— Что ж, мисс Мерсер… Уже лучше, — сказала мисс Ист.
Губы у нее были так плотно сжаты, что непонятно, как слова вообще пробились наружу.
— Точно, — поддержала Дженна.
Она сидела на соседней парте и весь урок читала свою любимую мангу.
— У тебя уже лучше получается, — сказала она ободряюще.
Потом посмотрела на мое последнее творение и нахмурилась.
— Да, по крайней мере, на этот раз юбка не опрокинула три парты! — съязвила Элоди.
У нее-то, уж конечно, платье получилось потрясающее.
Я сначала думала, что платья на этом балу будут примерно такие же, как на обычном школьном вечере. Ага, как же. Девочки создавали себе наряды словно из волшебной сказки.
А платье Элоди было самым красивым в нашем классе. С завышенной талией, коротенькими рукавчиками и пышной, словно пенящейся юбкой — прямо из книг Джейн Остин. Я дразнила Арчера насчет розового цвета, но даже мне пришлось признать, что у этого платья оттенок был очаровательный. Бледно-розовый, какой иногда встречается внутри у раковин-жемчужниц. Он чуть-чуть мерцал, точно перламутр. Элоди будет в нем сокрушительно красивой.
Черт бы ее побрал!
Я в отчаянии снова занялись своим нарядом. Положила руки на талию манекену и стала мысленно повторять, сосредоточившись изо всех сил: «Красивое платье, красивое платье, красивое синее платье»… Было безумно обидно, что я уже могу творить из ничего большие предметы, даже стул создать могу, а вместо платья получается сплошное безобразие. Ну, допустим, стул, который я сотворила прошлой ночью, был по размеру с детский стульчик, но все-таки.
Я чувствовала, как скользит и елозит материал под ладонями. «Ну пожалуйста!» — думала я, зажмурившись.
А потом услышала, как смеются Элоди и Анна.
Тьфу, черт!
Открыв глаза, я уставилась на ярко-синее тюлевое уродство с юбкой примерно до середины бедра. Я бы в нем выглядела совершенно похабно, как развеселая невеста Коржика из «Улицы Сезам».
Я тихонько выругалась очень нехорошими словами и заслужила грозный взгляд мисс Ист. Как ни странно, вслух она ничего не сказала и наказывать меня не стала. Наверное, посмотрела на платье и поняла, что меня нельзя винить.
— О, Софи, это нечто! — Элоди не спеша подходила ко мне, уперев одну руку в бок. — Тебя ждет блестящее будущее в области модного дизайна!
— Ха-ха, — буркнула я.
Ответ по крутизне на уровне примерно: «А вот тебе».
— А я еще приглашала тебя вступить в наш ковен! Самой не верится, — сказала Элоди, уставившись на меня сияющими зелеными глазищами.
Я внутренне застонала. Глаза Элоди так сияли только в те минуты, когда она готовилась кого-нибудь размазать по стенке. В прошлый раз я видела ее такой, когда Честон нашли в ванной, и тогда Элоди назвала Дженну кровожадным чудовищем.
— Подумать только, дочка председателя Совета — и не может платье сотворить! Убожество.
— Слушай, Элоди, давай не будем ссориться. Ты только не лезь ко мне, ладно? Дай поработать над платьем.
Но нет, она еще не закончила.
— Зачем тебе вообще бальное платье? Перед кем ты собираешься красоваться? Перед Арчером?
Я очень старалась сохранять хладнокровие, хотя руки так и стиснули ткань.
Элоди наклонилась ко мне. Вряд ли кто-нибудь еще расслышал, что она прошептала.
— Думаешь, я не замечаю, как ты на него смотришь?
Я сказала тихо и очень спокойно, не отрывая взгляда от манекена:
— Элоди, перестань.
— Безответная любовь — это так трогательно! Вернее, трагично!
Краем глаза я видела, что почти все бросили работу и наблюдают за нами. Мисс Ист делала вид, что ничего не замечает. Значит, меня оставили на растерзание.
Я набрала в грудь побольше воздуха и обернулась к Элоди. Она торжествующе улыбалась.
— Ах, Элоди, — сказала я сладчайшим голоском, — не беспокойся, пожалуйста, о нас с Арчером. В конце концов, не я планирую заняться с ним сексом после бала.
Вокруг захихикали, а Элоди сделала такое, чего с ней при мне еще никогда не случалось: она густо покраснела и чуть не поперхнулась, пытаясь найти достойный ответ.
Вот теперь мисс Ист сочла нужным вмешаться.
— Мисс Мерсер! Мисс Паррис! За работу!
Улыбаясь, я вернулась к своему платью. Но вид синего злосчастья мигом прогнал ощущение торжества.
Дженна тихонько спросила:
— Может, у тебя магия ослабла?
— Да нет, ощущения — как обычно. Будто вода поднимается от подошв… Ну и так далее.
— Что? — презрительно скривилась Анна, подбоченившись. — Как-как ты ощущаешь магию?
— Э-э… Как будто что-то поднимается снизу, — скороговоркой выпалила я.
— Магия ощущается совсем по-другому!
Я огляделась. Еще несколько ведьм озадаченно смотрели на меня.
— Магия приходит сверху, — продолжала Анна. — Словно сыплется на тебя что-то, как будто…
— Снег, — подсказала Элоди.
Я снова отвернулась к манекену. У меня горели щеки.
— Значит, у меня магия другая, только и всего.
Вокруг зашептались. Я сделала вид, что не слышу.
— У тебя все получится, — сказала Дженна, со злостью глядя на Анну.
— Да я знаю, что рано или поздно научусь. — Я провела рукой по тюлевому турнюру. (Турнюр? Чтоб вам пусто было, магические способности!) — Это платье я делаю для тебя.
— Правда? — Ее улыбка стала шире.
— Ага. Только придется, наверное, подшить подол. А то будет волочиться по полу.
Дженна в шутку шлепнула меня по руке тыльной стороной ладони, и мы опомниться не успели, как уже давились от хохота.
Остаток урока я нарочно старалась творить самые уродливые платья. Смешно было только нам с Дженной. Я уже счет потеряла, сколько раз мисс Ист грозилась выгнать нас из класса, а Элоди так закатывала глаза, что Дженна в конце концов спросила — не припадок ли у нее? Тут мы залились хохотом с новой силой, и мисс Ист в конце концов все-таки выгнала нас вон, да еще и задала написать сочинение на семь страниц по истории заклинаний, связанных с одеждой.
Мне было все равно. Я бы и сотню страниц написала, лишь бы снова увидеть, как смеется Дженна.
— Не понимаю, как это вышло, — сказала я вечером Алисе, пока мы бродили по лесу и собирали мяту для зелья, замедляющего время. — Целый месяц Дженна дулась на всех вокруг, потом вдруг раз — и мы снова друзья.
Алиса промолчала.
Я сказала:
— Правда, здорово?
— Вероятно.
— Вероятно? — передразнила я ее британский акцент.
Алиса выпрямилась и сердито сверкнула глазами.
— Просто я не одобряю твою близкую дружбу с вампиршей. Это недостойно тебя.
Я засмеялась.
