Сегодня трудно сказать, чего во время войны было больше — мести бывшим активистам советской власти или просто ненаказуемого беснования уголовных преступников. Ясно одно — пресечь своеволие быстро и эффективно не вышло по многим причинам. Важно и то, что в первые дни войны вообще никакая власть не функционировала, позже влияние ВПЛ на торможение негативных процессов в Литве было слабым, функции местных учреждений власти были перепутаны и т.д.
Временный премьер-министр Литвы И. Амбразявичюс и министр внутренних дел И. Шлепетис 1 августа 1941 г. подписали «Положение о евреях», которое разделило проживавших в Литве евреев на две категории{405}. К первой категории принадлежали евреи — члены коммунистических организаций и другие лица, которые вели большевистскую деятельность. Ко второй категории были причислены все остальные жители еврейской национальности. Евреи, причисленные ко второй категории, обязаны были жить в определённом месте и на левой стороне груди носить жёлтый 8-см круг с чёрной буквой «J».[96] Таким образом ВПЛ узаконило создание еврейских гетто в Литве. В этом месте следует честно и объективно сказать, что ВПЛ придерживалось антисемитских позиций, хотя бытует мнение, что этот документ подготовили немцы и опубликовали его от имени Временного правительства Литвы.
Министр просвещения и временно исполняющий обязанности председателя Временного правительства Литвы И. Амбразявичюс (J. Ambrazevičius) Эти доводы косвенно были подтверждены спустя много лет после войны. 20 мая 1974 г. член Конгресса США г-жа Элизабет Хольман выдвинула в палате представителей обвинения против временно исполняющего обязанности председателя Временного правительства Литвы И. Амбразявичюса и министра внутренних дел И. Шлепетиса в антисемитской и пронацистской деятельности. Через некоторое время председатель литовской общины в США Альгимантас Генуе получил от Службы по делам иммиграции и натурализации департамента юстиции США письменное уведомление за подписью Леонарда Ф. Чапмена о том, что «Иозас Бразайтис (под такой фамилией в США жил И. Амбразявичюс. — П. С.) и Ионас Шлепетис вычеркнуты из списков лиц, подозреваемых в пронацистских и антиеврейских действиях, и что в деятельности Временного правительства Литвы не обнаружено никаких доказательств действий, нарушающих права еврейского меньшинства»[97].
С самых первых дней войны, проводя операцию по уничтожению евреев в Остланде, их судьбу взяла в свои руки и организовала погромы оперативная группа А, в составе которой были особые команды (Sonderkommando 1a und 1b) и оперативные команды (Einsatzkommando 2 und 3){406}. После появления эйнзацкоманд ни о каком гражданском согласии не могло быть и речи. Оперативная группа А была силой в батальон и имела в своём составе 990 человек: 89 — сотрудники гестапо, 35 — СД, 41 — уголовной полиции (Kripo), 133 — полиции порядка, 87 — члены национальной вспомогательной полиции, 340 — чины войск СС, 172 — водители, мотоциклисты, велосипедисты, 18 — администрация, 13 — женщины, 51 — переводчики, 3 — телеграфисты, 8 — радиооператоры{407}.[98] В оперативной группе А служили не только немцы, но и представители других национальностей:
Национальный состав эйнзатцгруппы «А»
(Einsatzgruppe А) (ноябрь 1941 г.)
Немцы (австрийцы)[99]… 781 … 83,8%
Литовцы[100] … 36 … 3,8%
Латыши … 22 … 2,3%
Русские … 21 … 2,2%
Поляки … 19 … 2,04%
Фины … 18 … 1,9%
Эстонцы … 9 … 0,9%
Другие … 25 … 2,6%
Всего: … 931 … 100%
Командир полиции безопасности и СД Генерального округа Литвы (Der Beauftragte штандартенфюрер СС К. Ягер (К. Jäger)Оперативной группой А с самого начала руководил бригадефюрер СС и генерал-майор полиции В. Шталеккер, затем с 24 марта 1942 г. — бригадефюрер СС и генерал-майор полиции Гейнц Йост (Heinz Jost). Оперативная команда 3/А (Einsatzkommando 3/А) этой группы, которой руководил штандартенфюрер СС и полковник полиции К. Ягер, 2 июля 1941 г. приняла функции полиции безопасности и СД в Литве. Официально его должность называлась «представитель шефа полиции безопасности и СД» des Chefs der Sicherheitspolizei und des SD fur Litauen, Diensstelle Kauen), ей был присвоен номер полевой почты 15641. Основные силы и штаб оперативной команды 3/А разместились в Каунасе, а в Вильнюс, Шяуляй и другие города Литвы убыли другие подразделения этого команды. В Вильнюсе с 26 июня действовала прибывшая из Познани вместе со штабом 9-й армии особая команда 7а под командованием штандартенфюрера СС Вальтера Блюме (Walter Blume). Позже эту команду заменили, и до 2 августа 1941 г. в Вильнюсе действовала оперативная команда 9/В (из Einsatzgruppe В) под командованием оберштурмбаннфюрера СС д-ра Альфреда Фильберта (AlfredFilbert), в Шяуляе до 1 октября 1941 г. действовала оперативная команда 2/А под командованием оберштурмбаннфюрера СС Эдуарда Штрауха (Eduard Strauch). 3 августа 1941 г. в Вильнюс прибыло подразделение оперативной команды 3/А (Teilkommando 3/А) под командованием оберштурмфюрера СС Эриха Вольфа (Erich Wolff), а позже — гауптштурмфюрера СС Германа Герта (Hermann Gerth). В этом подразделении служило около 40 сотрудников. Примерно в феврале 1942 г. это подразделение (Teilkommando 3/А) было переименовано в Вильнюсский отдел немецкой полиции безопасности и СД. Сначала им руководил упомянутый Г. Герт, а после него — оберштурмфюрер СС Рольф Неугебауер (Rolf Neugebauer) и оберштурмфюрер СС Август Мюллер (August Müller){408}.
