зимние яблоки.
Надо сказать, что Ранарт Рахт не случайно вспомнил о зимних яблоках. Эти растения, как и земляные орехи в степи Отчаяния, обладали большой питательностью. А необыкновенная красота тонких древесных стволов радовала глаз, рождая эмоции, помогающие справиться с грустью или тревогой. Серебряные кустарники произрастали в Мрачных горах с тех самых пор, как из Восточных земель пришли крылаты. Они, как гласят легенды, принесли с собой различные семена. На равнине, где поселились пришельцы, прижились золотистые фруктовые деревья, поэтому и страну ту назвали Золотые сады. А вот всходы серебряных кустарников плохо чувствовали себя на сильно прогреваемой солнцем равнине. Лишь раз дали они урожай — маленькие, чуть больше вишенки, яблочки. Яблочки эти оказались очень сладкими и питательными. Но уж больно мало их было. Плоды, как оказалось, любят холод, поэтому и созревают в середине зимы. В тот год, когда серебряные кустарники дали немногочисленные плоды, выдалась особо лютая зима. Дикие звери и птицы начали близко подходить к поселениям крылатов. Прилетели птички и с Мрачных гор. Они живо набросились на зимние яблоки и съели почти все плоды. Однако некоторые яблочки птицы унесли с собой, когда улетали, видимо, про запас. Так плоды серебряных кустарников появились в Мрачных горах. Местный климат оказался настолько комфортным для этих растений, что случайно упавшее где-то яблоко дало начало новой жизни. Семена попали в землю и дали всходы. Новое для этих мест растение начало быстро распространяться, и вскоре серебряные кустарники можно было встретить в горах повсюду, за исключением высокогорья. Жители горных посёлков оценили зимние яблоки по достоинству. Долгое время они оставались основной пищей в холодное время года. Однако теперь, когда краем этим владел безумный тиран, эти растения всё реже попадались местным жителям. Не мало этому способствовали гарпиги, варварски относившиеся ко всему живому. Они часто использовали серебряные кустарники, как хворост, вырывая их с корнями. Юлкан при жизни своей в Чёрном замке часто увещевал за это собратьев, но для них он всегда был чудаком-полукровкой, унаследовавший от матери человеческие слабости. К подобным слабостям гарпиги причисляли и любовь к красоте, и бережное отношение к природе. Не удивительно, что они уничтожали целые заросли серебряных кустарников вместе с плодами. И Варкана не заботил этот факт. Однажды Юлкан сказал ему:
— Неужели необходимо допускать это варварство? Как можешь ты, правитель Мрачных гор, сквозь пальцы смотреть на те беды, что творят твои орды? Разве нам самим не будут полезны столь чудесные плоды?
— Юлкан, — отозвался на это Варкан Гартари, — ты слишком сентиментален. Надо мыслить практично. Пусть гарпиги тешат своё стремление разрушать. Не печалься о мелких плодах серебряных кустарников, когда впереди нас ожидает роскошь Золотых садов, ибо мы будем владеть той землёй и пользоваться её богатствами как нам заблагорассудится.
Но как не разрушительно было правление Варкана всё же восточная область Мрачных гор почти не пострадала от его политики. По крайней мере пока. Ранарт именно там надеялся обнаружить зимние яблоки и пополнить ими продовольственные запасы крепости.
На следующий день население крепости вело себя более суетливо, чем обычно. Милена заметила, что некоторые женщины- обертлуги куда-то собираются и очень удивилась. Женщины эти прибыли из Вулквонса совсем недавно. Были они немногочисленны, но каждая из них вносила неоценимый вклад в борьбу против тирана. Одни собирали в лесу целебную кору и нераскрытые, пока ещё маленькие почки, другие изготовляли бальзамы, настойки, мази, третьи, как и Милена, ухаживали за ранеными.
— Куда это все собираются? — решила пленница расспросить старушку.
— Ранарт поведёт их на склон соседней горы, — отозвалась Рохана. — Они будут там собирать зимние яблоки. Видишь, какие у них с собой большие корзины? Это для яблок.
— Зимние яблоки! — захлопала в ладоши Милена, пытаясь вспомнить вкус, знакомый с детства. — Я тоже могу помочь в этом деле! Попросите князя, чтобы он и мне разрешил пойти. Это ведь недалеко.
Но Рохана не разделяла восторг девушки.
— Не хочу я его об этом просить, — хмурясь ответила она. — Сама знаешь, какой характер у него. Разозлится еще. Тем более он тебя всё равно не пустит.
— Почему же? — огорчилась Милена.
— Потому что ты — пленница, а таковым запрещено покидать территорию крепости. Ясно?
Милена ничего не ответила, лишь смахнула изящными тонкими пальчиками навернувшиеся слёзы. Уж больно наскучило сидеть ей в ограниченном пространстве. Но как же быть, если Рохана не хочет посодействовать? Неужели идти к князю самой? Милена медлила с решением. Но вскоре желание хоть ненадолго вырваться из тесных стен пересилило, и девушка отправилась прямо в княжеский терем.
Когда Милена приблизилась к массивным резным воротам, сердце её затараторило в груди, а душа трепетала от страха. Стражники с удивлением посмотрели на пленницу.
— Тебе чего? — спросил один из них, позвякивая кольчугой.
— Мне очень надо повидать князя?
— Он занят сейчас, — равнодушно ответил стражник, — собирается в поход.
— Я поэтому и пришла к нему, — жалобно пролепетала девушка. — Хочу поучаствовать в этом деле…
— Ты? — выпучил глаза обертлуг. — Да куда тебе? Ты ж просто человек. Другое дело наши женщины: сильные, выносливые, бесстрашные.
— Ну пожалуйста, — чуть не плача просила Милена, — дайте мне хоть небольшой шанс.
Стражники переглянулись.
— Нет, — наконец ответил один из них, — иди в Палаты для раненых. Там тебе место.
Тут на счастье девушки из ворот вышел Грахт. Он тоже весьма был удивлён, увидев пленницу.
— Ах, отважный Грахт, не поможешь ли ты мне упросить князя, что бы он и меня взял в свой поход за зимними яблоками? — взмолилась девушка.
Густые тёмно-рыжие брови обертлуга поползли на лоб, и он ответил:
— Попросить- то я его об этом могу, да только будет ли толк? Хотя… погоди-ка, стой здесь. Я и в самом деле могу попытаться.
Он ушёл обратно в терем.
Прошло достаточно много времени, прежде чем он вернулся.
— Ступай в тронный зал. Князь ждёт тебя. Но сразу предупреждаю, он не в духе, ведь просьба твоя его разозлила. Если не хочешь испытать на себе его гнев, лучше отступись.
Грахт с сочувствием посмотрел на неё, и зашагал прочь. Милена застыла в нерешительности, а стражники выжидающе глядели на неё. Лишь спустя несколько минут девушка осмелилась пройти в ворота. Колени её дрожали, пальцы теребили кончики платка, покрывавшего голову. Медленно перешагнула она за порог. Высокий терем в данную минуту показался Милене особенно неприветливым, напоминая о том, что она пленница. Внутри царил полумрак, но было тепло, так как большой камин полыхал полночи. В центре зала возвышалась мощная фигура, облачённая в меховой полушубок, ведь многие обертлуги предпочитали не надевать кольчуги, чтобы в случае необходимости легко можно было принять звериный облик. Глаза яркими
