холодной воды. Происходящее сбивало Илью с толку; Лела всегда была бойкой, за словом в карман не лезла, даже Агате умудрилась дерзить. Сейчас же сжалась, уменьшилась, словно под гнётом вины. Лица незнакомых русалок были красивы, но гримасы отвращения при взгляде на Лелу оскорбляли Илью, задевая за живое.
– Лживая дрянь! – обозвала одна.
– Одёжки человеческие носишь, сапоги вон!
– Якшаешься с людьми! Пахнешь, как они. Хочешь, чтобы мы тебя приняли назад, так докажи, что вообще одна из нас!
Русалки наперебой твердили Леле гадости, но она молча сносила.
– Приведи нам хоть одного, тогда подумаем.
– Я не за этим пришла! – взмолилась Лела. – Страшное происходит, я… лишь хотела узнать, что с вами всё в порядке.
– Будем живее всех живых, когда приведёшь к нам тех людей, – недовольно фыркнула русалка, которая облила Лелу водой.
– Никого я вам не приведу!
– Прикормили они тебя чем? Может, как псине объедки кидают? Слышала я о таких. Жалкие русалки, не способные охотиться, – пренебрежительным тоном пояснила, вероятно, самая старшая среди девиц. – Приползали к людям за объедками. Делали, что те хотят, служили им в качестве потехи, а кучки разбойников таких девок сперва по кругу пускали. Если эти с тобой забавляются, то, как наиграются, голову отрежут и выкинут в канаву!
Илья силой воли удержал себя на месте. Несмотря на слёзы обиды, щёки Лелы покрылись румянцем от гнева. Она замахнулась на русалку, но та увернулась. Удар кулаком пришёлся по воде.
– Не смей ни о них, ни обо мне так говорить! Ты ничего…
– Ой, глядите, да ведь ей нравится, что её по кругу пускают, – противно засмеялась одна.
– Объедки, похоже, вкусные достаются, – язвительно поддержала другая.
– Идиотка! Забыла, видать, как тебя трахнули, а потом утопили. И это сделали люди, а мы тебя пригрели! Змея неблагодарная, пора тебе, как захлебнулась, напомнить! – взвилась самая старшая и, прежде чем Лела нашла, что ответить на оскорбление, бросилась вперёд.
Илья успел разве что моргнуть, как три пары рук стащили Лелу с берега в озеро. Она отчаянно сопротивлялась, поднимая волны и брызги, но крик был заглушен водой, когда три русалки утащили её на дно.
На бегу Илья торопливо сбросил обувь и, не раздумывая, нырнул следом. Александр научил его плавать, ни глубины, ни холода он не боялся, однако ему ещё никогда не приходилось драться в воде. Все движения будут замедленными, а единственный кинжал здесь почти бесполезен. Илья сменил зрение, чтобы чётче видеть на глубине. Три фигуры кружили вокруг одной, они били её, тащили на дно за волосы и всячески издевались, дёргая пряди в разные стороны. Лела извивалась, пойманная в тиски. В отличии от Ильи, её несильно стесняло отсутствие воздуха, и всё же она рассказывала, что постоянно находиться под водой не может даже русалка. Они не утопленники. Тем более, стоящий там мрак угнетал, пугая Лелу.
Мощными гребками Илья добрался до дерущихся и сменил зрение на привычное. Увиденный на лице Лелы ужас привёл его в бешенство. Первую русалку он буквально оторвал от неё, второй кинжалом порезал руку, и нечисть, испуганно разинув рот, отстранилась, последней Лела сама врезала кулаком. Первоначальное замешательство прошло, и русалки переключились на Илью. Все трое схватили его за ноги и потянули вниз. Воздух пузырями вырвался, когда спиной он ударился о каменистое дно. Илья сжал губы, лёгкие начали гореть, из-за драки в воде плавал ил и песок, затрудняя зрение. Русалки придавили его, одна осмелилась усесться ему на бёдра. Илья замер, не веря, что ощущает наглые прикосновения к телу под рубашкой, вытащенной из штанов. Кинжал он потерял, но пошарив рукой, схватился за камень, которым, не раздумывая, врезал наглой дряни. Русалка шипя слетела с его бёдер, второй Лела всадила его же кинжал, третью грубо отдёрнула за волосы. Нынешняя Лела отличалась от той зажатой, ранимой девушки на берегу, теперь, несмотря на воду, нападала, отталкиваясь ногами от любых валунов и неровностей, чтобы ускорить атаку.
Илья дёрнулся, впервые заглотив воду, в голове зазвенело. Лела подхватила его под руку и была готова поднять обоих на поверхность, как русалки набросились на них. Лелу приложили головой о камень, Илья защитил её от следующего удара булыжника, закрыв плечом. Перед глазами начали плясать пятна, как неожиданно озеро затихло: русалки прекратили двигаться, словно дохлые рыбы, застыли, распластав руки в стороны. Илья не мог понять, в чём дело, но казалось, само время и жизнь замерли в поднятой суматохе. Он подхватил Лелу и, оттолкнувшись от дна, стремительно поднялся на поверхность.
Вынырнув, Илья закашлял, выплёвывая воду. По голове Лелы текла кровь, она вяло дёрнулась, вдохнув воздуха. Она была в сознании, но, похоже, дезориентирована. Смахнув воду с глаз, Илья наконец заметил на берегу Александра. Наставник стоял, сложив руки на груди, и смотрел поверх головы Ильи.
– Вылезай, – велел он.
Илья подплыл ближе и помог Леле, которая выползла на берег на карачках. Она же помогла выбраться самому Илье. Оба, мокрые и измученные, рухнули у ног Александра. Илью передёрнуло от вида наставника, его белки посерели.
Из-под воды показались три русалки. Они почти синхронно подплыли к берегу, их глаза были испуганно выпучены, рты приоткрыты в крике, но руками и ногами они работали исправно, уверенно и против своей воли.
– Сколько раз говорил: не драться в воде. Сперва вымани противников на берег, – отчитал Александр, не спуская зловеще пристального взгляда с нечисти.
Те покорно выбрались на берег и затряслись, но сбежать не могли, Александр ими управлял. Илья откашлялся и пошатываясь поднялся.
– Трёх бы я не удержал, – признался юноша.
Двоих да, но не трёх. Пытался когда-то, но опыта не хватает.
Илья слышал от Агаты, как Александр привёл целую толпу нечисти и натравил её на войска Даниила. Каждый раз, слушая историю, его распирало искреннее восхищение, особенно после того как он понял, насколько это сложно. И всё же русалки более разумные, контролировать их тяжелее, чем пустоголовых упырей, но Александр без видимых усилий управлял тремя.
– Сперва достаёшь, – проинструктировал наставник, – а затем рубишь головы, и дело с концом.
Русалки беззвучно зарыдали, рты искривились в скорбных гримасах.
– Нет, пожалуйста. – Хрипя, Лела схватилась за штанину Александра, Илья помог ей подняться. – Я… не хотела. Они дряни, но… не надо убивать. Пожалуйста. Когда-то они меня приютили. Я их ненавижу, но… не знаю.
Лела сбивалась, вероятно, сама не понимая, как к ним относится. На её лице отражалось сомнение от каждой сказанной фразы, но убивать их она не хотела.
Александр внимательно её выслушал, взглянул на Илью, который неопределённо пожал плечами. Наставник явно
