треснуло что-то не особенно важное.
Всех девушек оставили за спинами. Да и сами девчонки не рвались в бой. Те из них, кто имел клинки, отдали их простолюдинам: никого с характером Ларры среди наших девчонок не было.
Сам я не стоял в стороне: атаковал преимущественно со спины, да несколько раз подставил меч под удары щупалец. Из-за того, что тентакли хлестали по сторонам, они сами себя резали о меч.
Подростки рубили медленному кадавру щупальца, пытались ткнуть концом клинка в глаза, но в основном атаковали со спины. Я нападал, находился в постоянном движении, но время от времени смотрел по сторонам. И чем дольше длилась эта пляска, тем сильнее мне не нравилось происходящее. И черт с ним, с кадавром, который с минуту на минуту должен был скончаться от полученных ран. Дело в другом.
Аристо не рубились. Те простолюдины, которых завербовали аристо, тоже не спешили бросаться к твари.
Эрам бился в первых рядах, но все остальные аристократы только делали вид, что нападают. Клинки простолюдинов блестели от слизи и крови монстра, у благородных же блестел далеко не каждый клинок. Если на происходящее обращу внимание не только я, благородной фракции конец: затопчут, раздавят и заклеймят трусами. И за попытку отсидеться за спинами будут третировать в открытую, мстить на занятиях, ловить поодиночке и бить, набросив на голову мешок.
Мне это невыгодно. Если уж я решил быть за эту группу, то нужно попытаться скрыть предательскую трусость основного нашего состава. Тем более, в другую группу меня вряд ли примут так просто. Среди пацанов переход от товарищей может быть расценен как предательство, причем со стороны обеих групп: перебежчиков не любит ни одна сторона. Моя учеба может осложниться, едва начавшись.
Я огляделся внимательнее.
Пострадавшего, откинутого ударом, уже не было у стены: хоть девчонки и не лезли в драку, но без дела не сидели, старались помогать хоть чем-нибудь: оттаскивать раненых, швырять в голову монстра мелкие камни, найденные по пути сюда. На фоне боевитости девчонок имитация нападения от нашей группы смотрелась еще противнее.
Стоп… Мы бьемся уже минут пятнадцать, а монстр не подох.
Я вызвал справку на тварь.
*Неизвестно*
Сила: 3.6
Ловкость: 0.4
Телосложение: 4.5
Магический потенциал: *неизвестен*
Вместимость бао: *неизвестно*
Навыки: регенерация.
— Бинго! — заорал Апелиус. Вот черт… Монстр же, мать его, неубиваемый!
— Слушайте все, — закричал я, — Отходим обратно, на свет! Если мы устанем, то умрем! Надо отдохнуть, отходим в освещенный тоннель! Он не поспеет за нами!
Я старался докричаться до каждого, и мне постепенно удалось это сделать. Подростки нехотя отходили. Я оказался прав: туша двигалась медленно, поэтому нам легко удалось оторваться. Монстр непрерывно тер лицо ладонью и тоскливо завывал, глядя нам вслед:
— Не-ет! Кужа-ать. Хчу кужать! Мясо!
Жесть какая… Вот тебе и страж туннеля, блин.
Мы помогали нести раненных, и когда вернулись в начало туннеля, выдохнули.
Я не учел, что в освещенном туннеле подростки, которым не нужно сосредотачиваться на драке, заметят чистые клинки аристо. Но и трусы глупцами не были: благородные, которых я застал за нехорошим, протирали чистые клинки.
— Наш золотой резерв, — с гордостью в голосе сказал Апелиус, — Ты видел, с какой самоотверженностью они издали руководили этой схваткой?
— Ага. А ты еще говорил, что лагерь благородных — лучше, чем простолюдинский.
— Говорил. И сейчас скажу. Любой из баронов вывезет в поединке против тебя, Амира и любого простолюдина, и в точных науках благородные зачастую лучше, и денег у них больше. Но откуда я мог знать про их моральный изъян? Такое не вычисляется при первом же взгляде, знаешь ли.
— Эта тварь восстанавливается, — сказал Амир.
— Верно, — подхватил я, — А значит, сколько ее не руби, мы ее не убьем. Возможно, потеря головы бы убила кадавра, но шею ему мы не перерубим.
— И что делать? — спросила какая-то девчонка.
Предложения полились, как химические отходы из дырявой трубы. Спустя пять минут жарких обсуждений мы пришли к одному способу.
— Согласен, — сказал Амир, — Нужно припереть тварь к стене и сдерживать его. Пусть остальная группа пробежит мимо.
— Но там могут быть остальные! Мастер Грай говорил про галерею кадавров! Не про одного!
— Если пробежим мимо этого раз, то сможем и второй, на обратном пути. Никто же больше на нас не вышел, верно? Если монстр один, мы избежим бессмысленной траты сил и людей. У нас и так потери.
Я перевел взгляд на пять тел разной степени потрепанности. У одного пацана разорвана штанина, а нога исполосована — самый легкий случай. Самый сложный случай лежит в луже крови и выглядит так, будто вот-вот миру искру отдаст. И этот подросток — Гильф Галас. Отлично, значит мне еще нужно найти на полу рядом с местом схватки свои ножны.
Повторное прохождение кадавра подробно описывать не стоит: пока мы отвлекали тупую тварь, мимо пробежала вся группа, включая парней, что несли раненых. И ножны я нашел без труда, еще на подходе к кадавру.
Если это существо — экзамен на поступление в школу, то мы все должны сделать вывод: есть проблемы, которые можно просто обойти. Но будь я сильнее, не успокоился бы, пока не выпотрошил этого кадавра. Я бы не успокоился, даже зная, что можно просто пройти мимо. Пауки и прочие пустынные монстры внушили мне стойкую неприязнь, а кадавр ее закрепил. То, что извращено энергией пустыни, не должно жить — вот урок, который я вынес.
До самого конца нам больше никто не попался. Мы тащились через кромешную тьму до решетки, перегораживающей туннель. Посреди решетки была открытая дверь: низкая и узкая — через такую оставшийся за спиной кадавр точно не пролезет, даже Грай пройдет с трудом. А вот мы все прошли на ту сторону без труда.
За решеткой на потолке рос мох. Видимо, кадавр действительно ободрал потолок на части туннеля.
Через десять метров от решетки был тупик с каменной дверью, у которой нас ждал Грай.
— Здесь обычно бывает несколько кадавров, но вам повезло: неофиты — рыцари из прошлого поступления вычистили всех.
Адепту никто не ответил: мы просто молча встали у двери, в ожидании очередной лопаты с навозом, которую нам накинет судьба.
Грай пожал плечами и потянул на себя дверь. Щель становилась шире и шире, пока…
— Стойте! — сказал Амир, — Прежде, чем войти в школу, предлагаю создать альянс! Нам нужно сплотиться!
Что за дичь? Пацан, здесь люди истекают кровью, за спинами завывает кадавр, а ты втираешь нам про некий альянс?
— Звучит неплохо, — сказал Эрам, — Поодиночке мы можем не справиться со школьниками, но вместе мы — сила!
— Верно! — просиял Амир, — Мы прошли
