– Да убирайте вы кого хотите! – потеряла терпение Галка. – Только дайте мне отпуск домой. Мне же надо подготовиться к конкурсу красоты! Завтра уже конкурс, а у меня и надеть нечего!
– Конкурс будет послезавтра, завтра выгоняем, точнее, провожаем Семечкина! – сурово отрезала Лариса. – Так что чего-нибудь придумаете.
– Ничего я не буду придумывать! – метала молнии Галка. – Если уберете и этих двух, меня тогда точно заживо съедят! Это ж я третью пару выгоняю! Отпускайте домой! А то я сама раскроюсь! И Зойку нашу раскрою! И тогда – плакал ваш проект!
– Погодите, погодите, но…
– Никаких «но»! Отпускаете?
– Да катитесь вы, куда хотите! – не выдержала Лариса. – Только завтра утром, чтоб здесь была! Как штык!
– Вот так она себе и выбила отпуск на один вечер, – пояснила Зойка. – А уж я так – паровозиком.
– А меня нельзя было с собой взять, паровозиком? – надулась Ася.
– Тебя нельзя, – покачала головой Зойка. – Я, конечно, могу чего не понимать, но мне кажется, Лариса отчего-то на тебя уж какая-то больно не ласковая.
– Да больно мне нужна ее ласка, – фыркнула Ася. – Грымза!
– Ася, ну не расстраивайся ты так, – пыталась успокоить подругу Галка. – Вон Зойка тебе сотовый телефончик подарит. Зой, подари Аське телефон, чего она, как Агафья Лыкова, – без цивилизации совсем!
– Да мне не жалко, бери, – полезла в необъятную грудь Зойка и вытащила три телефона. – Погоди, это мой самый важный, этот рабочий, а вот этот бери, там на счету еще тридцать рублей, а вон подзарядка.
– Да я не сильно и расстраиваюсь, – пожала плечами Ася, но телефон взяла. Пригодится.
– Зой, я сейчас к стилисту, и едем, хорошо? – торопливо прощебетала Галка и унеслась.
Ася повернулась к Зойке.
– Зой, а как же? Она сейчас приедет неожиданно, а там, у них дома, может быть, уже твоя Лиза командует?
– Так вот я почему и еду, – вздохнула Зойка. – Никак до Лизки дозвониться не могу. Трубку не берет. Зайду вместе с Галкой к ним. Если Лизка там – выгоню, не посмеет ослушаться.
– Думаешь, не посмеет? – не поверила Ася. – Все же у них там все серьезно.
– Я сказала – не посмеет! – так рыкнула Зойка, что никаких сомнений не осталось.
Галка, видимо, весьма торопилась домой, потому что прибежала очень быстро.
– Ну все, я готова. Зоя, едем?
Ася вышла провожать подруг. И так ей стало одиноко и тоскливо… Вот, сейчас они поедут в город – там много огней, там вовсю кипит жизнь, там работает телевизор и Интернет, а она, Ася, будет сидеть в этом лесу, в этой глухомани, где даже… даже поговорить не с кем! Хотя если бы она была не одна, то и к чему ей все эти разговоры, а так…
Она вошла в домик, включила телефон и задумалась – может быть, кому-нибудь позвонить? А кому? И она позвонила тренеру Свете. Девушка не ожидала звонка, но охотно рассказала, как себя ведет Гайдес, кто из новеньких детей записался в школу, выслушала Асин рассказ про то, что у них послезавтра пройдет конкурс красоты, а к Алешиной даже некому приехать, и вдруг предложила замечательную идею.
– Анастасия Михайловна, – воскликнула в трубку девушка. – А давайте мы к вам с Гайдесом приедем! У меня друг есть, он недавно с поездки приехал, так у него машина специально под лошадей оборудована. Мы Гайдеса вам привезем. Вы на нем выступите, а мы за вас еще и болеть станем. А?
