Все-таки болтовня с приятелем расслабляла, и прерывать ее было обидно.
Владения Уиндема Лайонелла не могли состязаться с поместьем Сэфайров в размерах и флере древнего благородства, зато с лихвой опережали его в пышности. Сад утопал в ярких цветах, по дорожкам из гальки важно прохаживались декоративные курочки, а у парадных дверей восседали белые каменные львы. Каждая деталь кричала о том, что хозяева ни в чем себе не отказывают и привыкли воплощать в жизнь все свои прихоти. У них даже фонтан имелся. Увидав такую красотищу, Ру громко присвистнул, поэтому пришлось хлопнуть его по плечу, чтобы не выходил из роли слуги.
У дверей в гостиную нас разлучил дворецкий, пообещав, что моему спутнику окажут достойный прием, так что я осталась один на один с неизвестностью. Как и планировала, в принципе.
Мать мистера Лайонелла была высокой стройной женщиной лет пятидесяти с небольшим. Несмотря на прожитые годы, ее лицо светилось мягкой, женственной красотой, которая есть не у всех девушек. Определенно, мамины гены активно поучаствовали в создании привлекательного образа сына. А в бледно-желтом платье женщина выглядела как лучик солнца и располагала к себе, вызывая только самые теплые чувства.
Но я была начеку и готовилась к очередной подлянке.
– Амберли, – миссис Лайонелл встала с диванчика. – Моя дорогая девочка, неужели это ты? Как же ты выросла.
Ее слова вонзились в меня острыми колючками.
– Простите. Вы ошиблись.
Миссис Лайонелл с усилием вздохнула. То ли ей было нехорошо, то ли ее грудь была слишком сильно затянута в корсет.
– Понимаю, ты можешь не помнить меня. Чары фейри ведь такие коварные.
И снова меня захлестнуло гадливое чувство, словно по мне расползалась лиана с шипами. Такое уже было. И не раз. Когда я еще не знала, что я ведьма.
– Миссис Лайонелл, зачем вы хотите меня обмануть?
Она не испугалась. Не смутилась. По-моему, даже успокоилась, словно ей самой было противно ломать комедию.
– Вы очень талантливая ведьма, мисс. Далеко не все способны так легко распознать ложь. Присаживайтесь, пожалуйста. Надеюсь, вы не будете долго на меня обижаться?
Наше уединение прервала горничная, которая прикатила сервировочный столик с чаем и пирожными. Пока она сервировала стол, мы с хозяйкой благопристойно беседовали об убранстве комнаты, и только после того, как остались одни, вернулись к тому разговору.
– Как вы относитесь к ковену?
– Отрицательно, – брякнула я, малость озадаченная вопросом.
Женщина взяла в руки чайную пару.
– Итак, мисс Терри…
– Лучше по имени. Юнона.
– Люблю разговаривать с людьми на одном уровне. И знаю, как девочки недоверчивы к тем, кто старше. Поэтому, раз уж нам суждено стать подругами, называйте меня Бриджет.
Я хотела тоже взять чай, но это желание отбил вьющийся парок. Не люблю, когда очень горячий.
– Вы меня заинтриговали, Бриджет. Пожалуй, даже больше, чем ваш сын.
– Сколько денег вам предложил Уиндем?
Я мысленно ей поаплодировала. А дамочка-то не промах. Деловая и наверняка хитрая. Только от нее почему-то веяло уютом и добротой, что выгодно отличало ее от мистера Уиндема.
Раз уж я рассчитывала на взаимную честность, то без утайки рассказала о договоренности, благодаря которой и попала на чаепитие. Бриджет не выказала удивления и поделилась своей историей.
Ее долгожданная и единственная дочка Амберли пропала внезапно. Девочка пообещала матери, что быстро проверит свои клумбы и вовремя явится к обеду, но не вернулась. Вся окрестность была поднята на уши. Мистер Лайонелл объявил о щедром вознаграждении тому, кто найдет сестренку, а его мать изводила полицию и обращалась ко всем влиятельным друзьям. Точку поставили ведьмы. Проведя свое потустороннее расследование, они принесли страшную весть: ребенок был похищен фейри и вернуть его не представляется возможным.
Но точка превратилась в запятую, когда спустя два с половиной года Бриджет получила от Амберли письмо. От избытка чувств бедная женщина даже потеряла сознание. Девочка писала, что в тот судьбоносный день ее забрали ведьмы из ковена, чтобы взять под контроль ее дар. С самого раннего детства Амберли любила растения и под умилительные вздохи матери сажала не только цветы, но и овощи с фруктами, и ее успехи на этом поприще были впечатляющими. Кто бы мог подумать, что ребенок обладает не только талантом, но и редким магическим даром? А для ведьм садоводство – это прямая необходимость, так как они круглый год нуждаются в целебных и колдовских растениях.
Еще большим ударом стало то, что похищение дочери – результат большой подлости. Тесно общающийся с мадам Джоандрой мистер Уиндем просто-напросто отдал ведьмам ковена младшую сестру. Взамен на материальные блага, которые можно получить от магии. Бриджет и раньше знала о двуличной натуре сына, но только после письма поняла, что он куда опасней. Превзошел в коварстве даже своего отца, который славился черствостью и жаждой наживы. В страхе снова потерять дочь, и на это раз уже навсегда, Бриджет приняла сложное для себя решение. Делать вид, будто ничего не знает о судьбе Амберли. Однако она понимала, что сын может что-то заподозрить, если убитая горем женщина вдруг забудет о любимом ребенке, поэтому иногда заводила разговоры о поиске и плакала, предварительно подышав нюхательной солью. Редкие весточки от дочери повышали ей настроение и дарили надежду, и, чтобы объяснить проснувшуюся тягу к жизни, Бриджет занялась садом. Наняла больше садовников, стала ездить на цветочные выставки, читать книги по садоводству и покупать семена самых прекрасных растений. Новое занятие не только отвлекало от переживаний, но и помогало готовиться к возможному возвращению Амберли. Как же дочка обрадуется, когда увидит, как преобразился их скучный парк! И, конечно же, девушка не будет против того, что мама завела пестрых курочек и поселила у пруда диких утят, которых, еще в яйцах, принес с охоты сын.
– Когда я увидела вас, у меня появилась авантюрная идея. Что, если я с вами познакомлюсь и предложу «побыть» Амберли? Разумеется, тайно, чтобы ввести Уиндема в заблуждение. Мне показалось, что вы из простых девушек и вас будет легко уговорить за вознаграждение. Но что-то мне подсказывает, что вы, Юнона, куда более интересная особа. У вас очень хорошие манеры.
Я благовоспитанно проглотила остатки пирожного с ягодным кремом, прежде чем открыть рот.
– Благодарю. И спасибо за честность. Из-за того платья многие принимали меня за деревенщину.
– Вам идет форма Школы трех ведьм. Как бы предвзято я ни относилась к этой братии, они знают толк в хорошей одежде. И, простите мое любопытство, у вас действительно нет тени?
Пора бы уже привыкнуть. А все равно рука, в которой держала чашку, дрогнула.
– Я и
