На исходе недельного плавания Андрея разбудили крики и ружейный грохот.
В панике схватив одежду, он быстро оделся и выглянул в орудийный порт. Однако море казалось чистым, горизонт все также бугрился горами Авентурии.
Тем не менее, он пулей вылетел из своей комнатки, наскочив в дверях на Гольди, своего бессменного телохранителя, слугу и, по совместительству, тюремщика.
— Гольди, черт! — выпалил Андрей, — Что случилось? Мне показалось, я слышал пальбу.
— Так и есть, эстро Андре, — ответил тот, — Лейтенант Орсо проводит тренировку карабинеров.
— А что же ты здесь стоишь?
— Моя задача куда более важная, — с поклоном ответил тот.
— Который сейчас час?
— Утреннюю вахту отбивали совсем недавно, мон эстро.
Андрей кивнул. Он еще не до конца свыкся с местным временем, но, по его собственным ощущениям, длина светового дня здесь едва ли отличалась от Земной. Утренняя вахта же на корабле начиналась за четыре часа до полудня. Андрей уже который раз удивлялся, насколько похож, и в то же время, непохож этот мир на тот, в котором он жил прежде.
Он поднялся на палубу. Отряд из двадцати человек в оранжевых мундирах выстроился в шеренгу по левому борту лицом к морю. На головах у солдат были стальные, покрытые белым лаком, каски с султанами из разноцветных перьев. Каждый из карабинеров был вооружен саблей висевшей на поясе в ножнах, длинным кинжалом и держал на изготовку короткий мушкет с нарезным стволом. Точно такой, с каким не расставался неизменный спутник Андрея.
Лейтенант Орсо стоял напротив шеренги в полном боевом облачении и выкрикивал команды, заставляя солдат менять построение, вставать по стойке смирно или становиться на изготовку, опустившись на колено. Помимо шлема с плюмажем и забралом его защищала лакированная белая кираса и щитки того же цвета, прикрывавшие плечи и бедра.
А возле правого борта вольготно расположилось несколько офицеров, также с ружьями. Среди чёрных мундиров Андрей разглядел капитана и посла.
По команде одного из них матрос, стоявший неподалеку, с размаху забросил в воду круглую дощечку. Один из офицеров вскинул ружье и, прицелившись, выстрелил.
Другой перехватил взгляд Андрея и что‑то сказал послу. Феличиана обернулась и помахала Андрею рукой.
— Вы уже проснулись, Андре? — воскликнула она, — Я не решилась вас будить. Но раз уж вы поднялись — присоединяйтесь к нам.
Эсса ди Бруне дождалась, пока Андрей поднимется на широкую площадку шкафута.
— Наш любимый лейтенант Орсо затеял учения для своих парней, — сказала она, придерживая шляпку, — Мы приближаемся к Берегу Черепов и он ждет нападения в любую минуту.
— Эсса ди Бруне преувеличивает и шутит как всегда, — сказал лейтенант Гасто, готовясь стрелять.
Молодой человек с длинными русыми волосами, завязанными в хвост, и кустистыми бровями, заведовал артиллерией корабля.
— Ни одно судно в здешних местах не посмеет причинить нам вред, — продолжил он, — Репутация герцогства хорошо известна. К тому же, здесь у нас полно друзей.
Он встал с коротким карабином наготове и кивнул матросу: «Подальше давай». Тот со всей силы швырнул деревянный диск за борт. Пролетев сполсотни метров, дощечка плюхнулась в воду и закачался на волнах. Лейтенант нажал на спусковую скобу и мушкет, лязгнув курком, раскатисто ухнул, выбросив густое облако белого дыма. Пуля отколола край диска и тот стал напоминать полумесяц. Вскоре мишень исчезла за кормой.
Лейтенант передал мушкет стоявшему неподалеку матросу и тот принялся
перезаряжать оружие.
— Вы хорошо стреляете, Андре? — спросил капитан, — Не хотите попробовать?
— Стрелять мне доводилось, но не часто, — ответил Андрей.
Последний раз он держал в руках автомат на военных сборах в студенческие годы, однако был уверен, что справится с карабином.
Меж тем матрос протянул ему заряженный мушкет из тех, что стояли прислонёнными к фальшборту. Андрей неуверенно взял его в руки. Оружие оказалось не насколько тяжелым, как он ожидал, однако достаточно увесистым. Граненый ствол из синеватого металла крепился четырьмя кольцами к гладкому деревянному цевью оканчивавшемуся узким закруглённым прикладом, длинная скоба заменяла спусковой крючок; замочная доска и широкая пороховая полка с предохранительной крышкой были выполнены из серебристого металла, украшенного мелкой резьбой; в курке, вместо кремня был зажат камень, отливавший на солнце охрой и шафраном. Пороховая полка была открыта, а само оружие, как решил Андрей, снято с предохранителя, если таковой имелся.
Подняв мушкет к плечу и стараясь не рассыпать порох, он глянул вдоль ствола, лишенного мушки и целика.
— Пускать? — спросил матрос, державший диск в руке.
— Валяй.
Андрей взглянул на летящий предмет и проводил его стволом пока тот не плюхнулся в воду. Он нажал на скобу. Курок с камнем звонко ударил по металлу.
— Предохранитель, — подсказал лейтенант Гасто и указал на рычаг, поднимавший
особую планку над полкой.
Андрей быстро взвел курок и поднял предохранитель. Круг уплывал все дальше в сторону. Он спешно прицелился и выстрелил.
Отдача, напротив, оказалась куда большей, нежели он ожидал. Несколько секунд он ничего не видел, окутанный облаком белого дыма. Когда зрение вернулось, круг исчез из виду.
— Ну как? — спросил Андрей.
— Близко, — констатировала Феличиана.
— Совсем не плохо для новичка, — попытался ободрить его Гасто.
— Да, мне, знаете, не часто приходится обращаться с оружием, — улыбнулся Андрей.
— Вы дворянин? — спросил его капитан.
— Ну, в общем, нет, — помедлив, сказал Андрей.
— Я знала, мой мальчик, — улыбнулась Феличиана и тронула его за плечо, — Мы с вами — одного поля ягоды! Служить короне прекрасно, но такие как мы предпочитают всего добиваться сами.
Андрей посмотрел на женщину.
— Да — да, — ответила она на его немой вопрос, — Официальный представитель Республики не имеет никаких званий и тем не менее пользуется уважением членов королевских семей. В нашем мире нет таких дверей, которые бы не нельзя было открыть с помощью серебра. Такие люди как вы и я Андре — всегда будем пользоваться уважением в этом мире. Мы сами заслужили своё место под солнцем и не нуждаемся ни в чьей помощи. Я рада, что вы не пошли по этому неблагодарному пути служения. Посмотрите на этих блистательных офицеров — в нашем мире нет более самоотверженных людей, поверьте мне. За ничтожный клочок земли, за место под солнцем для своих детей, во всём мире они отдают свои жизни служа государству. За это мы с вами их и уважаем, ведь так, мой мальчик?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
