не верю. Она не отшельница, её похитили! Верховная что-то сделала с ней!
— Обвинения Верховной строились на её причастности к пропаже Ру, Варь. Но оказалось, что Ру не пропадала.
Я знаю! Но есть и другие улики! Например…
— Та сцена у кабинета по ликантроповедению? А? Как ты это объяснишь? А нападение на Лолу? А слова бабки Кхамали?
Да, я знаю, что в последнее время сама отрицала это, но сейчас всё иначе! Сейчас Анька исчезла, и у нас нет никаких других зацепок! Нам не на что больше опираться, нечем обосновать произошедшее!
— Это можно объяснить, — на лице Риверы вновь появляется фирменное выражение заучки. — У аудитории госпожа Линштейм могла обронить что-то. Про Лолиту ты с самого начала утверждала, что она разволновалась, а ваша бабка… дух мог неправильно понять нас. Вы с… Аней слишком перемудрили с вопросом, даже я слегка запуталась в нём.
Нет, это неправда!
То есть… объяснения здравые и всё такое, но… я не верю в них. Что-то происходит, я точно это знаю, я…
— У неё было предчувствие, — вырываю свою ладонь из тёплых рук Риверы. — Аня предчувствовала какую-то беду, и ты сама подтверждала, что это не случайно!
— Это могли быть переживания, — ведьма поспешно облизывает губы. — Мы все были на взводе из-за всего этого, к тому же на носу была инициация…
— Но ты говорила, что…
— Я ошибалась, Варь. Я хотела верить, будто действительно есть нечто… загадочное. Но ничего нет. Неинициированные ведьмы на самом деле часто ошибаются в своих ощущениях, поэтому их предсказаниям и не придают особого значения.
Заправляю выбившуюся из косы прядь за ухо.
Нет… нет…
Всё не так…
Не может быть… она не ушла бы, не оставила бы меня сама…
Я не верю!
— Хорошо, — грубым движением смахиваю слёзы. — Прекрасно. Если всё, что мы узнали — глупость, то как ты тогда объяснишь ту сцену с императорской гвардией? М? Или это тоже наши фантазии? Коллективное помешательство?
— Императорская гвардия? — От звука хрипловатого голоса Модсогнира я вздрагиваю.
Прародительница, я совсем забыла, что он тоже находится здесь, с нами!
Неужели он всё слышал?
Проклятье! Готова поспорить, после ухода Риверы он устроит мне допрос с пристрастиями!
— Да, Ваша Светлость, — обернувшись лицом к мужчине, отвечает подруга. — Несколько дней назад Академию обыскивали. Мы были на лекции, когда гвардейцы ворвались в аудиторию, осмотрелись и поспешно ушли.
Модсогнир хмыкает.
— У тебя есть идеи по поводу того, что они хотели? — Знаю, звучит нагловато, но и вы меня поймите! Я вся — оголённый нерв в данную минуту, и мне некогда выбирать выражения!
— Кхэм, — тяжёлый вздох. — Это секретная информация. Но не стоит придавать слишком большое значение этому недоразумению — оно никак не связано с тем, что вы сейчас обсуждаете.
Час от часу не легче… Снова какие-то тайны?
Господи, я больше не могу уже… Да что происходит вообще?! Если все наши подозрения оказались неверными, то что верно? Сестра действительно подалась в отшельницы? Но это же бред!
Нет, нет и ещё раз нет. Я отказываюсь в это верить! Она бы не поступили так, не поступила!
— Значит, мы ошибались во всём… — задумчиво заключает Ривера.
— Я… я уже не знаю, что думать, — в моём голосе отчётливо слышится растерянность, и я прячу лицо в ладонях.
— Я тоже. Мы с Лолитой всё утро как на иголках — хорошо, что ректор дал нам выходной после инициации. Я не представляю, как высидела бы на парах.
Согласно киваю.
Да уж.
Спасибо за внеплановый выходной. Жаль только, что он обернулся таким кошмаром…
— Как Лола? — Нервно поправляя платье, спрашиваю я. — Готова поспорить, она с ума сходит от беспокойства.
— Это мягко сказано, — на губах Риверы скользит невесёлая усмешка. — Лолита так перепугалась, что всю секцию обвесила заговорами и разными зельями. Даже к заговорщице специально для этого сходила утром. Да и все девчонки переживают, Димитра с Вольтой тебе слова поддержки передавали.
Отстранённо киваю.
Ведьма поднимается.
— Я, наверное, пойду. Тебе успокоиться надо, к тому же, — бросает беглый взгляд в сторону облокотившегося о дверной косяк Модсогнира, — ты не одна… значит, можно не бояться, что глупостей натворишь.
Ещё один кивок, и я поднимаюсь следом.
Дракон предусмотрительно распахивает дверь, когда мы с подругой приближаемся к ней.
— Ты… тебя не ждать ночью? — Выйдя в коридор, негромко спрашивает Ривера.
— Нет, я… останусь на ночь, — краем глаза замечаю, как руки мужчины впиваются в тёмное дерево. На какой-то момент я даже думаю, что несчастная дверь вот-вот треснет, не выдержав подобных "объятий", но, к счастью, она оказывается намного прочнее. — На всякий случай.
— Понимаю, — лицо ведьмы становится непроницаемым.
Что это она себе надумала?
— Я имею в виду, — господи, зачем я оправдываюсь? Это никого не касается, кроме меня! Варвара, ведёшь себя как пубертатная девочка, которая шкерится от родителей, ей-богу! — Пока не выяснятся обстоятельства… пройдут обыски… В общем, на первое время.
— Нет-нет, всё в порядке, я понимаю. До встречи, — она поспешно поворачивается к Модсогниру, отвешивая лёгкий поклон. — Всего доброго, Ваша Светлость.
— Всего доброго, госпожа Монтег.
— До встречи.
Боже, ну и кринж.
Это всегда бывает так неловко?
Просто кошмар…
Когда дверь закрывается, мужчина, как я, собственно, и ожидала, резко оборачивается ко мне. Вперив в меня требовательный взгляд, он медленно произносит:
— Я могу узнать, что это за история с Верховной Блезиарского ковена?
Закатываю глаза и выдыхаю.
Так, ладно. Ты понимала, что он не отвяжется.
Придётся отвечать.
— Ну-у-у, в общем… Когда Ру пропала, мы с девчонками решили, что это не просто так. Начали узнавать, то да сё… В итоге пришли к выводу, что госпожа Линштейм использует магию мёртвых. То есть, — рассказывать или не рассказывать о гениальном предположении девок по поводу заговора против короны?
С одной стороны, если с Аней реально что-то произошло, это может быть полезным, а с другой… окажется смехотворным. Чёрт, да если подумать все эти подозрения звучат смехотворно! Я уже не знаю, во что мне верить и на что опираться! То причастность Верховной очевидна, то в следующую секунду это уже видится полным бредом!
Я запуталась!
— "То есть" что? — Настойчиво вопрошает Модсогнир.
— То есть, — блин, нет. Лучше не буду говорить про заговор. Слишком уж безумно звучит. — Всё было очень подозрительно, понимаешь? Сначала Ру проваливается как сквозь землю возле кабинета ликантроповедения, потом мы замечаем там госпожу Линштейм, ковыряющуюся в урне. А затем — призыв духа нашей бабки, который указывает на Верховную, эта история с гвардейцами, на Лолиту нападает дракон во время шабаша. В смысле, она
