будущий шурин. — И прости, что нахрапом, но есть разговор. Пока зелье подействует, у нас час есть примерно.
Яда в стакане не оказалось, но держаться за столом прямо мне удавалось с большим трудом, глаза слипались, а организм сигнализировал, что нам требуется отдых. Что интересно, разум при этом был чист и не затуманен усталостью.
— О чём пойдёт речь? — смог произнести я с первого раза, на удивление.
— О сестре, о ком же ещё! — со вздохом произнёс Слава и принялся объяснять. — Ты, пожалуйста, не относись к ней очень строго. Она молода, порывиста и без тормозов, когда дело касается дорогих ей людей. Не смотри, что она кажется рассудительной, это выработанный навык.
— Слав, позволь мне самостоятельно разобраться с собственной невестой. Я её не обидел ни словом, ни делом. Лишь указал на её поведение со стороны. Хотя, признаться, была мысль выпороть, но уж прости, этим в своё время должны были родители заниматься.
— О родителях и речь… — Слава замялся и даже, кажется, слегка побледнел, но всё же взял себя в руки и продолжил, — у Светы абсолютно отказывают тормоза, когда её близким угрожает смертельная опасность. Когда мать умирала, сестра была рядом. Она три часа поддерживала в ней жизнь за счёт собственной жизненной энергии. Как у неё это вышло, никто не знает. Магической инициации тогда ещё не случилось. Мать, умирая, неосознанно почти выпила её. Когда я нашёл их, то просто пытался спасти хотя бы сестру. — Слава налил нам в стаканы обычное вино и продолжил, — у Светы теперь психологический клин, если кому-то из близких угрожает опасность, она на смерть пойдёт, но бороться будет до конца. А на этом фоне у неё все психологические и этические барьеры напрочь сносит. Мы, собственно, поэтому её не хотели в университет отдавать учиться, вдруг её на поле боя так переклинит?
— А как же ментаторы? — я задал вопрос, хотя уже догадывался, что Подорожников должен был испробовать всё, чтобы решить психологические проблемы дочери.
— А они бессильны. У неё это к магии как-то привязалось, въелось наглухо вместе с жертвенностью, — Слава грустно покачал головой. — И ведь лекарка сильная, гораздо сильнее меня. Должна была стать главой рода по праву. Я поэтому тебе искренне благодарен, что ты так поступил с ней при угрозе прорыва. Мера была жёсткой, но крайне необходимой и единственно верной в её случае. Она бы и тебя спасала до смерти.
Я кивнул, давая понять, что услышал его. Со Светой предстоял ещё один разговор, но теперь уже с поправкой на открывшиеся обстоятельства. И на этот раз нужно будет общаться мягче.
В сон клонило с неимоверной силой. Обдумать полученную информацию следовало на свежую голову. А пока спать.
Слава ушёл, оставив мне пару склянок на утро с наказом выпить обязательно. Я же завернулся в одеяло на койке и провалился в сон.
Сновидение было довольно реалистичным. В нём ко мне приходила Тэймэй и, не задавая лишних вопросов, поила собственной кровью. Было вкусно, терпко и сытно. Потом был массаж и не только. Единственное, что меня удивило, это заурядная обстановка встречи. Обычно иллюзионистка переносила нас в фантазиях в сказочные бамбуковые леса или к водопаду, а в этот раз оставила каюту дирижабля. Хотя, если учесть суточное путешествие без сна, наверное, отсутствие бурной фантазии было вполне объяснимо. Нам всем требовался отдых.
* * *
Проснулся я отдохнувшим. Такое ощущение, будто реально ночью крови напился, а не Славиной шипучки накануне. Для закрепления эффекта выпил микстуры, оставленные будущим шурином, и отправился в люди. Спал я, видимо, долго, ибо мы уже были на подлёте к Санкт-Петербургу. Слава, как всегда, крутился недалеко от Ксении, Борзый сопровождал Кирану с Арвой. Свету и Тэймэй я нашёл на прогулочной палубе. Увидев меня, Тэймэй степенно поклонилась и молча удалилась, оставляя наедине с невестой.
Неожиданное чувство такта. Похоже, иллюзионистка суть моего недовольства поняла без уточнений либо успела проняться от Светланы. В любом случае, я был ей благодарен за тактичность.
Света смотрела в панорамное окно, не поднимая на меня взгляда. Она так вцепилась в поручень, что побелели костяшки пальцев. На лице застыло бесстрастное выражение. Снежная королева, так, кажется, её называли в императорской семье. Я осторожно подошёл и встал у неё за спиной, опустив руки на поручень и окружая собственным теплом в полуобъятиях. Так мы простояли несколько минут, прежде чем девушка расслабилась и прижалась спиной к моей груди. Из Светы будто разом вынули стержень, а ледяная маска трескалась, пропуская наружу эмоции, превалирующими из которых были грусть и стыд.
Теперь я обнял её по-настоящему.
— Почему не сказала? — тихо спросил у невесты, вдыхая запах её кожи. Что-то свежее, но с нотками цитруса.
— Думала, что получится держать себя в руках. Ошиблась, — плечи у девушки поникли, она чуть наклонила голову, прижавшись щекой к моей руке. — Да и кто будет рассказывать о своих слабостях и недостатках…
— Глупышка, — я чмокнул невесту в макушку, — настоящую семью без доверия не построишь. Конечно, у нас могут быть секреты друг от друга, но в вопросах жизни, смерти и здоровья…
— Ты тоже не спешишь делиться такими вещами, — справедливо заметила девушка. Я раздумывал с минуту и всё же решился на некоторую откровенность.
— На одной из изнанок у меня есть очень сильные враги. Настолько сильные, что там они считаются чуть ли не богами. Пока я нахожусь в этом мире, Комаро скрывает меня от них, но на той изнанке… — я старательно фильтровал информацию, открываемую невесте, так, чтобы не соврать, но и не раскрыть всех подробностей, — они меня нашли и пришли убивать. Поэтому я сделал то, что сделал. Против них у нас не было шансов. Я не хотел, чтобы из-за меня вы все погибли.
— Ты перешёл дорогу богам? — ошарашенно переспросила Светлана, вцепившись мне в руку. — Но как это возможно? За что? Когда ты успел?
— На многие вопросы у меня самого нет ответов, — слукавил я, — просто пытаюсь жить исходя из существующих реалий. Мне очень жаль, что ваши жизни подверглись опасности из-за меня, поэтому я хотел спасти вас даже против вашей воли.
— Прости меня за неподобающее поведение, — искренне извинилась Света, поворачиваясь лицом ко мне, — играя в недомолвки, мы получили отвратительную ситуацию. Я постараюсь впредь больше доверять тебе, и если уж задавать вопросы, то хотя бы через связь.
— Умница! — я нежно поцеловал невесту. — А я тоже постараюсь быть более откровенным!
Мы стояли и обнимались. Взгляд Светы лучился тихой радостью, но вскоре стал задумчивым и серьёзным. Кажется, к моей девочке вернулась способность аналитически мыслить.
— А что теперь будет с Кираной? Если она — твоя сестра и наследница Винограда… но она же жила совсем в другом мире и в других обычаях… — Света