В уничтожении евреев на территории Литвы особенно отличилась моторизованная команда немецкой полиции (Rollkommando), которой командовал оберштурмфюрер СС Гейнрих Хаманн (Heinrich Hamann). Этот команда была мобильной, быстро перемещалась с одного места на другое и массово уничтожала на занятой территории жителей еврейской национальности, в этом ей помогали местные добровольцы (около 80 литовцев){409}.
ВПЛ отмежевалась от немецкой политики, проводимой по отношению к евреям, и не предпринимала никаких действий, которые усугубили бы положение евреев — граждан Литвы. В 1941 г. аппарат первого генерального советника издал отдельным сборником законы и распоряжения ВПЛ. В сборник по ошибке попал не принятый правительством проект распоряжения о создании еврейских гетто. Наоборот, в те дни ВПЛ обращалось к военному руководству Германии с демаршем о начавшихся массовых убийствах мирных граждан Литовского государства, которые проводили подчинённые немецкой полиции безопасности части, однако напрасно — прифронтовое военное командование ничем не могло помочь, потому что «окончательное решение» насчёт еврейского народа приняло ведомство рейхсфюрера СС Г. Гиммлера. В нацистской Германии, как и в Советском Союзе, решающее слово принадлежало партии и политической полиции.
Нарукавный знак СД Позже, 2 сентября 1942 г., три государственных деятеля независимой Литвы — ксёндз Миколас Крупавичюс (Mykolas Krupavičius), профессор Ионас Пранас Алекса (Jonas Pranas Aleksa) и доктор Казис Гринюс (Kazys Grinius) — подписали «Меморандум немецкому генеральному комиссару в Каунасе». В Меморандуме анализировалась проводимая немцами политика, её отрицательные последствия для хозяйства Литвы, ясно и недвусмысленно осуждались действия немецкой полиции, проводимые по отношению к евреям и гражданам других национальностей{410}.
Конечно, досадно и стыдно, что под влиянием геббельсовской пропаганды в первых листовках и статьях ФЛА большевики и евреи отождествляются, повторяются нацистские антисемитские фразы. Однако очевидно и то, что советская оккупация полностью уничтожила литовскую правовую систему и гражданское общество, ликвидировала элиту народа и тем самым создала тепличные условия для маргиналов и антисемитизма.
Первые еврейские погромы были организованы и проведены в первые дни войны, когда в краю ещё существовала хозяйственная и политическая неразбериха. Первый из литовцев, кто поддался подстреканию бригадефюрера СС Ф. Шталекера против евреев, был журналист Альгирдас Ионас Климайтис (Algirdas Jonas Klimaitis) со своим отрядом партизан (300 мужчин). В документах Государственной безопасности бывшей ГДР (STASI — Staatssicherheit) указывается, что А.И. Климайтис «руководил белорусским отрядом из 300 бандитов»{411}. Его отряд получил от штаба Шталекера различное оружие и право использовать немецкий военный транспорт. С ВПЛ и ФЛА Климайтис не имел ничего общего, даже наоборот: представители ВПЛ действия А.И. Климайтиса и его отряда строго осудили и приказали ему покинуть Каунас. Во время первого большого погрома в Каунасе, в ночь с 27 на 28 июня 1941 г., люди Климайтиса убили много евреев, сожгли несколько синагог и большое количество жилых домов в еврейском квартале{412}. В то время Каунас уже был в руках немцев, и немецкая полиция безопасности старалась очень тщательно замаскировать свою руководящую роль в исполнении этой позорной акции. И ей это удалось. Были специально собраны фотографии и кадры кинохроники, «доказывающие», что первые хаотические погромы евреев и коммунистов провели литовцы. Это подтверждает и совершенно секретный отчёт в Берлин руководства оперативной группы А от 15 октября 1941 г., который был открыто обнародован только на Нюрнбергском процессе{413}. Интересно заметить, что деятельность Климайтиса знаменитый центр Симона Визенталя (Szymon Wiesenthal) никогда не расследовал{414}.