– Светочка, – растерялась Ася. – Это было бы… Но… Он же, наверное, отвык от меня, Гайдес-то.
– Ой, ну что вы говорите! Он же у нас самый спокойный конь, вы же знаете! Мы на нем новичков учим!
– Ну тогда это было бы шикарно! И первое место было бы у меня в кармане! Света! А вы точно приедете?
– Точно! Только скажите, как к вам добраться?
Ася продиктовала, как к ним лучше доехать, и уже совсем с другим настроением выключила телефон. Она им всем покажет! Эх, еще бы наряд!
– Зойка! Зой! – уже звонила она подруге. – Привези мне красивое платье, а? Ну, как зачем? Конкурс ведь послезавтра. Вы же себе подберете что-нибудь, а я… А я с тобой расплачусь, потом, когда домой приеду. Да, Зоя, правильно, куда я денусь с подводной лодки. Привезешь? Классно! Только мне нужно с шлейфом! Ага, не учи ученого, поняла.
Ася спрятала телефон и села раздумывать, чем бы еще себя украсить, чтобы победа была окончательно ее. Ничего так и не придумав, она улеглась спать и уже даже заснула, когда услышала в двери осторожный стук.
– Кто там? – спрашивала Ася, уже открывая двери. – Игорь?
Перед ней стоял чуть хмельной Ермаков с выдранным откуда-то кустом марьина корня.
– Вот тебе – в лесу нашел, – протянул он ей куст.
Ася не знала, что делать с этим букетом – с корней сыпалась земля, веточки поломались, да и цветочки уже поникли. Но и выбросить нежный дар рука не поднялась.
– Я сейчас пока их в баночку поставлю, а завтра посажу, – пообещала она.
Ермакову, похоже, была безразлична дальнейшая судьба цветов.
– Ась, ты мне скажи, ты себе выбрала кого-нибудь? Только честно, а? – смотрел он на нее печальным, нетрезвым взглядом.
– Зачем? – пожала плечами Ася. – Пусть будет, как будет, а там… А почему ты спросил?
– Ась, ты правильно сказала, – проигнорировал ее вопрос Ермаков. – Пусть будет, как будет. Ты только не торопи события, ладно? Я так тебя прошу…
– Ничего я торопить не буду.
– Обещаешь?
– Обещаю, – ничего не понимала Ася.
– Ну хорошо, тогда я пошел, ладно?
– Ну хорошо, иди, – пожала плечами Ася, и Ермаков пошел…
Только не на выход, а прямиком к ее кровати.
– Игорь, ты же хотел уйти! – таращилась на него Ася.
– Я не хотел! – капризно заявил гость. – Это ты, наверное, хотела, чтобы я ушел, а я не хотел. И мы же с тобой договорились, ты не будешь торопить события! Поэтому я буду спать здесь. С тобой!
– А ты не торопишь события? – склонила голову Ася.
– А мне можно! Мы с тобой про меня не договаривались, ясно тебе? Так что, Ась, ну чего ты там стоишь? Брось ты этот куст! Где ты его вообще взяла?!
– Это ты только что принес, – напомнила Алешина.
– Тогда держи и иди сюда. Ну, Ася!
Ася поставила куст в какую-то банку, потом села за стол и стала мудро выговаривать:
– Понимаешь, Игорь, мы с тобой разные люди. У тебя семья, Лариса, а я не хочу быть для тебя тетенькой на час. Я уже…
– У меня нет семьи! – заявил Ермаков. – У меня только Лариска! А это никакая тебе не семья! Это у-у-у! Лариска – это вообще петля! На моей тонкой шее, толстой шее… Блин, у меня нормальная шея!
Ася не могла его слушать спокойно. С одной стороны, Ермаков был откровенно пьян, с другой – какой бы он ни был, но это Ермаков! Она еще придумывала, что бы такое сказать, чтобы усадить его хотя бы за стол, а он уже лежал, забросив руки за голову, и вспоминал вслух.
