й сд об оставлении Лиепаи и отходе в направлении Тукумса. Можно предположить, что дивизия получила данный приказ либо вечером, либо ближе к вечеру. В это же время такое же распоряжение было отдано и 114-му сп 67-й сд: «Немедленно оставить занимаемые участки обороны. Всем составом отойти через Спаре, Тукумс. Одновременно, выйдя прорывом из Либава, 67-я стрелковая дивизия, батальоны Рижского училища и моторизованный полк отходят через Кулдига, Тукумс. Полк в составе 67-й стрелковой дивизии занимает участок для прочной обороны Ригас Иурмала [Юрмала — Авт.], Силэниеки».[296]
В то время, как части 67-й сд активно готовились к прорыву, части ЛибВМБ приказа на прорыв не получили. Они подчинялись другому наркомату — ВМФ и приказ такой важности, на оставление города, должны были получить от командующего КБФ. Если для командира 67-й сд и первый и второй приказ означали прорыв в восточном направлении и определяли лишь глубину отступления, то для командира ЛибВМБ ситуация была сложнее. Если по первому приказу новая линия обороны должна была организовываться по реке Вента, что вполне допускало использование Вентспилса как передовой военно-морской базы. Значит и моряки должны были прорываться в Вентспилс. Возможно, именно неразбериха с этими приказами и определила два основных участка прорыва. Первый (восточный) использовала 67-я сд, а второй (северный) ЛибВМБ. Вероятно, сначала М. С. Клевенский сделал запрос на оставление города командиру Прибалтийской ВМБ, который переадресовал его командующему КБФ. У адмирала В. Ф. Трибуца в этот день связи не было ни с командующим фронтом, ни с командующим 27-й армией. Оба командующих, со своими Полевыми управлениями фронта и армии перемещались на новые командные пункты.
Боевые действия в районе Лиепаи 26 июня 1941 г.
Боевые действия в районе Лиепаи 27 июня 1941 г.
Для оценки обстановки и принятия решения адмирал В.
