параллели. Океан «пятнистый» из-за разницы в глубине. Равнины светлее горных вершин.
– Класс, я – последняя из могикан, фактически носитель земных знаний. Меня похищают инопланетяне, а мой уровень остался в четвертом классе.
Поиски натолкнули меня на странный объект, выкрашенный в белый. На Инитии что, трудности с географическими открытиями? Овальный регион размером с Москву опоясывался горной цепью, которая словно защищала тайный участок планеты. Приближая и отдаляя загадочный объект, я не услышала, что звуки природы стихли. И тут откуда-то сверху зазвучал голос пожилого мужчины:
– Вера Беляева с Земли, польщен-с. Пожалуйте-с на водные процедуры.
Оторопь из-за голосового помощника сменилась изумлением, когда пирамидальные лепнины в стене разъехались с шипением газлифта, открывая светлое полукруглое пространство.
– Офигеть, – выразилась я и вошла внутрь.
Жмурясь от ослепительного света, вошла в виртуальную комнату. На мраморный пол проецировался белый песок, панорама имитировала морской пляж, пенистые волны шелестели и качали вдали одинокий фрегат. Крутясь по оси, я замечала необычные растения и пурпурные столбы прибрежных деревьев. Джунгли плотной малахитовой стеной отгораживали нетронутый берег от внутреннего острова.
Ветер нагнал тучи, и закрапал дождь. Теплый, почти горячий. Я подошла к лежаку, рядом с которым стоял небольшой столик с банными принадлежностями.
– Душевая? Вы серьезно что ли? – поежившись, я все-таки сняла с себя грязную рокурианскую одежду и подставила лицо горячему дождю.
Некомфортно оголяться на пляже, даже необитаемом и виртуальном – такое могло разве что озабоченному Яну понравиться. Я осмотрела свое тело: ребра торчат пуще прежнего, трупная кожа, ссадины. Обхватив плечи и оборачиваясь, беспокоясь быть застуканной, я шагнула к заходу в море. Но увидела себя в слабом отражении: лицо смешалось с проекцией, его разлиновал горизонт, по щеке дрейфовал парусник. От моих пальцев на стекле отошли лучи и загорелись иномирные символы. Я тапнула наугад – плавной анимацией пейзаж перетек в зеркальную поверхность.
Из-за того, что я давно не смотрелась в зеркало, меня отвратило увиденное. Где то сияющее от пудры, здорового сна и беззаботности личико? На меня смотрела восемнадцатилетняя продавщица из подземного перехода, та теневая личность, от которой я попыталась сбежать в Диснейленд; пялилась глазами цвета каштана, разлагающегося в дорожной грязи. Перезревшего, оторванного от мирового древа. Припухшие веки, стиснутая без причины челюсть. Я вооружена, и нервы на пределе.
Я прикрыла глаза и стукнулась макушкой о зеркало. Раз, два. Не заплакала, когда Ян «макетнулся», а горечь снедала и наружу выходить не собиралась. Нехватка родителей терзала, но я стойко держалась на плаву, как слабоумный пиксельный фрегат. Любимый у черта на рогах, думает, что я мертва, а я зависаю на фазенде с его отцом-тираном.
С выходом из обмана закончилась ремиссия моей апатии. Мне все до звезды, но я продолжаю скользить, потому что нельзя развернуть санки посреди горки.
После душа голосовой помощник предложил мне войти в гардеробную, и по готовности спуститься в столовую на ужин с Дайесом Лебье. Гардеробная размером с мою квартиру в Подмосковье – это нонсенс, но я постепенно привыкала к богатству.
«Кто из грязи в князи, а кто наоборот – правда, Ян?» – ехидничала я, спускаясь в самом приличном из нарядов по витиеватой лестнице.
Металлическая и узкая, как будто спускалась в башне-флигеле ветхой часовни. Бархатный черный комбинезон сидел мешковато, но золотой пояс удачно подбирал лишнюю ткань на талии. Золотом блестели крупные пуговицы и тесьма на длинном воротнике, а на голые плечи я надела длинный кардиган из того же материала с расшитыми рукавами и полами. То, что я копалась в синтетике и продавала ворованные шмотки, еще не ставило крест на чувстве стиля. Тренды фэшн-индустрии Инития, похоже, давно не менялись. Впрочем, обеспеченная прослойка общества и на Земле редко изменяет традициям. Волосы я оставила распущенными – их высушил фен в виде бриза.
Простые вещи – сон и душ – подарили свежесть и смыли волнение. Я вышла к накрытому на веранде столу, за которым сидели поникшие Вельзевулы.
– Ребята, я вас вытащу. Держитесь, – прошептала я.
Зева едва улыбнулся, Эвелина отрешенно смотрела в окно. Стеклянная веранда, затянутая цветущими лианами, цветы которых мерцали, как светлячки, освещалась за счет них же. За стеклом притаилась чернота чужемирной ночи и горбатые великаны Антии. Кровь застыла, и на затылке поднялись волоски. Что со мной?
– Вы великолепно выглядите.
Я повернула голову, но не решилась посмотреть главе Школы Порядка в глаза. В мечтах я могла перемешать его мраморное лицо в блендере, но, встретившись с могущественной личностью тет-а-тет, в его владениях, стоически потерпела поражение. Эмоции были бы излишни – он последний свидетель Януса, и я не желала портить отношения с тем, кто был полезен. Жизнь еще расставит все по местам.
– Надеюсь, голос в потолке меня не обманул, и я взаправду могла взять любую вещь, – произнесла я, сглаживая нервные нотки в голосе.
Все замолчали и перестали шевелиться, когда его величественная особа строгой поступью обошла меня. Внезапно Мраморный Бог попросил придержать волосы и принялся поправлять воротник. Меня бросило в жар от страха.
– Моя супруга давно не выгуливала этот костюм, – рассказывал Лебье, неторопливо разглаживая вмятинки и снимая с плеч пылинки. – Он вам великоват. Попрошу швею ушить под вас.
«Это одежда Нокс-Рейепс», – догадалась я, хотя давно бы пора.
– Не стоит труда, – поспешила отказаться я. – Постираю свою и переоденусь. Мне неудобно брать вещи вашей жены в ее отсутствие.
Дайес Лебье отстранился и посмотрел свысока:
– Нокс-Рейепс сейчас озабочена проблемами посерьезнее одежды. К тому же, наша семья не терпит оставаться в долгу. – Две крохотных меня отразились в безучастных сизых глазах. – Вы поделились одеждами с моим сыном, когда он нуждался, посему с сегодняшнего дня мы квиты.
Озвученное ударило как гром среди ясного неба. Дайес пригласил меня к столу, но я не пошевелилась. Остолбеневшая, зашевелила свинцовыми губами:
– Скажите, могу я увидеть Яна? Я знаю, что он у вас…
– Присаживайтесь, Вера Беляева. – Мраморный Бог отодвинул плетеный стул рядом с побелевшим от страха Андреем.
– Только одним глазком, прошу вас…
– Я сказал… – повысил голос глава Порядка, и у Зевы чуть не задрожали стекла в очках. Тише, но вкрадчивее закончил: – Сядьте.
Вздрогнув, я потащилась к столу. Вельзевулы опустили носы в пустые тарелки. Обойдя стул, я опустилась на него ровно в тот момент, как Дайес его придвинул. Его каблуки били по паркету в такт моего затравленного сердца и стихли наконец.
Лебье сел справа, и я рефлекторно придвинулась к Зеве. Он два раза хлопнул, и через несколько секунд на веранде показалась юркая ифритка. Маймуна привезла на тележке
