- Нет-нет! Я хочу все сделать сам, чтобы ты любила меня сегодня еще больше.
- Боги, как мило! - Сигран сделала благословляющий жест. - Да пребудет с тобой Митара! Только прошу, любимый, не сожги яичницу.
Некоторое время Сигран лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь теплом и ощущениями в теле. А потом, как обычно, прочла благодарственную молитву Митаре за еще один день, который ей предстоит прожить. Благодарила за себя и за мужа.
Закончив молитву, Сигран сбросила с себя одеяло и сразу ощутила прикосновение холода. Набросив меховой плащ, наставница подошла к окну - слюда была покрыта морозными узорами, даже из проконопаченных щелей между бревнами сруба тянуло холодком. Угли в камине превратились в белый слоистый пепел. Сигран зевнула и подошла к зеркалу.
Сегодня ее восемьдесят шестой день рождения, но из зеркала на Сигран смотрела белокурая женщина, на вид чуть старше сорока лет, с ясными глазами разного цвета - правый светло-карий, левый зеленовато-голубой, - ровной белоснежной улыбкой и свежей кожей, тронутой у носа россыпью веснушек. Наставники стареют вдвое медленнее обычных людей - таков великий дар Митары тем, кто при рождении был отмечен ее благословением.
Сигран взяла со столика гребень и начала расчесывать волосы. Делала она это всегда долго и тщательно, а потом так же тщательно заплетала расчесанные волосы в косу. Батей частенько говорил ей, что с этой косой она похожа на юную девушку, ту самую Сигран, с которой он впервые познакомился шестьдесят пять лет назад.
Сигран усмехнулась. Батей тогда был совсем другим. Стройным, поджарым, как волк, порывистым и неусидчивым. У него не было бороды, волосы были темные и густые, а руки без мозолей, мягкие, как у ребенка. Боги, как давно все это было! Иногда кажется, что все это было не с ней.
Покончив с волосами. Сигран достала из сундука серое шитое серебром платье из тончайшей покупной шерсти и ожерелье с крупными агатами - сегодня есть повод сменить льняную тунику и старенькую меховую душегрейку на что-нибудь понаряднее. А потом открыла флакон с духами, и в спальне запахло тимьяном, сандаловым деревом и корицей. Батею всегда нравился этот запах.
Они прожили вдвоем шестьдесят четыре года - целую жизнь. Когда-то их свел вместе завет Митары - сотни лет отмеченные благословением богини соединяли свои судьбы, чтобы, став супружеской парой, возглавить общины охотников. Таковы древние заповеди и такова воля великой богини, которой ненавистна убивающая душу и тело аскеза, насилие над плотью и духом, неизбежно приводящее в объятия Нежизни. Так было у Зерре и Шасты, они вместе уже семьдесят два года. Кенинг и Алера прожили почти семьдесят. Они с Батеем самая молодая пара среди Наставников. И самая красивая - так говорит Батей то ли в шутку, то ли всерьез.
- А разве не так? - говорил он. - Посмотри на себя и на меня. И посмотри на остальных. У Зерре нос скоро срастется с подбородком, у Шасты кривые ноги, Кенинг очень умен, но плешив - бедная Алера, всю жизнь прожить с лысым! А я ведь невероятно красив, да и ты ничего.
Сигран смеялась, называла Батея болтуном - и гордилась им. Он у нее действительно необыкновенный, второго такого мужчины нет во всех мирах. Митара даровала ей чудесного мужа. Храброго, мудрого, заботливого, нежного и любящего.
Сигран улыбнулась. Батей не захотел, чтобы она пошла с ним вниз. Может, случится чудо, и их навестят Зерре с Шастой. Или Кенинг и Алера. Но скорее всего, они будут вдвоем, и это лучше всего.
Хотя нет - Сигран предпочла бы, чтобы сегодня в Оплоте присутствовали все члены их маленькой общины. Батей, она сама, и Варнак с Кайлани. Старший сын и младшая дочка, самые любимые из всех ее детей. Те, кто еще остались с ними.
Сигран хорошо помнила тот далекий день, когда она стала служительницей Митары. Ей было шесть лет. Однажды ночью к ним в дом пришли две женщины, лица которых скрывали покрывала, и забрали ее - так просто. Ей позволили проститься с родителями и взять с собой любимую куклу. Потом ее привели к старому замшелому каирну в глубине леса, и с ней говорил высокий старик с суровыми серыми глазами.
- Какая красивая девочка! - сказал ей старик, и глаза его потеплели. - И как же тебя зовут?
- Сигран Эльмисон, - ответила она, испуганная его ростом, густой бородой и громким голосом.
- Ты боишься меня? Не бойся. Ты славная девочка, и тут никто тебя не обидит.
- Я хочу к маме, - сказала она.
- Можно я буду говорить с тобой, как с взрослой? - спросил старик.
- Я и есть взрослая. Мне уже шесть лет, - Сигран показала на пальцах, сколько ей лет.
- Целых шесть? Действительно, ты прямо невеста. Так вот, Сигран Эльмисон, я не могу отпустить тебя домой.
- Почему?
- Потому что тебя ищут очень злые и очень страшные люди. Они хотят схватить тебя и отдать страшилищам. А мы хотим тебя защитить. Отныне мы твоя семья.
- У меня есть мама и папа, - ответила она. - Я хочу к ним.
- Мама и папа не смогут тебя защитить от злых людей, дитя. А мы можем. Давай так с тобой договоримся - ты побудешь пока у меня в гостях, а потом, если тебе не понравится, я разрешу тебе вернуться домой. Хорошо?
Сигран согласилась. Она думала, что это игра, и ей было интересно. Она осталась со стариком и двумя женщинами. Тогда она еще не знала, что Серые Братья и солдаты ярла Бирне из Йорхейма схватили ее родителей и сожгли дом на второй день после ее ухода.
Она стала Целительницей. Одна из женщин, забравших ее из дома, обучала ее. Сначала они просто ходили по лесу и собирали разные травы, корешки и листья, потом ей разрешили смотреть, как готовят разные зелья. Десять лет она прожила в лесной глуши, обучаясь травничеству и искусству исцелять болезни и черную порчу. А потом в тайном лагере волхвов, где скрывалась Сигран, появился юноша по имени Батей...
Через одиннадцать лет после их с Батеем свадьбы они перебрались в Кревелог, на родину мужа. Такова была воля Митары - волхвов в Кревелоге совсем не осталось, Серые Братья свирепствовали тут в годы смуты особенно яростно. Батей и Сигран вернули на эту землю силу и благословение Древних богов. А потом в Оплоте стали появляться те, кого они назвали своими детьми.
Еще десять лет назад детей было восемь, но путь Митары жесток - война с Нежизнью, которая не прекращалась все эти годы, забрала шестерых из них. Гиф и Радур, два брата-близнеца с севера Кревелога, погибли в гробнице под древним вендаланским курганом. Они уничтожили обитавшего в гробнице лича, но не разглядели скрытой ловушки. Ленс, Барри и Трайк погибли в застенках инквизиции. Последней была Марина, любимая ученица Сигран. Она лечила больных в деревнях близ Лощицы, и Серые Братья схватили ее. Донос написал местный мельник, у которого Марина за три дня до этого исцелила от тяжелейшего тифа единственную дочь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
