блюда, накрытые крышками, и расставила перед нами. Пока помощница наполняла бокалы из графина, Дайес произнес:
– Наша пища состоит из магии и фармацевтики, поэтому мы не страдаем болезнями ЖКТ и лишним весом. Но инитийцы не прочь угоститься экзотической кухней. – Он взмахнул ладонью, и ифритка подбежала ко мне, приготовившись снять баранчик. – В знак признательности за ваше доверие и уважения к вашей родине примите земные яства.
Кивнул Маймуне – и она подняла крышку. От острых специй, сконцентрированных в духмяном аромате, защипало в носу и заслезились глаза. Мои ожидания, что я увижу пасту, равиоли или, на крайний случай, суши, остались далеко от правды. Вылупившись на рыжую от перца лапшу, разваренную в красном бульоне, я сказала:
– Это говяжий «Дошик».
– Не во всем разбираюсь, – гнул свое Дайес Лебье, не видя разницы между земным блюдом и студенческим рационом, – но это было непросто достать.
– Что ж, я… польщена, – ответила я, подавляя улыбку. – Даже пенопластовую тарелку сохранили. Какое внимание к деталям.
Довольная Маймуна убежала.
Зеваков подтолкнул меня локтем в плечо, мол, я перегибаю. Лебье бесстрастно погружал ложку в говяжье варево, изучая консистенцию бульона в свете растений – и я невольно выдернула эту удивительную черту иммунитета к сарказму и иронии. От крохотной схожести Дайеса с Яном стало паршиво – если их что-то роднило, то тем тягостнее было мне выносить пытки.
– Господа Повелители мух, – обратился к моим друзьям Лебье. Ребята метнули на него взгляд, боясь задержать его дольше, чем на миг. – Чтобы вы смогли глотать пищу, я ослаблю оковы. – Глава наклонился, похлопав ладонью по столу. Его голос звучал ровно: – Если хоть один из вас попытается расправить крылышки, он окажется в супе. А суп, в который попала муха, как известно, превращается в помои. Усвоили мой посыл?
Вельзевулы с готовностью покивали. Дайес Лебье махнул пальцами, и Повелители молча взялись за еду. Я намотала лапшу на вилку и, раздумав, откуда бы начать разговор, чтобы не попасть в суп, произнесла:
– Заметила на карте мира пробел. Белое пятно, словно местность не изучена. На карту Земли нанесены почти все географические объекты, меня это удивило.
По реакции Мраморного Бога очевидно, что тему для смол-тока я выбрала неподходящую: он отложил столовый прибор и сплел пальцы у рта. Взгляд главы Школы Порядка обморозил мое лицо до румянца.
– Конфедерационная экономика, как и вся система высокоразвитых миров, строится на энергии. Экологично, удобно и рационально, – начал Дайес. – Но что есть энергия?
Его взгляд остановился на дрожащих пальцах Зевы, поднявшего руку. Как в школе, на уроке у грозного учителя.
– Повелитель мух, ваше экспертное мнение поможет нам. Прошу.
– С-скалярная величина, глава. Мера движения материи.
Дайес Лебье насадил на вилку шарик соевого мяса и показал его:
– Точка сингулярности, содержащая в себе энергию и вещество, разродилась инфляцией с выбросом частиц, гонимых упомянутой энергией. – «Точка» опустилась в суп, от которого шел пар, и затерялась среди ингредиентов. – Элементарные частицы отталкивались друг от друга и распределялись в пространстве при сохранении концентрации энергетических объемов, а затем претерпели эволюцию. Формировались ядра, часть которых подверглась термоядерным реакциям, космос стал первичным газом, в котором содержались фотоны и электроны, а также протоны, которые не вошли в состав атомных ядер. – Дайес перемешивал «первичный суп», закручивая «волны излучения» – лапшу, – ламинарии «темной материи» и «ядра» соевого мяса. – Вещество из объединенных атомов новых элементов породило реликтовое излучение, но однажды оно остыло. – Глава Школы Порядка провел ладонью над бульоном: пар исчез, а жидкость покрылась тонкой коркой льда. – Светил еще нет, реликтового излучения уже нет. Наступили Темные века Вселенной.
От напряжения у меня появилась морщинка. Физика не была моим любимым школьным предметом, а я целый день то географию Инития изучаю, то реконструирую теорию Большого Взрыва на «Дошираке». И начали мы не с того… Мою мысль подхватила Веля:
– Вера спросила про местность, которую скрывает инитийское правительство, уважаемый глава. Не стоило растрачивать силы на курс по физике для молокососов.
Стук под столом – Зева, выпучив глаза, ударил ее ногой по коленкам. Я похолодела так же быстро, как частицы после Большого Взрыва.
Дайес Лебье встал, поправив пуговицу сюртука, и зашел за спинку стула Эвелины. Со страхом я наблюдала за тем, как Мраморный Бог осторожно забирает ее лоток с лапшой быстрого приготовления и уносит. Привстав, увидела, что глава Школы Порядка поставил блюдо около входа, разгладил ногой ворс придворного коврика и вернулся к столу. Он взял графин с водой и суповую миску. Поставив ее на место рядом с блюдом, наполнил. Графин вернулся на место, и Лебье, оперевшись на стол между нами с Зевой, поманил Велю пальцами и, зацепив ее взор, показал на прихожую.
– Я никуда не пойду.
– Повелительница мух, прошу вас, не усложняйте. – На ладони Дайеса загорелись знаки цепей, которыми он удерживал Вельзевулов.
Андрей вновь пнул сестру, и она повиновалась. Мраморный Бог отстранился и жестко осадил ее:
– Посадив вас за стол, я уравнял наши права. Вы попрали их ради удовлетворения эго. Вы перебили меня, пренебрегли субординацией и нарушили ход дискуссии.
Дрожь Вели, со стеклянных глаз которой сорвалась слеза, перерастала в судорогу. Я испугалась за нее, но оцепенела и молча ждала развязки.
– Вы больны?
Эвелина не смогла вымолвить слово: ее губы дрожали. Никогда не видела ее такой. Когда Дайес Лебье подошел к Повелительнице мух, она так побелела, словно превратилась в соляной столб.
– Вы больны, раз не можете держать себя в руках, – спокойно сказал Мраморный Бог. – А бешеным сукам и кобелям положено спать на улице.
– Простите. – Веля уронила голову, зарыдав. Ее искривленный рот шептал извинения. – Простите меня, глава.
Мой ужас перерос в ярость. Я поднялась, но Зева схватил меня за запястье и вдавил в столешницу. Вырвавшись, я посмотрела на него страшными глазами, но быстро остыла, когда заметила, как покраснели и увлажнились его. Дайес третировал их, продолжал это делать, и они были сломлены.
«Не дай эмоциям разрушить тактику общения с этим монстром».
Неторопливо я села и погладила Андрея по руке. Он улыбнулся мне сквозь слезы.
Дайес Лебье убрал волосы Эвелины за уши и вытер ладонями щеки. Вынув из нагрудного кармана платок, предложил ей, и ее тонкие пальцы схватили его – словно мышь забрала у кота сыр.
– Вы должны понимать, что я обращаюсь так с вами исключительно в воспитательных целях, – пояснил он. – Трепет вытесняет жажду побега. Ваши попытки сбежать я нахожу смешными, первый охранитель Тайной Канцелярии любезно предоставит вам транзитан на Р’ьимор Аквидели с билетом в один конец. Подумайте, что
