Ароматерапия – это, может быть, и не так здорово, зато у нее есть свои преимущества. Например, не требуется мужчина. Запах мяты успокаивал, как и было обещано на упаковке ароматической соли для ванны. Джули глубоко вдохнула целебный аромат. Как только ванна наполнится, она погрузится в горячую воду и включит джакузи.
Блаженство. При сложившихся обстоятельствах ближе к блаженству ей не подобраться.
«Уходи сейчас же. Беги».
Она сделала вид, что не слышит тихого голоса, и снова вдохнула с мрачной решимостью. Ароматный пар был приятен, но что-то не помогал. Во всяком случае пока. Джули задушила в зародыше искушение обыскать комод с бельем, чтобы проверить, не осталось ли там трюфелей. Главное – не упускать из виду поставленную цель. Она не собирается терять красоту из-за этих переживаний, стало быть, надо позаботиться о коже. Остатки питательной грязи она нанесла на нос.
Сполоснув пальцы, Джули опять посмотрела на себя в зеркало. С волосами, стянутыми на макушке в «конский хвост», и лицом, целиком покрытым грязевой маской, если не считать кругов вокруг глаз и рта, она напоминала «Существо из Черной лагуны».
Требуется много безобразия, чтобы сделать женщину красивой. Хорошо, что окружающим виден лишь конечный результат. Кто-то верно заметил, что хорошо выглядеть – это лучшая месть. Кажется, Синди Кроуфорд?
Ладно, не имеет значения. Отныне это ее девиз. Всякий раз, как ей вспомнится Сид и его «невинные шалости», она будет делать что-нибудь положительное для себя. Например, наложит косметическую маску. Почистит зубы суперотбеливающей пастой. Обработает ноги воском. Или примет чудную теплую ванну с пеной и успокаивающими ароматами и ляжет в постель. А там она будет спать и не будет, не будет, не будет думать о мужчинах. Ни о поганце Сиде. Ни о красавце Максе. Вообще ни о ком и ни о чем мужского рода.
Она хотела бы жить в обществе, свободном от мужчин. Это был бы рай на земле.
«Уходи сейчас же!»
«Я этого не слышала», – сказала себе Джули, бросив последний взгляд в зеркало. Маска уже начала затвердевать и трескаться по краям. Еще несколько минут, и она смоет ее, нанесет увлажняющий крем, обработает ноги воском и залезет в ванну. А потом она ляжет и будет спать.
Она не позволит себе превратиться в преждевременно состарившуюся, озлобленную, опустившуюся женщину с морщинами и скверными зубами, с волосатыми ногами и задом размером со школьный автобус только из-за того, что совершила ошибку и вышла замуж за никчемного, лживого мерзавца.
Вот так-то!
Войдя в спальню десять минут назад, она включила свет, разделась и наугад выхватила ночную рубашку из комода. Это была еще одна «приманка для мужа»: коротенькая шелковая комбинашка с черной кружевной отделкой, на тонких бретельках, но тут уж ничего нельзя было поделать, и Джули решила не комплексовать по этому поводу. У нее еще будет время закупить оптовую партию безразмерных футболок и хлопчатобумажных панталон.
Натянув на себя сорочку, она выключила свет, подошла к окну и раздернула шторы. Слишком темно. Машины Макса нигде не было видно.
«Может, оно и к лучшему», – сказала себе Джули, когда на нее нахлынули непрошеные воспоминания о том, что произошло в «Огненной воде». Внутри все сладко заныло. Оконное стекло давало расплывчатое отражение, но Джули заметила, что ресницы у нее опускаются сами собой, а губы раскрываются. У нее вид сексуально изголодавшейся женщины, признала она со вздохом. Очевидно, ей суждено вечно оставаться голодной и тосковать не только по шоколаду.
Джули задернула шторы и вернулась в ванную, прихватив найденную в глубинах бельевого ящика шоколадку. Секс оставался недостижимой мечтой, а вот шоколад – по крайней мере сегодня – был под рукой.
Но в ванной критический осмотр перед зеркалом помог ей обрести столь необходимое самообладание и решимость. Разломанная шоколадка последовала в унитаз, прежде чем успела существенно увеличить жировые отложения на ее бедрах. Джули пообещала, что даже если ее жизнь летит ко всем чертям, свою внешность она сохранит.
«Уходи сейчас же!»
«Не ори», – чуть было не ответила она вслух, но вовремя вспомнила, что разговаривать с внутренними голосами не полагается. Ванна уже наполнилась почти до краев. Джули босиком прошла по прохладным белым плиткам, завернула краны, подхватила из воды флакон жидкого воска, глубоко вдохнула ароматический пар, который до сих пор ни черта не мог поделать с ее стрессовым состоянием, и вернулась к раковине. Сейчас она смоет маску, обработает ноги и заберется в ванну. Вот тогда-то целебный пар и сработает.
И тут она оцепенела.
Через зеркало над раковиной за ней следил мужчина.
Он стоял, прижавшись спиной к стене прямо за дверью. Мужчина был в вязаном лыжном шлеме, поэтому она ничего не видела, кроме угрожающего блеска глаз в круглых прорезях маски. В эту самую минуту мужчина наблюдал за тем, как она наблюдает за ним.
Джули приросла к месту, парализованная страхом.
Мужчина шагнул вперед, целиком заполнив собой дверной проем, отрезая путь к спасению.
Дыхание со свистом вырвалось у нее изо рта.
– Привет, Джули, – сказал он, не сводя с нее пристального взгляда.
Ласкающие нотки в голосе и липкий взгляд, которым он ее окинул, в долю секунды подсказали ей, что перед ней воплощенный кошмар каждой женщины: насильник, а может быть, и убийца. Кем же еще может быть этот коренастый, одетый во все черное мужчина, у которого в руке, обтянутой перчаткой и пока небрежно опущенной, пистолет.
О боже, он сейчас застрелит ее из этого пистолета!
Он начал его поднимать, целиться в нее. В один миг сердце Джули, заледеневшее от страха, бешено заколотилось в груди, она судорожно глотнула воздух и завизжала, как противотуманная сирена. Потом, действуя чисто инстинктивно, с силой запустила в него флаконом с воском.
Это был довольно тяжелый флакон толстого синего стекла, наполненный разогретым воском, и он угодил преступнику прямо в лоб со звуком, напоминающим хлопок пробки от шампанского.
– Ах ты сука! – заорал он, попятившись и схватившись рукой за лоб.
Флакон отлетел, ударился в стену и со звоном разбился. Мужчина скрылся в дверях. Еще секунду Джули простояла в оцепенении. Она знала, что он все еще рядом, слышала его тяжелое дыхание, его проклятия.
Страх придал ей силы, и она бросилась к двери, сознавая, что другого шанса не будет.
Вырвавшись из ванной, как спринтер, Джули на ходу заметила, что преступник всего в двух шагах от нее: все еще держится одной рукой за лоб, а другой шарит по полу в поисках оброненного пистолета. Она пронеслась мимо него в ту самую минуту, когда он вскинул голову.
