воспринимала выражение «её лицо поникло» просто как фразу. До этого момента. Улыбка, растянувшаяся от уха до уха, угасла, оставив на лице лишь едва заметную горизонтальную линию. Исчезли игривые морщинки в уголках глаз, обнажив широко распахнутые, полные разочарования и удивления глаза. Её голос дрогнул, когда она сказала: — Наверняка ты сможешь найти кого-нибудь, кто тебя подменит.
— Вообще-то, у нас нехватка персонала, — солгала я, презирая себя за это, но презирая Скотта ещё больше. — Но я уточню.
— Я бы с удовольствием научил тебя кататься на лыжах, — сказал Скотт, улыбаясь. — Если ты, конечно, хочешь научиться.
Я посмотрела на маму. Она знала, что я хотела научиться, когда была маленькой, и то, что она явно ему об этом рассказала, казалось предательством. Я сжала руки в кулаки и сказала: — Да, эм, я бы с удовольствием, но, наверное, в этот раз ничего не получится.
— Ну же, Бей, — сказал он, клонив голову набок и заговорив со мной, словно мы закадычные друзья. — Это будет незабываемо, обещаю. Просто забей на работу — ты больше никогда не услышишь от меня такого — и поезжай с нами.
С нами. Меня уже тошнило от того, как он постоянно называл себя и мою маму «нами», когда на самом деле «нами» были я и мама, а он просто парень, который никак не отстанет. Вдохнув, я процедила: — Может, в другой раз.
— Бейли, я не думаю, что… — начала мама.
— Я не хочу ехать, ясно? — я огрызнулась на неё, хотя и не хотела. Не знаю, откуда это взялось, но и извиняться не собиралась. Сжав губы, я добавила: — Мне нужно делать уроки.
Закрывшись в комнате, я почувствовала себя ужасно. За то, что накричала на маму, за то, что расстроила их отказавшись от поездки, а больше всего за то, что отношения со Скоттом явно развивались, и скоро его присутствие в нашей жизни станет постоянным.
Я чувствовала это уже сейчас.
Я моргнула, сдерживая слезы — глупые, детские слезы — и подумала, когда же жизнь перестанет так резко меняться.
Рухнув на кровать, я включила телевизор.
— Бейли, — мама постучала в дверь, как я и ожидала, ведь мы не из тех, кто может просто оставить всё как есть. — Можно войти?
— Конечно.
Она вошла, и я знала, что она убедит меня. Просто знала, что она убедит меня поехать отдыхать с этим Скоттом. А я не знала, что делать. Казалось бы, ничего особенного — просто провести выходные за городом. Но я вспомнила слова Чарли из нашего первого телефонного разговора.
«Он продолжит наступление и займёт ещё больше пространства».
— Ты в порядке? — она закрыла за собой дверь, подошла и присела на край моей кровати. — На тебя не похоже, так огрызаться.
— Прости, — сказала я, правда извиняясь за эту часть. Я посмотрела на её лицо: на эти голубые глаза, светлые брови, на рот, из которого исходили слова, которые мне нужно было услышать, и ощутила отчаяние. Это было так по-детски, но я отчаянно хотела сохранить наш маленький мир, наше «нами».
— Я не понимаю, Бей, — сказала она, протягивая руку и проводя по моим волосам. — Он был так взволнован, когда ему пришла в голову эта идея, потому что он хочет узнать тебя получше. Он думал, это будет отличная возможность просто расслабиться и повеселиться вместе.
— Знаю, — сказала я, пытаясь подобрать слова, которые не испортят ещё больше наши отношения. — Просто я пока не готова отправиться с ним в отпуск.
— Всё не так, — возразила мама, скрестив руки на груди. На ней была футболка «Я — проблема», которую она купила на следующий день после выхода альбома Тейлор Свифт «Midnights». — Просто обычные, весёлые выходные за городом. Ничего особенного.
— Только мы втроём? — спросила я, готовясь услышать о дочери.
— Ну, — протянула она, поджав губы. — Думаю, если ты захочешь позвать с собой Некесу, то это не будет проблемой.
— Правда? — Она видимо не поняла, о чём я спрашивала, но боже, если бы я могла взять Некесу, это могло бы всё изменить. Мы бы с ней сбежали от них и повеселились в Колорадо, а даже когда были бы всё вместе, это не так сильно походило бы на принудительное семейное мероприятие. — Я могу позвать её?
Она пожала плечами, и я немного устыдилась того, что ей приходится идти на уступки.
— Не вижу причин, почему нет. В кондо две спальни и раскладной диван в гостиной, так что если Некеса не против спать на диване, то думаю, всё будет нормально.
— Вау, — я откинула волосы с лица, чувствуя, как меня захлёстывает облегчение. — Это сделает всё намного… ну, я имею в виду, немного менее…
Я не могла подобрать слов, чтобы выразить это, не задев её чувства к Скотту.
— Я понимаю, Бей, — сказала она, и я ясно видела, что она понимает. Что заставило меня обнять её, потому что, как бы я ни бесилась из-за Скотта, я также люблю свою маму и не хочу её расстраивать.
Мне приходилось идти по ужасному, натянутому канату вины.
Я схватила телефон и написала Некесе сразу после того, как мама вышла из комнаты.
Я: Как ты смотришь на то, чтобы поехать в Колорадо?
Меня колотило внутри от собственных эмоций, но пока я ждала её ответа, поняла, что если она сможет поехать, то я даже немного загорелась идеей выходных в Колорадо.
Только если она сможет поехать.
Да, Скотт будет там, но с Некесой всё становилось лучше, и я знала, что этот случай не будет исключением.
Некеса: Я уже собираю свою клетчатую рубашку и документы, пока мы общаемся.
Это заставило меня улыбнуться, когда я подошла к своему комоду.
Я: Ты думаешь, я шучу, но нет. Скотт везёт меня и маму в Брекенридж на выходные, и они сказали, что ты можешь присоединится к нам.
Некеса: Я думала, мы ненавидим Скотта.
Этот ответ заставил меня почувствовать себя полной дрянью, и я написала: Мы не ненавидим ЕГО, мы просто ненавидим то,
