рядом с тобой обертлуг с идеальным обонянием и чутким слухом. Я могу распознать врага задолго до того, как он сумеет приблизиться. Врагов сейчас рядом нет, так что путь свободен. Тем более с нами несколько десятков обертлугов.
— Раз так, тогда я бы с удовольствием прогулялась под луной, — всё ещё немного боязливо ответила Милена.
— Тогда прошу следовать за мной, — обретая вновь решимость, попросил Ранарт.
Он шёл впереди, прокладывая дорогу по припорошенному обледенелому насту. Вскоре стало ясно, что это весьма скользкая поверхность. Ранарт передвигался уверенно, чего нельзя было сказать о Милене. Она пару раз упала. После этого князь развернулся к ней лицом и, опять смутившись, сказал:
— Так дело не пойдёт. Ты разобьёшь себе все ноги. Позволь я понесу тебя на руках.
Милену так потрясло это предложение, что она не сразу смогла ответить. Растерянно смотрела она на князя и не верила, что такие слова говорит ей обертлуг, вспыльчивый и грубый. Перемена в нём шокировала её. Ранарт, видя, что произвёл на девушку впечатление, подошёл к ней вплотную и, не дожидаясь ответа, взял её на руки. Они замерли, словно статуи, оставленные в этих лесах древними мастерами. Привыкнув к такому положению, Милена немного расслабилась. Её хрупкое тело обмякло и князь сделал первые шаги с драгоценной ношей на руках. Физически сильный он не испытывал затруднений, неся девушку через лес. Но всё-таки ноша эта была тяжела для него, так как он страшился каким-нибудь неловким движением навредить такой хрупкой девушке. Он нёс её аккуратно, почти затаив дыхание, боясь ускорять шаг. Тёмные ели, ставшие свидетелями этой сцены, загадочно шептались между собой, поскрипывая на студёном воздухе.
— Знаешь ли ты, Милена, что некоторые поговаривают, будто здешние деревья обладают разумом? — спросил Ранарт.
— Да, я слышала в детстве разные легенды, связанные с горным лесом, — отозвалась девушка.
— Это ведь очень древний лес. Согласно преданиям, в былые времена некоторые деревья не только разговаривали, но даже ходили.
— Трудно это представить, — отозвалась Милена, — не все ведь легенды правдивы. Но в них так хочется верить. Особенно в такие сказания, как легенда о Брадхаре и Илахиле, рассказанная сегодня Волхартом.
— Думаешь, первый поцелуй любви может спасти от смерти? — усмехнулся Ранарт.
— Уверена! — горячо отозвалась девушка. — Ведь любовь — это такое великое чувство! Она вершит судьбы и приносит чудеса в нашу жизнь.
— Да… — рассеянно пробормотал князь, — смотри! Мы пришли.
Милена окинула взглядом окружающую обстановку и сердце её замерло от восторга. Перед ними под нависшими скалами расстилалась ледяная гладь, отражающая мерцание звёзд. Снег не укрыл этой дивной красоты. Застывшее озеро находилось в большой впадине в горной породе. Над ним нависали выступы горы, будто оберегая от невзгод.
— Почему метели не замели это место? — удивилась Милена.
— Потому что, как говорят старики, здесь особенное строение гор. Они так расположены, что сильные ветра часты в этом месте. Они и сдувают снег с ледяной поверхности. Нам повезло, что сегодня безветренно. Такая ночь выдаётся за зиму лишь пару раз. Пойдём, полюбуемся этим чудом здешнего края.
Он осторожно поставил Милену на ноги и, взяв за руку, повёл к сверкающей озёрной глади. Вскоре вступили они на лёд. Ранарт оттолкнулся одной ногой и проехался по этому природному катку.
— Смелей же! — крикнул он Милене. — Это весело! Как в детстве. Только в Вулквонсе взрослым приходиться расчищать лёд от снега.
Девушка повторила манёвр Ранарта. Она была легче обртлуга и поэтому, разогнавшись, проехала не так далеко, как он. Ранарт же принялся кататься по льду, иногда падая. Он смеялся, как ребёнок, и Милене представилось вдруг, что они одни на целом свете. Что нет кроме этого волшебного места ничего. Нет войны, нет гарпигов и дрекаваков. Нет ненависти, боли и смерти. Есть только обьертлуг и человек. И оба они счастливы, разгуливая под луной. Она постаралась догнать Ранарта, а тот, хохоча, заманивал её всё дальше на лёд.
— А мы не провалимся в воду? — опасливо глядя на озеро, спросила Милена.
— Нет, конечно, — успокоил её князь, — морозы хорошо знают своё дело, они крепко сковали воду, пленив её до самой весны. А ты трусиха!
— А вот и нет! — возразила девушка.
— Нет? Тогда вперёд и только вперёд! — захохотал обертлуг, жестикулируя руками.
Они разгонялись и снова и снова скользили по мерцающему льду. Ночь казалась волшебной и доброй. В такую ночь шепчутся жаркие признания и даются торжественные клятвы любви и верности.
— Послушай, Милена, — сказал Ранарт, приблизившись к девушке и взяв её за руку, — я хочу кое-что сказать тебе…
— Что?
Он замялся и вновь сконфузился, чему Милена очень удивилась. Никогда прежде не видела она его таким смущённым. Обертлуг прятал глаза и глупо улыбался.
— Так что ты хотел сказать, Ранарт? — мягко спросила она.
— Э… хотел сказать…горы красивые, правда?
— Очень! — восхищённо вздохнула девушка. — Спасибо, что разрешил мне пойти с вами за яблоками. И спасибо, что привёл меня сюда. Здесь так чудесно!
Ранарт вновь неловко улыбнулся. Он собирался сказать много нежных слов, но они застыли на его устах. Он так и не решился произнести их.
«Н-да…видели бы меня сейчас мои друзья! — пронеслось у Ранарта в голове, — представляю, что бы сказал Грахт, Витмир, Марус и особенно Элина. Нет! Хорошо, что они ничего этого не видят!»
Ночь густой темнотой обнимала землю. Не было ещё никаких признаков рассвета, но князь почувствовал приближение утра.
— Как ни прекрасна наша прогулка, но нам надо возвращаться, — лицо его вновь сделалось суровым, — нам необходимо завершить нашу экспедицию. Не известно, когда враги нападут на крепость. Надо быть готовым к длительной осаде.
Милене взгрустнулось от таких слов, ведь они возвращали её в реальность, страшную и непредсказуемую. Они, взявшись за руки, молча побрели в лагерь. Каждый думал о том, что хорошо бы не было этой проклятой войны. Жили бы они в мире и благоденствии. Ранарт впервые по-настоящему захотел мира. Но мир этот предстояло добывать оружием, ибо враг не испытывал к свободным народам любви. Жажда неограниченной власти движела Варканом Гартари, и ради неё он готов был погубить даже собственную племянницу.
Глава 11
Нашествие началось
Если для Ранарта и Милены прошедшая ночь была романтическим чудом, то для Грахта Хара она превратилась в суровое испытание. Накануне рыжий обертлуг, как и было оговорено, повёл свой отряд к западу от того места, где предполагалось организовать сбор зимних яблок. В задачу воинов входило обеспечение безопасности. По своему обыкновению обертлуги прочёсывали лесные склоны. Врагов выбили отсюда уже давно и не подпускали близко к крепости. По сути никто и не предполагал, что
